Уроки Математики

      Бакуго уже сидел в кафе, когда Киришима добрался до него. Эйджи заглянул через панорамное окно, чтобы увидеть счастливого Кацуки — похоже, он нисколько не злился из-за его опоздания.       — Привет, — акулья улыбка встретила Бакуго.       Он хотел было сесть напротив, но Кацуки рукой указал, чтобы он сел рядом. Чуть смутившись, Эйджиро выполнил просьбу.       — Я уже заказал на свое усмотрение, — он пребывал в непривычно хорошем расположении духа. — Но я думаю, что ты можешь что-то взять еще.       — Добрый день, — подошедшая девушка неприкрыто удивилась, спрятав пол-лица за меню. — Вы что-то будете брать? Ваш… друг уже заказал янинику.       — Можно порцию якитори? — попросил Киришима и обратился к Бакуго. — Ты что-то еще будешь?       — Нет, мяса достаточно будет, — спокойствие, с которым он говорил, тоже было непривычным. Когда девушка, кивая и оборачиваясь ежесекундно, все же ушла, он добавил. — Я думал, ты больше говядину любишь, поэтому и заказал янинику.       — Курочка — это белки, а для героя они очень важны, — беззаботно заулыбался Эйджиро. — Кстати, что такого ты сказал официантке, что она так покраснела при виде меня?       — Сказал, что у меня здесь свидание, — обычно горящий дикий огонь в красных глазах Кацуки сейчас напоминал мягкое пламя камина. От него просто исходила любовь.       — Ваше мясо, — девушка была не менее смущенной, чем Киришима. — Сейчас принесу угли.       — Кацу, — он закрыл лицо ладонями. — Кто был тот человек, с которым ты встречался и который подменил моего Кацуки?       — Об этом я тоже хочу поговорить, но, давай, сначала покушаем, — он стал чуть серьезнее и уже больше похожим на обычного Бакуго.       — Мне тоже нужно тебе кое-что тебе рассказать, — Киришима решил, что нужно рассказать о просьбе Мины. Она казалась ему настолько незначительной, что он не видел смысла откладывать.       — Эйджи, давай покушаем, — Бакуго явно был настроен поговорить, но все хотел, чтобы этот разговор состоялся чуть позже.       Около их столика вновь появилась официантка, которая уже успела переварить то, что они вместе, и теперь неприкрыто хихикала, глядя на них. Эйджиро бросил быстрый взгляд на Кацуки, зная, как он сильно не любит подобного поведения, да и к тому же речь шла о его личном пространстве и об их отношениях. Взгляд был встречен немым ожиданием, когда же девушка выложит угли в жаровню. Как только она скрылась из поля из зрения, он так же молча положил несколько кусочков мяса на гриль и только после этого повернулся на Киришиму.       — То, что ты хочешь сказать? Это что-то важное? — это спокойствие скорее пугало Эйджиро, чем давало уверенности.       — На самом деле я так не думаю, — он все же решил, что нужно это рассказать, как можно скорее. — Это важно для Мины, а она ведь мой друг. Это с ней я виделся.       — Ну, валяй, — он перевернул кусочек мяса и докинул еще пару, раз Киришима так и не притронулся к нему, для него.       — Я говорил, что мне отказали в средней школе, — он затараторил, желая покончить с этим поскорее. — Это и была Мина. Ее парит, что ты будешь из-за этого переживать, когда узнаешь и не захочешь, чтобы она была в нашей команде.       — Почему? — это был единственный вопрос, который задал он.       В голове Бакуго начинал складываться четкий паззл — вот почему Ашидо знала о влюбленном взгляде Киришимы и вот почему она отправила с этими вопросами к нему самому. И вот с кем он сегодня встречался.       — Она думает, что ты будешь меня ревновать к ней, — в голосе Эйджиро слышалось, что он и сам считает это глупостью.       — А ты как думаешь? — Кацуки все еще был чрезмерно спокойным.       Не оборачиваясь на Киришиму, Бакуго переложил один кусочек мяса к себе на тарелку, второй на тарелку рядом и положил новые жариться. Теперь ему стало понятно, что имел ввиду Деку со своими выпадами про любовь, ревность и прочую ересь. Он пока не знал почему, но Ашидо и Мидория точно успели пообщаться на эту тему и заранее все это спланировали.       — Я считаю, что тебе пофиг, — немного подумав, ответил Эйджи.       — Правильно считаешь, — кусочек мяса отправился в рот. — Я люблю тебя, и уверен и в твоих чувствах ко мне. Я бы не уважал себя и тебя, если позволил сомневаться в тебе и собственном выборе.       Он сказал это достаточно громко, чтобы на другом конце этого небольшого заведения все три официантки начали пищать, а Киришима смутился еще больше.       — Кацу, — он закрыл лицо руками.       — Кушай, давай, — на жаровне оказались новые кусочки.       Эйджиро будто только сейчас обратил внимание, что в его тарелке лежит уже пожаренное мясо. Бакуго не нарушал молчание, пока не убедился, что Киришима действительно поест.       Только когда не осталось ни говядины, ни курицы, он подал голос.       — Эйджи, я знаю примерно то, о чем ты хочешь меня спросить, — Бакуго и сам хотел закрыть этот гештальт. — Буду с тобой максимально честным.       Только и ждавший этого Киришима выпалил разом все вопросы, которые у него накопились.       — С кем ты сегодня встречался, что так изменило твое отношение? Почему твои родители упоминали Мидорию вчера? Они вообще не удивились, что ты встречаешься с парнем? Ты решил им рассказать из-за моих вчерашних слов? И поэтому ты сказал официантке, что у тебя свидание?       — Проклятье! — ругнулся Кацуки, максимально не ожидавший подобной тирады. — Давай отвечу немного в другом порядке, но тебе будет так понятнее.       Во-первых, я давно собирался сказать родителям о тебе, а мамины подколы только подтолкнули к этому — было очевидно, что они уже в курсе. И поэтому же они не были удивлены, что я встречаюсь с тобой. К тому же это уже не первый раз.       — Чего?       — Не перебивай! Это во-вторых, я был влюблен в Деку, или думал, что был влюблен в него, — Киришима снова попытался было открыть рот. — Если ты сейчас задашь хоть один вопрос, тут же сдохнешь. Я не говорил родителям, они сами догадались. Деку хоть и ботан, но допер до этой мысли только недавно — к нему я уже ничего не испытываю, но он понял, что раньше было не так. И видимо пообщался с твоей енотоглазой подружкой.       Это в-третьих, этот задрот, с которым я сегодня виделся, тоже считает, что когда ты узнаешь про мои прошлые чувства к нему, то это может повлиять на наши с тобой отношения. Хз, с чего бы, потому что этого вообще никто знать не должен был. И вообще не имеет значения, что я там что-то кого-то и когда-то…       Эйджиро не дал закончить предложение, не особо понимая, что же Кацуки имел ввиду им, и поцеловал его. В первый момент Бакуго дернулся, вспоминая, что они в общественном месте, Но Киришима не позволил ослабить захват.       — Ты ведь тоже считаешь, что мне пофиг на ваши с Мидорией дела? — он все еще держал его за ворот футболки.       — Да, не было у меня никаких дел с ним! Ну, нравился он мне, — Кацуки заметно покраснел, так как не привык публично говорить о чувствах, а за последние минуты этого было слишком много. — Сейчас-то я тебя люблю.       — Я тоже тебя люблю, — засмеялся Киришима, обнажая акулью улыбку.       — Это вам, — девушка-официантка, улыбнувшись, поставила на стол парфе с двумя длинными ложками. — От заведения.

