Безумие - не лучшая среда для любви

Она не успела. Теперь она висит здесь, парит над полом, и её крепко держит невидимая сила Шахмат. Ходилки уже стоит, как пешка и смотрит на неё с ужасом и страхом. Он даже не может кинуть свой кубик. Вероятность спастись — нулевая. — Шахматы, ну выслушай меня, прошу! — У меня нет причин тебя слушать! — Я правда бы не сказала тех ужасных слов, честно! Мне подмешали что-то! — Ты показала кто ты есть! Какой мне смысл тебе верить? Я верил тебе, я любил тебя, а теперь ты так запросто выдаешь мой секрет всем! — На глазах Шахмат заблестели гневные слёзы. Слёзы навернулись и на лицо Домино. Парень был безумен, его сознание затуманено злостью, его взгляд был в гневе, он весь пылал, буквально пылал им. Когда Домино с Ходилками, который отчаянно пытался её остановить, ворвались обратно в комнату, Шахматы радостно подскочил. Девушка попыталась что-то сказать, но игра чуть ли не сразу замахнулся своей тростью. Поняв, что произойдёт, Домино быстро увернулась, почувствовав на руке лёгкий ветерок магии. Ходилки сразу вызвался помочь. — Какова вероятность того, что Домино будет уворачиваться от Шахмат? — Кубик быстро полетел и стал переворачиваться в воздухе, блистая сторонами, которые были покрыты такими же, как у самой Домино, точечками. — Пятёрка! — В тот же момент по парню прилетело, заставив выпрямится и стать очередной пешкой Шахмат. — Домино, убегай! Поняв, что ей грозит, девушка послушалась и побежала быстрее, уворачиваясь от магического и практически незаметного ветерка. Она падала и вставала, пытаясь всё объяснить, но Шахматы и слушать не хотел. Белоглазая и на Ходилки указывала, и на Покера, но единственное внимание игры было примкнуто только к ней. Покер хитро и зло улыбался. Казалось, его только забавляли попытки Домино выкрутиться. — Милая, это бесполезно! — Выкрикнул Лото. — Беги от него! Оставь нас! Закусив губу, девушка всё же послушалась и побежала к двери, продолжая уворачиваться от Шахмат. Она быстро открыла дверь, но в последний момент, когда до спасения оставалось всего несколько секунд и сантиметров, в спину что-то прилетело и подняло её над землёй. Она не успела. Теперь она висит здесь; парит над полом и её крепко держит невидимая сила Шахмат. Она могла спастись. Она могла рассказать всё парню, но не успела. Шахматы тоже поднялся в воздух и подлетел к девушке, коснувшись её подбородка. — Да, ты сейчас такая жалкая, но в то же время такая прекрасная... Какой же фигуркой тебя сделать?.. Для пешки ты какая-то слишком дорогая... Может, турой? Или конём? — Отпусти меня, пожалуйста! —Взмолилась игра. — О, нет, моя дорогая! Всё это время я гонялся за тобой и за любовью, но вы убежали! Тебя забрали, любовь ударила меня в живот, а я не могу забыть! Я не знаю, виновата в этом ты или я, но тебе никогда не понять этого! Вам всем никогда этого не понять! — Шахматы оглядел всех игр, а затем развернулся обратно к Домино. — Поэтому я наконец избавлюсь от этого дурацкого чувства любви. Я убью тебя! Убью и всё уладится! — Это не решит всех твоих проблем! — Но решит большинство! — Это плохой способ избавиться от любви, пойми! — Замолчи! — Воскликнул парень и отлетел на несколько метров, подняв вверх свою трость. - Убью. Убью! УБЬЮ!!! Жезл взлетел над головой Шахмат, и Домино приготовилась, зажмурив глаза, и смирившись. Игры снизу громко закричали. Как вдруг... — Братик! Шахматы резко замер и выпучил глаза. Его трость зависла у него над головой, готовая нанести сокрушительный удар, но рука не решалась пустить её в Домино. Напуганный детский голосок Шашек разрезал воздух комнаты, как стрела. — Братик, что с тобой? — Шашки, убегай отсюда! — Крикнула Правда-или-Действие. Шахматы всё ещё не двигался. — Что случилось, Шахматы? Что ты делаешь? Наконец парень повернулся к Шашкам, который смотрел на него своими напуганными и невинными глазками. — Шашки... Уходи