Скопление злобы

      "мне тебя жаль. Чхон-а".       Чхон Мён Святой Меч не понимал, почему Сахён жалеет его. Он не думал, что в цветах есть какая-то особенность, и не считал себя неполноценным от того, что видел лишь оттенки серого, чёрного и белого. "сахён преувеличивает важность цветов", так думал и думает Чхон Мён. Почему он должен чувствовать себя неполноценным от того, что не знает о цветах. Не знание не делало его жизнь тяжелее. Он может подобрать ткань под цвет глаз и с помощью серого. И не обязательно видеть цвета, для этого он знает название каждого базового цвета.       Он переродился, но всё ещё не считал себя не правильным. Он по прежнему не видел цвета. Это создавало определённые вопросы в Секте Чо Голь даже пытался его за это устыдить. Правда, после воспитывающих пинков никто не решился повторить за ним.       Единственное, о чём он жалел, это о том, что не знает цвет глаз своих погибших Садже и Сахёнов. Но он старается не задумываться о таких вещах. Не время и не место утопать в жалости к себе. Он верит, что его всё ещё ждут там. Слива была светло серой с затемнением к бокам. и ему нравилась такая слива. Его глаза были похожи на цвет сливы, и это делало его счастливым.       Он не считал себя не полноценным.       Но всё изменилось после того, как ученик Пэк Чхон подошёл слишком близко.       Тогда В тот момент он не мог не заметить того, что Серый исчез, будто его и не было. Глаза Пэк Чхона были красивыми, он не мог сравнить их ни с чем. Это было первым, что он увидел. Теперь не Пэк Чхон его держал, а Чхон Мён держал Пэк Чхона. Сжимая его кисть так, что кость могла сломаться. Абсолютно забыв о том, что он хотел уйти, он осматривал помещение и людей, что отводили свои взгляды, стоило ему посмотреть на них. В тот момент он был готов согласится со своим Сахёном.       Цвет - это нечто, что не передать словами.       С того момента он не мог так просто отойти от Пэк Чхона. Выбивая из Пэк Чхона дерьмо от того, что тот нарушил по не знанию один из самых важных негласных законов Мурима, и втаптывая его гордость в грязь, он наблюдал, как это лицо вместе с красной кровью и грязью не становилось страшнее. Наоборот, избитый Пэк Чхон был куда красивее, чем здоровый.       -Тогда сделай меня сильнее, раз так. Не нравится моя слабость!       Нет, он не хотел сейчас взваливать на себя такие обязанности, как воспитание нерадивых старших. Не сейчас. Сначала они должны осознать свою слабость по с равнению с учениками третьего поколения. и уже потом можно будет ковать железо, пока оно горячо.       -Нет, С какого перепугу я должен это делать?       Удивлённое лицо красивого человека стоило его слов.