***

      — Эй, зарядник, подвинься, — тишину пятничного вечера нарушил громкий голос Кацуки Бакуго.       — Ой, Бакуго, — до этого момента все внимание Денки было занято происходящим на экране телевизора, и он не заметил нависшую над ним фигуру. — Вон кресло свободное, сядь там. И вообще, с каких пор тебе интересно смотреть с нами фильмы?       Каникулы только закончились, и это была первая пятница сентября. Все дни до этого одноклассники внимательно следили за Кацуки и Эйджиро, но те и не подавали виду. Потому и вдвойне было удивительно для них, что Бакуго так открыто выразил желание сесть рядом с Киришимой. Причем для последнего это тоже стало неожиданностью, потому как он прикрыл рот.       — Каминари, если ты сейчас же не сдвинешься, я тебя урою, — не вытаскивая рук из карманов шорт, прорычал он. — И не с вами мне интересно фильмы смотреть. Сдались вы мне.       Недовольно хмыкнув, Денки все-таки сдвинулся.       — Но сесть надо именно тут.       — Да, потому что хочу сидеть рядом со своим парнем, — произнеся это, он плюхнулся на освобожденное для него место и закинул руку на плечо Эйджиро.       — Чего? — Каминари удивленно посмотрел на них двоих.        — Какая романтика, — хмыкнула Момо.        — В стиле Бакуго, — хихикнула Мина.        — Сдохните уже, — попытавшись скрыть смущение, Кацуки положил голову на плечо Эйджиро, который так и не убрал руки от лица, ничем не отличающегося по цвету от его волос.        — Кацу, — только и пробормотал он.