Repent

***

Куда уходит детство в какие города? И где найти нам средство чтоб вновь попасть туда Оно уйдет неслышно пока весь город спит И писем не напишет и вряд ли позвонит — Эй, Валерочка, пошли-ка с нами, — от спокойно стоящего рядом с пищеблоком парнем появилась компания Бекли, с таким видом, как будто задумали самое на то есть преступление. Лагунов насторожился и хотел уже отодвинуться, но тяжелая рука Саши не давал даже думать о таком. — Разговр есть, — сказал Сашка, и с напором повел его за угол. Пристроив вплотную к стене, он пояснил: — Про беглых зэков слыхал? — получив кивок, он проложил: — Так вот, мы хотели проверить правда ли они в той церкви обмен могут провести. — Откуда узнали? — Титяпа язык за зубами держать не умеет, — хмыкнул парень. — Нет, это все понятно, но я вам зачем? — насупился Валерка, не до конца поняв всю ситуацию. Еду они сами в силах притащить, а остальное уже их дело. Им он на что? Приманкой Лагунов не как не хотел становится. — Ты забыл что ли? Ты же теперь «весь мой», — разведя руками, заводяще зашептал Бекля. — Хоть в час ночи тебя разбужу, должен как солдат подняться и пойти за мной даже на край света. — А отсос тоже в это ходит? — зашипел Лагунов в ответ, наконец отталкивая руку Беклямишева от себя. Клыки показывает. Беля улыбнулся, сладко и довольно, возвращая кисть на законное место. — Можно устроить, — заметив ужас в глазах парня, Бекля продолжил: — когда подрастаешь. — Урод, — надрывно закричал Валера, толкая смеющегося Сашу в бок и обходя его в сторону. — Слушай, я распинаться перед тобой не буду как мамка твоя, — пригрозил он. — Идешь с нами после обеда, если что для красоты. Ты теперь далеко от меня отходить не будешь, для своей же безопасности. Валера подумал, что ему уже ничто не угрожает кроме себя самого. Так что находиться рядом с Сашкой ради безопасности он не горел желанием. Но что поделаешь, за свои слова надо отвечать.

***

— Там еще баба одна пропала, да так и не вернулась, — слушая истории парней, Валера без особых трудностей добрался до заветной церкви. Он если честно перестал верить в страшные истории еще с того момента, когда в прошлом Лева стал вампиром. В реальность он варил, а вот в вымосел — нет. Даже хоть чуточка страха не поскользнусь в нем не смотря на детское сознание, не в первый же раз он идет в конце концов. На деле Лагунов больше думал сейчас не о зэков и порыве Беклямишева поучить «нож боевой» а о гораздо более серьезным вещах, например которым являлся Игорь. Он даже с Вероникой его в последнее время не видел, скорее распад отношений начинался уже сейчас. Валера даже рад был этому в душе: чем меньше Игорь будет думать о лишнем, тем больше будет думать о главном. А самое главное сейчас было спасти детей без особых потерь. Дошли они без особых приключений, если не считать разодранных коленей, которые он получил из-за дружка Бекли, хотя потом ему ой как досталось, это надо было видеть. Валера не считал себя злорадным человеком, но сейчас он как никогда ощущал на себе это чувство. — Иди сам давай, — фыркал парень, отталкиваясь почти что набросившимся его кулаками друга. Никто не хотел идти в этот проклятое сдание, не с самой приятной и гнетущей атмосферой. Даже у Валеры в душе сердце подпрыгивает только от одного его вида. И даже он сам поздоровал, кого отправят вместо ребят. — Тише, джентельмены, упокоитесь. Пойдет Валерочка, — уж слишком весело прощебетал Саша, лицо которого вытянулось от счастья. Вот теперь точно стало понятно, зачем им нужен был пионер. Ну не погибнет же. Ступив за порог и сделав первый шаг на уже трескавшийся бетон, Валера в руках с пакетом начал озираться по сторонам. Мыши еще не проснулись, не должны были напасть. Со всей возможной аккуратностью бросил пакет с едой и не слишком быстрым шагом направился назад. Пацаны ждавшие его снаружи встречали его взглядом единственного выжившего на тонущем корабле. Бекля наградил его громкими аплодисментами. — Молодец Валерочка, не подвел. Уж лучше бы подвел, думал Валерка, глядя на счастливое лицо Саши. — В следующий раз с нами пойдешь, для красоты. — Парни заржали. Лагунов от отчанья засмеялся внутри себя. Разве у него был выбор?