***

      -Не буду я с тобой жить!       Пэк Чхон наотрез отказывался от того, чтобы делить свою комнату с Чхон Мёном, который прилип к нему, как муха к мёду. Чхон Мён на отрез отказывал ему в том, чтобы перестать вместе ходить мыться. У двух поколений были разные ванны, и Чхон Мён противился тому, чтобы отойти от него дальше пяти метров.       Этот ублюдок бил его, когда он пытался уйти.       Буквально через пару часов после сказанных слов от старейшин пришёл приказ просьба жить вместе с Чхон Мёном.       Поэтому Чхон Мён, уже с собранными вещами, коих было не так много, ворвался в дверь маленькой комнаты. Его лучащееся от радости лицо хотелось разбить, как хрупкое стекло.       Этот ублюдочный человек не постеснялся достать и разбросать вещи Пэк Чхона, чтобы положить туда свой блядский мешок. Вещи не пойми как валялись на полу, и собирать их пришлось Пэк Чхону, как непосредственному владельцу. Пэк Чхон стал следить за комнатой в два раза усерднее, каждый раз ругая Чхон Мёна за мусор, который тот не собирает, получая ехидное выражение лица в ответ на свое недовольство нерадивым соседом.       Это бесило.       С Чхон Мёном пришлось ютится на одной кровати. Маленькие размеры комнаты не позволяли разгуляться и обзавестись второй кроватью. Жалоб от самого Чхон Мёна не поступало.       Пэк Чхона же стало это нервировать, после того, как он уже пол года не мог расслабится и просто по человечески подрочить. Не смотря на то, что сексуальное напряжение снималось с помощью духовной энергии, гормоны не исчезали и копились. Ему было тридцать и с подросткового возраста он, как и другие регулярно снимал напряжение, но с Чхон Мёном в одном помещении сделать это было не возможно.             Скопившаяся злость была причиной, чтобы поднять этот вопрос.       -Чхон Мён, мне хотя-бы раз в неделю нужно побыть одному в комнате. Ты понимаешь? Я взрослый мужчина и у меня есть потребности, а твоё присутствие мешает исполнять их.       Чхон Мён посмотрел на него, как на дурака, который молол всякую чушь.       -Сасук, чтобы заниматься сексом, нужно два человека. Как ты собрался заниматься им в одиночку?       К Пэк Чхону немедленно пришло осознание, что Чхон Мён не знает о существовании Дрочки.-"может. этот ублюдок так зол из-за скопившихся гормонов" - Это было шансом, чтобы Чхон Мён избавился от агрессии, перестав вымещать её на других.

***

      Лёжа с раздвинутыми ногами и связанными зелёной лентой руками, он жалел о том, что вообще заговорил об этом. Одежда всё ещё была на нём, и его не торопились раздевать. Но научный интерес Чхон Мёна. который на слово ему не поверил и взял его на понт, привёл его к тому, что он лежит на кровати в полном обзоре для Чхон Мёна. Его штаны стянули до бёдер так, чтобы открыть ту самую часть, которую не должны видеть другие. Его член слишком вялый и сухой для этой ситуации. Схватили чужие руки, которые крутили его, осматривая со всех сторон.       "красивый"       Пэк Чхон покраснел от этих слов, но видимо Чхон Мён не заметил то, что говорил вслух. Продолжая разглядывать, он начал двигать рукой, наблюдая, как чужой член становится больше, а головка окрашивается в нежно розовый цвет. У Чхон Мёна появилась не малого размера выпуклость в штанах, но сейчас он был слишком сосредоточен на Пэк Чхоне и его члене. Его слова о том, что удовольствие можно получить и через руки, доверия не вызвали.       "Его же можно и оторвать".       Этот вопрос надо было изучить со всех сторон, чтобы убедится, что это безопасно. Выпрямив спину и направив взгляд на лицо Пэк Чхона. Чтобы оценить и убедится, что это безболезненно и не опасно.       Зажмуренные глаза, нахмуренные чёрные брови, изредка мотающаяся голова, густой румянец и закрытый рот.       Нахмурив брови, Чхон Мён свободной рукой схватил руку Пэк Чхона, убирая её и прижимая к кровати. В ответ он получил удивлённые глаза и дрожащий рот.       -Сасук, Сасук. Как же я пойму, что тебе нормально, если не вижу твоего лица?       Говоря всё это поучительным тоном, он ускорял движения, наблюдая за тем, как Пэк Чхон выгнулся, запрокинув голову и стонал со всей доступной ему громкостью.       -П-переста-ах!       Чхон Мён ослабил интенсивность, чтобы слабая спина этого ребёнка вернулась в прежнее состояние. Лицо Пэк Чхона с расширенными зрачками и приоткрытым ртом было слишком страстным, чтобы сомневаться, что ему хорошо. Достав свой напряженный член и повторяя за движениями руки на чужом члене, он уткнулся лбом в закрытый одеждой пресс. По комнате распространялись стоны двух на вид молодых людей: сгорбленная спина Чхон Мёна и распластанное тело Пэк Чхона. Позволяя себе на миг забыть о разнице в возрасте и утопая в греховном удовольствии, Пэк Чхон вместе с Чхон Мёном очень скоро достигли пика.