あなたの夢はどんなものでしたか？
23 ноября 2023 г., 21:39
Примечания:
🌹🌹🌹
Ганджи проснулся — было как-то подозрительно тяжело дышать носом.
Дотронувшись пальцем до одной из ноздрей, он понимает, что внутрь воткнут скомканный кусочек марли.
Потолком служит уже тёмно-синее небо, матрасом — сухая трава. Оглядевшись, он понимает, где находится.
Питч.
Только вот, никого здесь не было. Абсолютно пусто.
Ну, или, почти пусто..
— Что мне с тобой делать? — вопрос, доносящийся сверху, будто говорит с ним не кто иной, как всевышний.
Не так далеко, на траве удобно расположился капитан их школьной команды — Уильям Эллис.
Он явно был чем-то недоволен, но вида старался не подавать, скрывая отрицательные эмоции на лице за несколько беспокойным тоном своего голоса.
Отбивающий на него смотрит, недоумевает.
От марли в носу на пальце осталось красное пятнышко.
— ..Чего? Ты о чём?
Эллис сидит молча около минуты, на Гупту не смотрит, будто спиной видит его негодование, недопонимание.
Колени свои руками обхватывает, вздыхает, словно обижен.
— Ты не мог сегодня, ну.. выспаться, хотя бы? О нашем провале завтра вся школа говорить будет, — раздосадованно говорит он.
Лучше ситуацию слова Уильяма не делают — Ганджи всё ещё не понимает, чего от него хотят.
Капитан встаёт с земли, отряхивается. На лице его раздражение, ему несвойственное.
— Ночью надо было спать, а не прямо перед матчем, в минивэне. Ты стоял, пялил в одну точку, потом получил мячом в нос и отрубился прямо на траве! Тебя некому было заменить, игру не стали продолжать.
Эллис продолжает говорить что-то, но сосредоточиться на его словах мешает колющая боль в голове.
— Ганджи? — резко меняет тон капитан, его лицо удивлённым становится. — Ганджи!
...
Время: Около 20:00-21:00.
Ганджи проснулся снова. В холодном поту, тяжело дыша. Лицо его хмурое, подпитанное тем же негодованием. В носу та же окровавленная марля. Как в прошлый раз, рядом был Уильям, сверху — ночное небо, снизу — трава. Единственное отличие в том, что находятся оба не на питче, а на ограждённой площадке где-то в парке.. То был сон, кажется. И слава Богу — Гупта бы не стерпел глядеть на такого Эллиса в.. “реальном” мире. — Всю ночь лежать здесь собрался? — с улыбкой смотрит на него капитан. Как и во сне, Уильям, кажется, скрывал свои настоящие эмоции, решив не показывать их только проснувшемуся человеку. — Нет, — мотнул головой Ганджи, — уйдём сейчас. Уже темно. — Почему? Вопрос застал врасплох. Кроме того самого “Уже темно” отбивающий не мог придумать ничего другого. — ..Комары покусают? — Уже, — ответил капитан, чеша покрасневшее пятно где-то на предплечье. — Я, так-то, тебя жду. Не хочешь - не пойдём. Тишина, разбавленная тихими звуками сверчков. На том и порешили — выходит, никуда они не пойдут. В такое время никакой транспорт, кажется, уже не ходит. И собственные ноги их тоже идти не хотят. ..Хотелось бы спросить о том, что произошло до его пробуждения. В чём причина такого странного сна, откуда марля? — Я брал с собой несколько бинтов и пластырей, чтобы помочь, если что случится, — сказал Уильям, словно прочитав чужие мысли. — Ты ведь помнишь, что произошло? Ганджи смотрит на небо, думает о том, какая мягкая, должно быть, кровать дома. На деле, мягкой сейчас кажется и примятая под весом его тела трава. Эллис смеётся — скорее всего Гупта ничего не помнит. Но оба ничего не будут друг у друга уточнять. Первый видел сон, другой знал, что первый его видел....
Время: Около 22:30.
Отбивающий уснул снова, несколькими минутами позже их последнего разговора — это не заняло много времени. Снов он более не видел, надеялся, что и не увидит. Его гладили по животу, по голове — по всему, до чего могли достать руки капитана команды. Оба, кажется, надеялись, что такой дряни ему больше не приснится. С каждой минутой поглаживания эти, успокаивающие и сами по себе спокойные, больше начинают напоминать щекотку. Уильям знал, что тот спит — кажется, лишь немного заигрался. Эти действия с его стороны в очередной раз заставляют пробудиться — уже неизвестно, в который раз за эти несколько часов. Хоть какой-то плюс от этого был — на колене сидел комар, прибить его удалось. Ганджи улыбается недолгое время спустя. С одной стороны — это обычная щекотка, которую, вроде как, и не хочется прекращать, с другой — Ганджи немного стесняется из-за того, что Уильям решил заняться подобным делом прямо в парке (на зависть до сих пор не ушедшим домой одноклассникам). Гупта щекочет в ответ. Касания не такими длинными ногтями ощущаются всё равно, даже через спортивную форму и ветровку. Эллис хохочет. Приостанавливает щекотку на время, вместо этого потрепав по голове и беспорядочно покрыв поцелуями чужое лицо. — Колешься! — Ганджи говорит, да так неосознанно громко, что снова становится стыдно. Незнакомая дама с собачкой, проходящая мимо, кажется, была не очень довольна увиденным. — Извини, — отмахивается, напоследок чмокнув ещё и в кончик носа, — спи дальше. Уильям считает подобные знаки внимания обычным делом, для Ганджи же это — явление необычное и несколько постыдное, по крайней мере на данный момент. Гупта решает послушаться, хоть и совсем нехотя — закрывает глаза, перед этим ещё с минуту смотря то на звёзды в небе, то на чужое лицо....
Момент пробуждения настал тогда, когда осветили комнату первые лучи утреннего солнца.. ..комнату? Открыв глаза, больше не видишь звёзд, как не видишь и голубого неба да солнца. Видно только люстру и белый потолок. Уильям улыбается, даже смеётся, наблюдая за тем, насколько Ганджи в замешательстве. На матрасе, где он лежит, стоит блюдце. На блюдце — ровно отрезанный кусок торта. — С днём рождения, Ганджи. С глазами по ложке, оба просидели в тишине примерно минуту. Капитан команды медленно взял блюдо, поставил на тумбу. Выглядело это, словно очень тонкий намёк..
Примечания:
..А потом они поцеловались
