Sinner Angel

Поездка за город стала просто фантастической. Настолько, что Арсений захотел записаться к психотерапевту, а то в следующий раз он этого не выдержит. Начиналось всё довольно безобидно: Кьяра купила себе чипсы, поделилась ими со всеми и начала болтать с Антоном о том, как будет учиться в школе. После недолгой беседы про учёбу, Антон решил загадать загадку, и это стало ошибкой. Кьяра, на удивление, быстро втянулась, начала требовать ещё, а потом сочинять загадки сама. Никто, конечно, не мог отгадать, но её это не волновало. Потом загадки закончились, но интерес — нет, и они перешли на скороговорки. Зачем-то начали спорить, кто первый проговорит всё без запинки, и приглашали Арсения поучаствовать, но тот отказался. Всего за час, Антон рассказал ей, кажется, весь существующий фольклор. Поговорки, фразеологизмы, частушки, стихи. Арс подумал, что ещё немного, и они начнут танцевать какой-нибудь русский народный танец прям в машине. Следущую ошибку совершил Арсений: позволил Антону присоединиться к машине, дабы включить музыку. Но не всё оказалось так гладко, ведь после первой же песни, Арс немного оглох. Кьяра откуда-то знала слова и просто орала их, даже не пытаясь петь. Антон тоже далеко не ушёл и даже попытался потанцевать, хотя больше это было похоже на судороги. Когда музыкальная пауза закончилась, разговор зашёл про животных. Ох, как же Арсений устал слушать просьбы Кьяры купить ей котёнка, ещё с прошлого года. Как вообще объяснить ребёнку, что за ним просто некому ухаживать? Алёна о дочери-то позаботиться не может, животное ей точно не нужно. А Арс постоянно работает, не сможет он так надолго уходить из дома и оставлять котёнка одного. И вот, Кьяра только месяц назад перестала умолять купить кота, но из-за этого разговора внезапно вспомнила. После трех вопросов «пап, ну почему?» пришлось срочно искать спасение. И им стала заправка, как раз встретившаяся на пути. Предложение купить мороженое Кьяра быстро одобрила и убежала выбирать самое вкусное, пока Антон извинялся за то, что начал разговор на эту тему. Арсений как-то и не злился, он ведь не знал. К тому же, в голове крутилась совершенно другая мысль, которую Арс всё никак не мог озвучить. Сначала морально, думая, что это будет звучать слишком глупо. А потом уже физически, так как Кьяра всегда была рядом. Но сейчас выпал идеальный шанс, пока Антон рассматривал орешки, а девочка была увлечена мороженым. -Эй, — тихо позвал Арсений, привлекая к себе внимание, — мне нужно тебя предупредить. -Что такое? — Антон вернул пачку с орешками обратно на полку и нахмурился. -Моя мама почему-то решила, что я — гей. Антон удивлённо поднял брови, помолчал пару секунд, после чего издал смешок и продолжил выбирать снеки. -Не думал, что ты уже рассказал ей. -Я ничего не говорил, идиот. Она просто ошибается, — он запнулся, немного подумал и продолжил, — или не ошибается. Не важно, просто мы сразу должны показать, что связывает нас только дружба. -Как не стыдно маме врать? -Антон, — тяжело вздохнул Арс, наблюдая за тем, как он хихикает. -Пап, я выбрала!

