lost in the depths.

      Она шла по аллее, ещё недавно полной людей и кучи улыбок, но сейчас не было ни света, ни приятных эмоций, витавших в воздухе; только ветер, будто подталкивающий её вперед, и луна, освещавшая дорогу, были её спутниками. Она шла не спеша, изредка поворачивая голову, в надежде увидеть знакомый силуэт или почувствовать запах сандала, угля и ветивера. Запах, впившийся в её сознание, не умирающий годами. Но никого не было. Лишь стрекот цикад пытался поглотить тишину своей пародией на созданий, что ходили по этим местам в течение дня. Сейчас же они лишь существовали в своих квартирах, каждый из которых называл домом. Девушка упрямо продолжала утопать в своей собственной тишине, не обращая никакого внимания на старания насекомых. Только тишина понимала. Она не давила на неё. Она принимала поток её стенаний.       Что может быть лучше этого? Вопрос, неожиданно возникший в голове, оглушил звонкой пощёчиной. — Смеёшься?       Нет, прости меня. Снова голос. — Твоё присутствие — то, что я хочу.       Но я умер. Оглянись. И она действительно бросает взгляд назад. Никого нет. Ожидаемо. Но она продолжает поворачивать голову из стороны в сторону снова и снова, вглядываясь в темноту вокруг себя.       Всё это бессмысленно… Она замотала головой, будто выходя из транса. — Я скучаю, — она произнесла это вслух. Недостаточно громко. Шёпотом. Её затрясло, и она рухнула, больно ударившись ладонями об асфальт на колени. Не было рыданий, всхлипов, истерики: лишь слёзы непроизвольно катились по её щекам, обжигая белоснежную кожу. Она закрыла глаза. Перед глазами встали тени — их силуэты, силуэты двух возлюбленных.       Вот он обхватывает её за талию, притягивает ближе. Они долго обнимаются.       Девушка, свернувшись и отвернувшись, пытается не засмеяться, когда парень проводит линию носом вдоль её поясницы. Она строит из себя обиженную.       Они, лёжа на кровати, разговаривают после того, как занялись сексом. Они мирятся.       Он чувствует толчок в спину и резко разворачивается. Она, почувствовав его растерянность, поднимается на носочки и быстро целует парня в нос, в лоб и обе щеки, хитро улыбаясь.       Пара танцует под совершенно неподходящую мелодию для таких активных танцев. Он следит за каждым её движением, нелепо копируя девушку.       Стабильный поцелуй девушки в его ключицу. Быстрый и, казалось бы, незначительный, но такой родной. Она ощущала прилив сил, когда так клевала его, уходя или провожая парня перед выходом из дома.       В моменте всё пропадает. Остаётся лишь темнота, сомкнувшая в немые объятия. Конец. Голоса нет. Ничего нет. Осознание отсутствия ломает её, не даёт без боли глубоко вздохнуть. Она ещё долго находится в таком положении, прежде чем встать и неуверенно — шаг за шагом — идти дальше. Слёзы уняли чувства, но дрожь никуда не делась. Этого было недостаточно, чтобы уничтожить страдания, которые сейчас прожигали её изнутри. В конечном итоге она продолжает идти и погружаться в манящую темноту. Когда-нибудь она справится или забросит попытки в ожидании смерти. Возможно, потребуется гораздо больше времени для принятия. Но сейчас всё, чего её сердце так жадно требовало — снова оказаться в любимый объятиях.