Горький вкус вина

      Даже у самого благородного человека есть кладовка с потаёнными желаниями. У кого-то она заперта на тысячу замков, а у кого-то это вовсе не кладовка, а настоящий бальный зал.       В ночи на виноградниках горело множество огней — Анемо бабочки обожали сладковатый запах винограда. На улице гораздо светлее, чем было внутри. В поместье — полумрак. В воздухе стоял терпкий запах ягод с примесью горевших свеч. Лёгкая музыка играла из проигрывателя с музыкальной пластинкой. — Снова пьёшь сок? Может угостишь чем-то покрепче? — Т\И подошла чуть ближе к мужчине, что сидел в кожаном кресле. Его взгляд прикован к окну.       Даже женский голос не вывел его из задумчивости. Т/И не нравилось его поведение. Холодность Дилюка раздражала, но в тоже время разгоралось желание и интерес. Т\И мягким шагом приблизилась к нему. Встав за спинкой, коснулась его плеч. «Каменные…» — Пальцы сжали их, стали гладить, мять. Т/И услышала облегчённый вздох. Статуя ожила. Дилюк поставил свой бокал на стол. Его ладонь коснулась рук девушки, заставляя остановиться. — Т\И, зачем пришла? В его голосе звучала холодность и отстранённость. Она обошла кресла и встала напротив. В глазах молодого мужчины горел огонь, к которому страшно прикоснуться. — Твои фанатки безумны. Как они могут любить тебя, когда ты смотришь на них так? Или… Этот жестокий взгляд предназначен лишь мне? — На губах скользнула издевательская улыбка. — Зачем ты пришла? — Вновь повторил свой вопрос Дилюк. Терпением он никогда не отличался. — Дворецкий пригласил. — Девушка нахально присела на подоконник. — Видимо прошлый сеанс неплохо тебя расслабил. Дилюк молчал. Он внимательно рассматривал лицо девушки, будто сканировал на ложь. — Тот раз… Договорить никто ему не дал. Девушка одним лёгким движением пересела с подоконника на его колени. Её руки скользнули по большой, крепкой мужской груди. — Замолчи, герой. Порядочный, благородный и богатый — мечта всех женщин этой страны. В тайне спонсируешь нуждающихся, защищаешь от Ордена Бездны, пытаешься вышвырнуть Фатуи… Аж тошнит. — Т/И единственная видела в этой горе плюсов одни недостатки. — Сам сидишь в полном одиночестве и меланхолично смотришь в окно.       Дыхание сбилось после очень быстрой и эмоциональной речи. Спокойные глаза следили, слушали пылкую речь, а губы ничего не говорили. Покорность еще больше злила. Т\И схватила Дилюка за подбородок и нагло поцеловала. Всю ярость, что кипела внутри выплеснулась в поцелуе, укусах. Пальцы сжали рубашку. Достаточно было несколько секунд, и Дилюк перестал податливо сидеть. Его ладонь скользнули по женскому телу: по выгнутой спине, талии, прямиком к упругой заднице. Он сжал пыльцы гораздо сильнее, чем это делала Т/И. Этот жест вырвал поводья у эмоций. Т/И отстранилась, но передохнуть никто не собирался давать. — Если я тебе противен… — его нос скользнул по шее, влажные губы редко и мимолетно касались кожи, — тогда, Т\И, почему ты пришла? Ответ замер на устах. Тело охватила лёгкая дрожь. — Я хочу снова увидеть другого тебя. — Хорошо… — Практически прошептал мужчина. — Ты об этом пожалеешь.       Т\и не будет жалеть, даже если страстное пламя сожжет полностью.       Всего несколько движений, и она уже сидела на столе, а он властно стоял перед ней. Ловкие пальцы незаметно стягивали блузку. Губы были заняты частыми и глубокими поцелуями. Контроль над телом был потерян. Дилюк жадно сжимал грудь Т\И. Настолько, что даже сквозь поцелуи вырывался горячий стон. Он любил ее грудь. Мягкая, будто две подушечки, что идеально вмещались в ладони. — У меня есть одно условие. — Шепнул Дилюк на ушко, тающей девушке. — Какое? — Не сбегай. После этих слов не только блузка слетела с тела Т\И, но и юбка. — Больше не сбегу… — Т\И выдохнула обещание, которое в этот раз сдержит.       После их первой ночи она сбежала. Не выходила на связь. Это было лишь работой. Но в её воспоминаниях то и дело всплывали отрывки горячей ночи. Никто более не мог привлечь её взгляда. Т\И жаждала вновь оказаться в объятиях Дилюка, ведь только она знала, каким он может быть.       Т\И не заметила, как шаловливые виртуозные пальцы игриво ласкали клитер, заглядывая глубже. Дилюк нежен. Он всегда заботиться о партнерше. Предварительные ласки могут длиться часами, но тебе этого совсем не хотелось. Т\И решила намекнуть о своем желании, потянувшись к поясу. Он всё понял. И уже через минуты поза сменилась. Т\И лежала грудью и туловищем на столе, ее ножки касались пола. Дилюк коснулся упругих ягодиц, гладил их, тер. Вошел неожиданно и быстро. У него была манера совмещать ласку с истязанием, но оно было скрытым. Так например он заставлял Т\И желать большего, более грубого, превращая в жадину.       Громкие стоны озарили комнату и не только они, жадное хлюпанье киски Т\И, биение бедер друг об друга, даже трещание мебели, что готова была сломаться под натиском. Звуки страсти могли смутить любого. Для прислуги это благоговейный момент. Надежда на то, что хозяин, наконец, найдет себе спутницу жизни. Дворецкий приложил столько сил ради этого, отчего чашечка чая перед сном имела более сладкий привкус.       Т\И сдержала своё слово. Она не сбежала. Грязная, потная спала без сил в объятиях Дилюка. Сейчас девушка ни о чем не жалела. Возможно, этот момент наступит позже. Если такие горячие и жаркие ночи станут постоянной частью её жизни.