***

После остановки на заправке, ехать оставалось ещё около часа, а время близилось к вечеру. Поэтому уже спустя двадцать минут, Кьяра уснула. Антон выключил музыку и какое-то время молча смотрел на девочку, улыбаясь. Раньше он как-то и не размышлял о детях, но с появлением Кьяры, стал всё чаще задумываться о будущем. Правда, мысли эти были не самые приятные. О каких детях может идти речь, если у него даже нет человека, которому можно довериться? Таких вообще никогда не было. Зато, как много тех, кто желал ему мучительной смерти, вряд-ли они подойдут, чтобы вместе воспитывать ребёнка. Но, может, с Арсением что-то получится? Учитывая то, что он — первый человек, которому Антон раскрыл свой секрет, отношения у них даже неплохие. Как минимум, он не пытался его убить, это уже неплохой результат, верно? -Арс, а как так вышло, что твоя мама знает? — тихо спросил Шаст, надеясь, что своим диалогом они не разбудят Кьяру. -В смысле? — Арсений нахмурился, но быстро понял о чем речь, вспомнив их последний разговор, — а, меня ещё отец подозревал. -Почему? -Он начал говорить об этом лет с семнадцати. Считал, что я до сих пор не привёл девушку домой только потому, что они просто мне не нравятся. Я пытался доказать, что это не так, но он мне поверил только после того, как я женился, — Арс пожал плечами, невольно вспомнив, как отец призерал его на протяжении многих лет, — мама ему не верила, пыталась оправдать меня. А совсем недавно просто сказала, что ей плевать, какого пола будет мой партнёр. Якобы, я и так достаточно настрадался из-за отца, так что теперь сам волен выбирать любимого человека. Антон знал, что Арсению может быть неуютно, поэтому попытался отвести взгляд, но не смог. Он ещё никогда не видел, чтобы Арс рассказывал о чем-то настолько личном, не считая того раза, когда они оба были пьяные. Захотелось поговорить о его семье, узнать ещё больше подробностей, но Антон боялся спросить что-то лишнее и спугнуть его. -Тяжело было, да? -Ничего серьёзного. Арсений выглядел так, будто его ни капли не задевала эта тема, но Антон был уверен, что, на самом деле, он просто старается сохранить лицо. Наверняка, Арс совсем не привык рассказывать кому-то о своих проблемах и переживаниях. Но из-за этого Антону только больше хотелось стать для него таким человеком, которому можно говорить всё. На удивление, придумывать новую зацепку не пришлось, Арсений сам продолжил этот разговор. -Думаю, отец в этой ситуации страдал даже больше. Так хотел сына, а получил разочарование, — он усмехнулся, бросив взгляд на Антона, и тут же перестал улыбаться, когда заметил его выражение лица, — что? -Ты назвал себя разочарованием? -Отец так говорил. -Ужасно, — еле слышно проговорил Антон, продолжая смотреть на него. -Его можно понять. Хотел настоящего мужика, на охоту с ним ездить, водку пить и женщин обсуждать. Я никогда таким не был, — он стиснул руль в руке и замолчал на пару секунд, после чего продолжил, — я даже рад, что он не видит меня сейчас. Только больше разочаровался бы. -Если он хотел, чтобы его во всём слушались и угождали, надо было купить собаку, а не ребёнка воспитывать, — Антон старался звучать максимально спокойно, дабы не обидеть Арсения, хотя на самом деле уже закипал от злости. -Он не ждал от меня чего-то грандиозного. Просто нормальная работа, семья, а я даже с этим не справился. -Твоя мама тоже желает тебе лучшего, но не лезет в трусы, пытаясь решить, как тебе лучше жить. И он просто не имел права говорить тебе такие ужасные вещи, — он стал говорить громче, но тут же осекся, вспомнив про Кьяру. Нужно было успокоиться. -Что тут ужасного? -Арс, ты его сын. Антон пожалел, что они начали этот разговор в машине, так как сейчас очень хотелось посмотреть в глаза. Но Арсений продолжал следить за дорогой, сжимать руль и иногда бросать на него короткие взгляды. -Разве ты бы смог когда-то назвать Кьяру разочарованием? -Нет, — уверенно ответил Арс, даже не задумавшись, — ни за что. -И чем ты хуже? Он должен был любить тебя, не смотря ни на что. Это он не справился с задачей отца, а ты очень даже справился с задачей сына: ты стал хорошим человеком. Это всё, что требуется. -Что во мне хорошего? Антон на минуту замолчал, продолжая смотреть на него. Столько всего хотелось сказать, что он просто не успевал обдумать все свои мысли. Что-то нельзя было озвучить, что-то Арсению будет неприятно слышать, что-то Шаст постесняется говорить. Но больше всего волновало то, что Арс сам не видит в себе хороших качеств. -А что плохого? — улыбнулся Антон, надеясь хоть немного разрядить обстановку. -Всё, что связано с тобой. Разбуди Кьяру, мы подъезжаем.

