My heart

Минхо снова спускается вниз. Как бы ему не хотелось, но придётся встретиться с этой гадиной смертью, что решил нарушить правила. Лифт очень сильно кряхтит, напоминая голоса жертв, что варятся в тёплом котле, как будто в чайнике, что нагрет где-то под 1000°C. Надо будет ещё измерить температуру в котле, а то что-то давно не слышал царь криков. Лифт резко останавливается, и слышится больно страдальческий стон, говорящий, что Сатана приехал на нужный этаж. Железные двери раскрываются как крылья, что прятали своего хозяина. С двадцатого века кабинет совсем не изменился. Всё серое, только лишь длинные шкафы чёрные как смола. Даже пыль всё там же и осталась. Когда-нибудь Господин Смерть протрёт её. Парень в чёрной накидке и с косой за пазухой сидит на маленьком сереньком деревянном стуле, читая какую-то книгу. Впервые демон видит, чтобы сама смерть взяла книгу и читала её. Хозяин дома поднимает свой взгляд и довольно расплывается в улыбке, пока Минхо засунул в свою кожаную куртку руки. Жаль смерть нельзя убить, а то Ли бы сейчас это с радостью сделал. — Ты зачем человека пытаешься спрятать? Ты, правда, думаешь, что я его не найду? — злобное ухмыляется Сатана, смотря в чёрные глаза смерти. Они как чёрная дыра, такие же бездонные, но Хо больше не купится на них. — Во-первых, он уже мёртв, — парнище встаёт со своего места и пытается поравняться в росте с дьяволом. Да только последний всё равно выше. — Во-вторых, я просто ещё не передал его душу, что же в этом такого? — надувает губы смерть, а после растворяется в улыбке и садится на стол. — Да что ты, — Минхо сейчас взорвётся. — Ты прикрываешь серийного убийцу с двадцатью жертвами, который совершил суицид. Ему априори в ад! Так передай же ты его к нам. Или ты думаешь, что вечно сможешь его скрывать у себя? — ох, теперь Сатане всё ясно! Всё, чего пытается добиться этот мальчуган, созданный проводником Господним. — И что? Подумаешь, я же тебе однажды сделал поблажку, Мин-и, так и мне сделай, — Смерть ухмыляется, крутя в руках лезвие, от которого умер убийца. Минхо просто взрывается и бьёт парня по щеке, пока последний слабо улыбается. — Джисон, зачем тебе вообще сдался этот неуверенный слабак с комплексом Бога? Решил мне насолить так?! У тебя получилось! — демон ходит в одну сторону, а потом в другую, громко хрустя пальцами. — О тебе я даже и не думал, он мне нужен не для этого, — Джисон встаёт и останавливает Минхо, смотря прямо в его красные глаза, которые раньше были такими родными. — Он станет моим преемником. Господь об этом знает, так что можешь не беспокоиться, — холодные пальцы уходят с горячих плеч, и Джисон садится на свой серенький стульчик. — В смысле преемником? В каком смысле, Сон-и? — у самого Сатаны голова кругом пошла, как будто черти залезли в неё и начали танцевать лезгинку. Сколько бы не жил Минхо, но про преемников смерти впервые слышит. — В том смысле, что скоро я наконец-то умру, а меня заменит этот убийца. Кстати, зовут его Сынмин, в целом, неплохой парень, если его держать в уздах, — Джисон берёт книгу в свои руки и демон наконец-то читает название. «Руководство по передаче прав новой смерти». — Разве смерть может умереть? — Смерть может только переродиться, а после — умереть, — Джисон отрывается от своей книги и смотрит проницательными глазками на пугливого демона. — Надеюсь, что я смогу встретиться с тобой в моей будущей жизни, Минхо, а теперь ступай, — двери лифта с мерзким криком раскрылись, выгоняя Сатану из логова смерти. — Хан Джисон, объясни же мне, что, твою ж мать, происходит! — рычит демон, хватая смерть за воротник и припечатывая его к пыльному шкафу. Смерть недовольно бурчит, когда голова больно ударяется об полочку, смотря уже в разъярённые глаза. — Это значит, что совсем скоро я перерожусь на землю и буду жить как обычный человек, а потом умру, даже не вспомнив ни тебя, ни наши чувства, — Хан трогает горячую щеку своего бывшего возлюбленного. Простояв ещё пару секунд, смерть разрывает их контакт и идёт к двери, открывая её. — Знакомься, Минхо, это мой преемник, Ким Сынмин, он будет новой смертью. Он немного жестковат, но, думаю, ты привыкнешь, — на чёрной кровати лежал худющий парень, с коричневыми волосами и в ободранных джинсах. — Он убил себя в ванной, как только понял, что все следы ведут на него. Он налил тёплой воды и в одежде залез в неё, вскрыв вены, — Джисон недовольно морщится в лице. Не любил он смотреть на людей, у которых вены вскрыты. — Но ты не переживай, он не вспомнит свою прошлую жизнь, — Минхо переводит взгляд с одного парня на другого. — То-есть и ты не помнишь свою прошлую жизнь? — на своё удивление Сатана спрашивает робко, стесняясь такого вопроса. Раньше он думал, что смерть всегда была есть и будет одна. — Я тоже не помню, но, наверное, я самая первая смерть на этой должности. Ты бы знал, сколько гадких личностей я встретил за всё время, — Джисон закрывает дверь в спальню и берёт руку Минхо, скрепляя пальцы в замок. — Так почему же ты хочешь уйти со своего поста? — лифт слабовато постанывает, намекая, что гостю нужно уйти. Минхо смотрит в эти чарующие чёрные глаза, которые он не перестает любить. — Нарушил я Божье наставление, — Хан молчит, но зрительный контакт прерывает. — Влюбился я. Влюбился в тебя, а значит, и суждено мне переродиться, — Сатана заходит в лифт и смотрит в глаза, пока смерть немного улыбается и говорит свои последние слова. — Не переживай, рожусь я с именем и фамилией, которые ты мне дал ещё пару веков назад. Удачи, Минхо. Лифт, громко крича, закрывает двери и с громким шумом поднимается вверх. К самому Господу Богу.