Мечтать не вредно Йегер - 2

— Ты действительно не лизал ни у кого спецом задницу, чтоб потом прийти ко мне с поцелуйчиками, внутренне злорадствуя, — поинтересовался капитан у назойливого Йегера. — Ни разу. Не приходилось. — Ответил Эрен, смотря в голубые глаза. — Вы можете обо мне думать всё что угодно, как и я о вас, но... Я злорадствую на ваше злорадствие. Я правда пришёл нормально с извинениями, но вы их не принимаете. — Ладно, — капитан достал из своего буфета бутылку красного вина. — Раз уж ты вновь припёрся… выпьешь? — Леви недоумевал, откуда у курсанта такой поток наглости, всё же это как-то неправильно, так себя вести. — Поговорим об твоём искреннем раскаяние. Йегер стоял в дверях комнаты командира, смотря зелёными глазами на его действия. На вопрос не знал что ответить, лишь опустил взгляд в пол и не ответив на вопрос, тихо ещё раз пробормотал: — Простите меня, капитан! Мне не нужно было так реагировать, вы старший по званию, а я вас оскорблял и вам перечил. Я очень сожалею. За мою наглость тоже простите! — Не топчись там в дверях, — хоть Йегер и раздражал, но нужно было как-то прекратить эти поползновения, выяснить всё, достучаться до разума курсанта, хотя все Йегеры это отдельно взятый, трудный случай. — Что за пуританские поцелуйчики как у девиц из под монастыря? Это неправильно желать парню поцелуев от мужчины. Но на самом деле, я не сержусь на тебя. Эрен не сдвинулся с места, он вспоминал все вопросы на которые он никогда ещё не отвечал, так как капитан поступал ещё хуже, требуя обратить внимание на свой орган и однажды им воспользовался, но не так, как видимо планировал. Но разве сейчас к месту вспоминать, что хотел и сделал когда-то офицер?! — Я ещё раз приношу свои извинения, я был не прав! Леви неспешна откупорил бутылку вина, разлив густое бордо по чашкам, впустив в комнату его дух, от которого тут же закружил ароматный букет с пряными нотками и цветочным амбрэ. — Откуда у тебя наручники, курсант, — то, что Йегер игнорировал приказ старшего, уполномоченного огорчало. — Что? Какие наручники? — Эрен не понимал вопрос Аккермана, он не знал ни о каких наручниках, пока не посмотрел на свои руки. Йегер же не сошёл с ума, почему он ничего не помнил, как они на нем оказались? Может он что-то натворил, когда был Титаном и после на наго их надели?! — Я... Я не знаю. В два шага подойдя к Йегеру, комната Аккерманн была небольшой по габаритам, туда-сюда, шагами быстро, капитан схватил курсанта за грудки и втащил наконец-то в комнату, с громким стуком захлопнув дверь: — Ненавижу сквозняк. — После этого объяснения пиханул Йегера на свою кровать. — Что значит, ты не знаешь? Шутки решил со мной шутить? Так мне не до них, итак полно работы. Эрен расширил глаза, когда Аккерман его схватил и потащил в сторону кровати. Пихнув на неё, Йегер лишь поджал ноги и с испугом выслушал капитана, но Эрен и правда не знал, почему на его руках наручники: — Капитан, я не знаю. Я не помню. «Совсем сумасшедший собакин», подумал Леви. Курсант выглядел испуганным, но капитану в это не верилось, насмотрелся он уже этих комедий от наглых Йегерей. — Ну, давай попробуем вспомнить, — Аккерман придвинул стул и присел на него возле стола, напротив своей кровати с титан-формой атакующего. — Где ты был до того, как припёрся ко мне? — Я.. Я был... Я не помню. Я не помню. Отпустите меня. Я был... Я был на пляже. С вами. Потом... Потом.. Вы отправили меня в комнату, прогнали. Я был здесь и вас поцеловал. — В воспоминаниях парня были лишь обрывки, но ничего такого не всплыло, откуда на руках появились наручники. Эрен обхватил колени скованными руками и вжав голову в плечи, смотрел на Аккермана большущими глазами. — Снять их, — спокойно, тихо спросил Леви, незло глядя на Йегера. — Это очень плохо, позволишь мне осмотреть тебя? Наверное тебя где-то держали, но тогда вопрос «кто?», а ты видимо сбежал. Я не сделаю тебе больно, — продолжал уверять капитан, и не глядя на курсанта, залпом выпил чашку вина. Эрен положительно кивнул головой, он соглашался, чтоб с него сняли наручники, но осмотр был не нужен, так как у Титана всегда была регенерация и если были пытки или побои, их уже не