Все ради эксперимента

      Этот день должен был когда-либо настать. Кендзяку понимал это как никто другой. В конце концов, они взрослые люди и близость не является чем-то особенным, особенно в его случае, когда все это ради определённой цели. Он прожил сотни лет и раздеться перед мужчиной не представляется для него сложным, даже в женском теле. И хоть, это его первый такой опыт, он не чувствует абсолютно ничего. Он чувствует лишь прожигающий взгляд Итадори, который уже сидит на краю кровати и ждет его. "Лишь бы этого скорее закончилось", - он вздыхает и пытается улыбнуться своему "мужу". Это несомненно их обдуманное решение, по крайней мере именно так думает мужчина, ведь для него это первый раз с его женой, а для Кендзяку это всего лишь неотложный эксперимент. Когда последний элемент одежды падает на пол, он наконец подходит ближе, позволяя уложить себя на мягкие простыни. Итадори нежен с ним, будто он сделан из хрусталя и любое неосторожное движение может его разбить, и это смешит мага, ведь Кендзяку далеко не такой хрупкий, как думает Итадори. В любом случае, сейчас он позволяет ему делать то, что тот хочет, и лишь наблюдает за действиями мужчины. Джин смотрит на него так, будто он восьмое чудо света, сокровище, за которым охотятся тысячи пиратов, и ему даже становится немного неловко. Этот человек действительно любит свою жену и как же ему не повезло, что её место занял Кендзяку. Наконец, Джин неуверенно укладывает сухие горячие ладони на женской талии. Кендзяку не может контролировать мурашки, пробежавшие по телу от этого действия. Под телом мужчины он начинает чувствовать себя муравьем и это пугает. Но все же он знает - Итадори не сделает ему ничего плохого, потому что любит. Это проскальзывает во всем: его движениях, касаниях, взгляде. Кендзяку позволяет себе расслабиться, хотя бы для того, чтобы все точно прошло по плану. Итадори медленно ведёт руками наверх, оглаживает бока и сжимает женскую грудь, выбивая тихий стон из губ Кена. Маг сам удивляется этому звуку, но прикосновения мужчины слишком приятны этому телу и он не может ничего с собой поделать. Итадори же довольно ухмыляется, будто, гад, обо всем знает (что просто невозможно), и опускает своё лицо ближе, дыша ему прямо в шею. Сначала он невесомо целует, заставляя табун мурашек пробежать по спине, затем всасывает нежную кожу, оставляя алеющие отметины. Дыхание Кендзяку сбивается от этих действий, мелкая дрожь окутывает все тело. Довольный собой Итадори начинает цепочкой поцелуев спускаться ниже, доходя до груди. Целует её так же аккуратно, почти невесомо, а потом неожиданно обхватывает зубами сосок и немного оттягивает, выбивая из партнера уже настоящий стон. Тело женщины реагирует на это слишком бурно, Кен, явно не ожидавший такой выходки от мужчины шумно дышит, чувствуя стыд. Его лицо горит, как и все тело, и Джин может оценить это в полной мере. Он играет с его грудью как хочет, сначала ртом, а потом руками, доставляя удовольствие только этими действиями, и Кендзяку притягивает его за шею еще ближе, насколько это возможно, полностью отключая свой мозг. Все-таки секс не время для раздумий - принимает решение он. Итадори, наконец удовлетворившись женской грудью, вновь начинает спускаться ниже, и Кен снова чувствует эти мерзкие мурашки, которые уже повсюду. Будто на зло, губы Джина останавливаются перед самым заветные местом, ничего не предпринимая и Кена вдруг охватывает волнение, все ли он сделал правильно? Маг тщательно готовился к этой ночи, ведь близость с этим мужчиной была важна для его плана и все должно было пройти как по маслу. Он ахнул, когда Итадори одним рывком обхватил его ногу и начал выцеловывать бедро, покусывая и оставляя отметины. Казалось он проходился по каждому миллиметру кожи, не оставляя и кусочка без внимания. Кен просто млел, наблюдая за его действиями сверху вниз. Наконец, Итадори покончил с прелюдиями и маг заметил, как его рука потянулась к флакончику со смазкой, выдавливая немного на руку, и куда больше на его интимную зону. Он вздрогнул, ощущая как прохладная жидкость медленно стекала по ногам. Все же лишаться девственности в женском теле было страшно, хоть к боли он давно и привык. От мыслей его отвлекли такие же прохладные пальцы, покрытые смазкой, которые поочерёдно проникли в него примерно наполовину, осторожно подготавливая к чему-то больше. Кен чувствовал себя странно, ощущая что-то инородное внутри, но приятный ком внизу живота отвлекал его от всего прочего. Спустя пару минут пальцы все же покинули его, оставляя неприятную пустоту после себя. Он взглядом проследил за тем, как Итадори вылил остатки смазки на свой член, парой движений полностью смазывать орган. Когда он приставил его ко входу, стало немного страшнее. - Ты готова? - глядя прямо ему в глаза, полным нежности голосом спросил мужчина. Кендзяку, поняв, что от него ждут ответа, еле слышно прошептал: "да" И Итадори, больше не медля, вошёл в него одним рывком, полностью оказавшись внутри. Внезапная боль прострелила тело Кена насквозь. Он сжался, впиваясь короткими ногтями в плечи мужчины до крови, а глаза наполнились морем невыплаканных слез. Итадори не двигался, терпеливо дожидаясь когда ему станет лучше, чтобы продолжить. Кен попытался успокоиться, сделав пару вдохов-выдохов. Все же это даже не самое больное, что он когда-либо испытывал, но даже так заставило его потерять самообладание. Наконец, немного привыкнув, он кивнул, давая Итадори знак двигаться, и мужчина качнул бедрами. Новая вспышка боли не заставила себя ждать, хоть и была намного слабее первой. Джин заметил это, по скривишемуся лицу жены, и, ведомый порывом, накрыл его приоткрытые губы своими, проходя языком по ряду зубов, оглаживая небо и сплетая языки. Он взял медленный ровный темп, входя плавно под одним углом, посылая по телу Кена волны удовольствия. Тот сам был удивлен реакцией его тела, несдержанно простонал в поцелуй, руками притягивает мужчину ближе, и толкался навстречу, будто это было единственное, что имело значение. С каждым толчком узел внизу живота будто сворачивания сильнее, вызывая новую волну удовольствия. И новый толчок вдруг вызвал у него белую вспышку перед глазами, а удовольствие затмило все. Его тело будто онемело на пару секунд, рот приоткрылся, а сам он сжал Итадори внутри, едва вспоминая дышать. Мужчина сделал ещё пару толчков прежде чем излиться внутрь, горячим семенем заполняя внутренности женщины. Кендзяку отчетливо ощущал выплеск жидкости внутри и чувствовал какое-то моральное удовлетворение от этого, медленно отходя от оргазма. Итадори лег рядом, вновь бросая на него этот влюблённый взгляд, и Кен не выдержал, в этот раз сам накрывая его губы своими. Поцелуй вышел неторопливый и от того такой страстный, забирая его последние силы. Джин, замечая как слипаются его глаза, натянул на них одеяло, закрывая уставшие тела. - Спокойной ночи, - прошептал он на ухо, напоследок целуя жену в лоб. Кен ничего не ответил, впервые за несколько сотен лет спокойно засыпая, окутанный заботой и теплом.