отсюда... — дрожащим голосов проговорил он. — Уходи, не мешай мне! — Но ведь ты мой братик! Я должен знать что ты делаешь! — Шашки, он безумен! — Подала голос Домино. — Убегай, иначе он и тебя убьёт! — Шахматы, ты что, убил кого-то?! — Вскрикнул мальчик. — Но ты же не мог. Ты же добрый! — Не слушай его! — Крикнул Покер. — Шашки, я же сказал тебе уйти! — Нет, братик. Я не уйду, пока ты не объяснишь мне что происходит! Ты же такой хороший! Почему ты убиваешь людей? Шахматы не способен на такое! — И тем не менее, мелкий засранец, — зло ухмыльнулся Покер, — не мешай ему! Не мешай нам! Старший брат опять поднял трость, готовясь пустить её в Шашек. Игры заорали, умоляя его этого не делать. — Ты — не Шахматы! — Захныкал ребёнок. — Шахматы никогда бы не стал делать людям больно! Шахматы хороший и добрый человек! Шахматы — мой любимый брат! А ты не похож на него! Верни мне моего братика! Где он? — Малыш заплакал. Парень задышал быстро и прерывисто. Рука задрожала; перед глазами был плачущий Шашки, он слышал все звуки как какой-то белый шум, а затуманеное сознание прорезали мысли: "Он же ребёнок..." "Он ничего не понимает..." "Ему же страшно..." "Что я вообще творю?" И Шахматы с громким рыком кинул трость на землю. Домино упала; игры "оттаяли", получив контроль над своим телом. Парень отчаянно сорвал с головы корону. Сдёрнул с себя красный жакет, оставшись в своей чёрно-белой рубашке. Он оглядел всех в комнате и переполох, который создала магия. — Это я всё натворил... — Шахматы медленно потянулся и схватился за голову. Игра опустился на колени и закрыл лицо ладонями. К нему сразу подбежал Шашки, и маленькое тело крепко обняло брата. Не сдерживая слёзы, Шахматы сжал его в ответ. — Как же ж сильно я тебя люблю... — прошептал он. — Я тоже люблю тебя, братик... Шахматы плакал Шашкам на плечо, игры в шоке посмотрели на милую картину и улыбнулись. Домино медленно встала и тоже посмотрела в сторону братьев. Немного подумав, она решительно двинулась туда. На пути сразу встал Лото, но, словив на себе острый взгляд девушки, кивнул и отступил. Белоглазая тихо присела возле Шахмат, который будто не замечал её, и тоже обняла. Парень замер и немного повернул голову, почувствовав на щеке мягкие тёмные локоны. Продолжая обнимать Шашки, он прижался и к Домино. Она же открыла глаза и повернула голову к другим играм. Дурак взял за руку Правду-или-Действие и они опустились на пол, приобняв Шахматы. Ходилки улыбнулся и сделал то же самое. Лото стоял немного в стороне. Домино вопросительно и осуждающе посмотрела на него. Наконец парень тоже улыбнулся и сел, накрыв собой Доми и братьев. В объятиях друзей Шахматы наконец почувствовал себя в безопасности. Слёзы катились по его щекам двумя ручейками, душу переполняли странные чувства; это была и радость и отчаяние и злость на самого себя. Игры чувствовали друг друга и поддержку, которую все отдавали. Всё было бы идеально, если бы острый слух Домино не уловил тихий шепот Покера: — Ты должен был убить их всех... Слабак... Ну ничего, я ещё до всех доберусь... Это не было похоже на разочарование, это была просто злоба. Вряд ли Ходилки дал Покеру задание убить всех. Что-то в нём было не так. Но Домино, стараясь не обращать внимания на это, продолжая обнимать Шахматы. Скрипнула дверь и игры отлипли друг от друга. — Простите меня... — прошептал Шахматы. — Я не знаю что на меня нашло. После слов Покера, что никому нельзя доверять я настолько поверил этому, что... Просто не заметил во что превратился. Вы вряд ли меня простите, но... Мне жаль. С этими словами парень ещё раз приобнял Шашки и развернулся. — Я немного побуду один. Шашки, я безумно тебе благодарен. Я прийду к тебе на ужин и поиграю с тобой вечером, обещаю. Мне правда жаль. — повторил он. — Спасибо вам за объятия. Мне правда их не хватало. Шахматы грустно улыбнулся, в последний раз сжал брата и вышел из комнаты.