увидеть: — Снимите. Наручники снимите. Подойдя к кровати, Аккерман залез на неё, нависая сверху над Эреном, он приблизил своё лицо близко к лицу парня, от Леви пахло пряным вином, его горячее дыхание наверняка обжигало губы и щёки зеленоглазого курсанта. Капитан какое-то время ещё смотрел на красивый рот Йегера, после чего едва прикоснулся к рту парня своими губами, очень легонько: — Я никогда не целовался, — признался капитан, — с парнем. Эрен был немного шокирован действиями капитана, ещё больше расширил глаза. Капрал обманывал и об этом знал Эрен, так как он лично целовал Леви два раза: — Капитан, вы снимите с моих рук наручники? — Эрен в улыбке приподнял кончики губ и отвернул лицо в сторону. — Не со мной, я знаю вкус ваших губ, у них вкус блятства. Аккерман хмыкнул, криво усмехнулся, глядя на такого игривого Йегера: — Ой! — Вдруг воскликнул капитан. — Кажется я потерял запасные ключи, — и будто в растерянности шарил по своей одежде, выискивая желаемый предмет. — Капитан, как? Как.. Вы потеряли? Может быть вы и заковали меня? Я перед вами извинялся, точно это помню, вы же сказали... — Эрен заткнулся, он не желал произносить те самые слова. Смотря на капитана, взглянул на того грустными глазами, понимая, что оказался в оковах перед своим палачом. — Нет, Йегер, это точно был не я, — Аккерман нежно погладил парня по щеке. — Напрасно ты думаешь, что я зло во плоти. Я хороший, очень-очень хороший, самый лучший. — После этого Леви резко вытащил из брюк и сбросил с себя рубашку, тут же взял руку Эрена в свою и прижал к одной из грудей, чтоб парень мог почувствовать твёрдый сосок своими пальцами. — Капитан, прошу, найдите ключ, освободите меня. Вы же специально меня сковали. Прекратите, пожалуйста! Да, я виноват перед вами, очень виноват, признаюсь, даже поцелуи мне не нужны были. Я вас не хочу, прошу, пожалуйста, отпустите, — Эрен закричал, призывая хоть кого-нибудь на помощь, его голос разносился по комнате. Своими скованными руками он отталкивал брюнета. У Леви стоял колом, напрасно было надеяться, что мужское естество вот так запросто теперь утихнет от каких-то нелепых возражений, взгляд серых глаз заволокло дымкой, капитан смотрел на Йегера и ни одной эмоции не читалось на его ничего невыражающем лице. Расстегнув спереди брюки и приспустив немного с бёдер, Аккерман высвободил разгорячёный член, показывая зеленоглазому, что сейчас будет хорошо. В следующее мгновение, схватив Йегера за патлы, капитан прижал курсанта лицом к отвердевшему стволу: — А чем пахнет здесь, расскажешь, — спросил Леви. — Капитан, пожалуйста, не надо. Что вы творите? Пожалуйста. Я вновь прошу прощение перед вами.. За что? Я столько раз извинялся. — На глаза нахлынули слёзы, капрал схватил Эрена за волосы и прижал лицом к своему члену, Йегер отвернул голову и начал брыкаться на кровати, несмотря на то, что его держали за локоны волос и руки были скованы. — Не надо, капитан, умоляю. Не обращая внимания на выбрыконы Йегера, Аккерман тёрся головкой члена о мягкую щёку курсанта: — Что ты заголосил, — недоумевал капитан. — Как истеричка какая-то, не я тебя в наручники пленил, и ключ действительно где-то не с собой. Не помню. В ящике стола наверное. Прекрати голосить, — продолжая крепко держать одной рукой за волосы голову Йегера, продолжал тереться возбуждённым членом об курсанта. В то же время, вторая рука капитана спокойно покоилась рядом с ним вдоль тела. — Возьми его в рот. Капрал сидел поверх парня, Эрен не смог сдержать слезы, которые стали градом катиться по его щекам. Головка члена мужчины бродила у рта юноши. Несмотря на захват волос, Эрен вертел головой, а так же брыкался всем телом. Становилось ужасно больно, казалось, что тот выдернет клок: — Капитан, пожалуйста, я буду послушный, только не делайте этого со мной, умоляю. Внезапно Леви отпускает волосы Йегера, и закидывает скованные руки парня себе за плечи, оказываясь таким образом близко лицом к лицу в положении сидя друг напротив друга, очень близко, почти сердцем к сердцу: — Послушай, — тихо шепчет капитан. — Я не желаю тебе зла, мне хочется расслабиться. А ты слишком часто ошиваешься у меня в комнате, отнимаешь моё личное время на отдых. Ты хочешь поиграть? Что ж, давай. Скажи тогда, что ты хочешь? Приподнимаясь на кровати, чуть ли руками не обвив шею Аккермана, уложив ноги на его переднюю часть бедра, заведя голени за спину брюнета, Эрен постарался успокоиться: — Если я к вам больше никогда не зайду, никогда не загляну, вы пожелаете сейчас остаться неудовлетворенным? Вы меня отпустите? Леви устало прикрыл глаза, опуская взгляд вниз, не глядя более в зелёные глаза курсанта: — Ты просто глупый обезьянер, — произносит Аккерман. Наверняка Йегер чувствует, как дрожит его тело от возбуждения, а твёрдый член и не думает примыкать к решению «немедленно разойтись». — Всё же постарайся вспомнить, кто и где на тебе закрепил наручники. — Капитан, я не знаю. Я не знаю, хоть убейте. Снимите их немедленно, я требую. Вы... Вы через чур возбуждены.. — Йегер всё чувствовал, как дышал капитан, как говорил, как его тело покрывалось мелкой дрожжью, как его член упирался в низ торса Эрена. Йегер отрицательно замотал головой и ему ничего не оставалось как прокричать: — ПОМОГИТЕ!! Спихнув курсанта с себя, капитан направился к своему платяному шкафу и достал оттуда метровую биту: — Знаешь, что это Йегер? — Аккерман, зло усмехнулся и негромко начал объяснять. — Это волшебная палочка-выручалочка. Ещё раз крикнешь и я тебе вставлю это в задний проход, будешь ровный ходить, с настоящей армейской выправкой. Ясно? Завалившись на кровать, освобождаясь от объятий капитана Эрен присел, помогая себе руками и увидев в руках капитана здоровенную биту, выслушав каждое слово, Йегер испуганно качнул головой: — Я.. Я понял.. Я не буду кричать. — Аккерман запугал парня до такой степени, что от испуга кое-как проговорил слова. Неужели он не сможет ничего сделать и позволит над собой надругаться? Со слезами на глазах юноша взмолился. — Пожалуйста, отпустите меня, я буду послушный. — Колосса лысого, никогда ты не будешь послушным, — Аккерман подошёл к столу и налил в свою чашку ещё вина. — Ты почему не угощаешься, бери пока я добрый. — После этих слов капитан залпом выпил порцию из чашки. Винные пары витали по комнате, местами кислые, местами горчили. Аккерман не пил никогда, но за последние дни он так вымотался, Смит проектирует очередной марш-бросок с сигнальными огнями, не мешало бы как следует отдохнуть перед таким заездом. — Не знаю, что с тобой делать, — Аккерман снял с себя всю оставшуюся одежду и совершенно обнаженный и красивый лёг на свою постель, ногами к Йегеру, уперевшись ступнями в курсанта. Эрен лишь наблюдал за мужчиной, прижавшись в уголок к стене и спинке кровати. Вообще ничего не хотелось говорить и отвечать мужчине, чтоб лишний раз не раздражать и не вызывать никаких эмоций. Аккерман раздевается, при это Эрен отвернулся, когда тот лёг на кровать полностью раздевшись и ногами уперевшись в юношу, зеленоглазый опустил взгляд на свои скованные руки: — Капитан, пожалуйста… Глядя на курсанта, что-то там лапочущего, Аккерман задрёмывал, тело становилось ватным, утопая в наваливающейся неге сна. Веки налились словно свинцом, закупоривая и дурманя потусторонними образами из мира снов. — Я же говорил тебе, — сонно бормочет Леви. — Ключи в верхнем ящике стола, кажется, помоги себе сам. — И едва договорив рекомендацию курсанту, Аккерман окончательно проваливается в сон и крепко спит, официозно сложив руки у себя на груди и посапывая. Эрен приподнял голову услыша лепетание капитана, прислушался к словам, взгляд невольно падал на орган, от которого не так давно чуть не пострадал во дворе разведкорпуса. Стараясь бесшумно подняться с кровати, Йегер подошёл к столу, отодвинул верхний ящик, начал расстегивать со своих рук от наручников, он положил их к себе в карман, вместе с ключиком. Кажется капрал предлагал вино, сейчас Эрен точно не готов был отказываться. Налив полную чашку, неспешными глотками осушил креплённый напиток и вновь взглянул на спящего Аккермана. Подойдя к нему, присел на корточки возле его головы, указательным пальцем провел по его щеке и губам и еле слышно прошептал: — Какой же вы красивый. — Зеленоглазый снова прикоснулся губами чужих, мягких губ, оставляя тихий поцелуй. Конец.