***

И снова эта ужасная неловкость. Пока они ехали, Антон не сильно переживал о том, как его примут, но начал, как только вышел из машины. До смерти хотелось произвести хорошее впечатление о себе, понравиться маме Арсения, может, и он тогда перестанет быть таким холодным? Если это так, Антон должен был постараться. -Твоя мама так любит цветы, — улыбнулся он, внимательно рассматривая клумбы во дворе дома, — нужно было купить ей букет. -Она не любит мёртвые цветы, только живые. Подари ей лучше какой-нибудь кактус. Антон усмехнулся и присел, дабы рассмотреть их поближе. Он ещё никогда не видел таких цветов. Красивые и яркие, будто на картинке из интернета, наверняка, за ними очень хорошо ухаживают. Захотелось тоже посадить такую красоту и любоваться ей каждый день, но где? Прямо в квартире, что-ли? Антон осторожно провел подушечкой пальца по лепестку. Мягкий. Совсем недавно был такой сильный дождь с градом, как же он выжил? Разве не лучше перенести все цветы в дом и не подвергать их опасности? Он бы так и сделал. Заботился о них, поливал и постоянно рассматривал. -Только не срывай, — раздался уставший голос женщины, будто она уже предвидела это действие. -Я не собирался, — быстро проговорил Шаст и отдернул руку, выпрямившись. Стало до ужаса стыдно за то, что он даже не обратил внимания, когда женщина подошла: слишком увлечён был. Татьяна тут же начала обнимать внучку, говорить с ней, и даже не смотрела в сторону Антона, но он всё равно чувствовал себя так, будто его сейчас будут ругать. Заметив это, Арсений нахмурился и внимательно посмотрел в глаза, пытаясь понять, в чем дело. Стало чуть спокойнее. Он ведь не сделал ничего плохого, верно? -Ну проходите, варвары, — усмехнулась женщина, кивнув в сторону дома, и Антона накрыла новая волна стыда. -Извините, пожалуйста, я правда не хотел ничего сделать. Просто посмотрел. -Я верю, — она улыбнулась и кивнула, но легче от этого не стало. Да уж, произвёл хорошее впечатление. Нужно было думать головой, прежде чем что-то делать. Антон ненавидел жалеть о своих поступках, но делал это регулярно. Может, это из-за того, что он очень эмоциональный и часто совершает ошибки, поддавшись моменту. А может, он просто идиот. Только войдя в дом, Кьяра убежала мыть руки, уже мечтая попробовать блинчик со сгущёнкой. Арсений же молча ушёл куда-то в комнату, оставив Антона наедине с его мамой. Он не хотел даже снимать обувь и проходить внутрь, уже начиная сомневаться, нужен ли здесь. -Простите ещё раз, — тихо произнёс Шаст, заметив, что на него смотрят уже слишком долго. -Почему ты снова извиняешься? — она удивлённо раскрыла глаза, заметив то, что взрослый парень ведёт себя, как провинившийся щеночек. Антон пожал плечами и быстро начал снимать обувь, пытаясь отвлечься от этого ужасно неловкого разговора. -Кто-то очень плохо относился к тебе, — это не было вопросом, поэтому Шаст решил просто проигнорировать, — как тебя зовут? -Антон. А вас? -Таня. Рада познакомиться, — она снова тепло улыбнулась, пожав его руку. -А отчество? -Без отчества. -Ох, я не могу так, — покачал головой Антон, настаивая на своём, но женщина лишь вздохнула. -Эй, я не настолько старая. -Мам, даже я уже старый, — быстро бросил Арсений, проходя мимо них. -Ну-ка молчать, — совсем не строго сказала она, зная, что сын в любом случае услышит, — Антоша, сколько тебе лет? Ощущение было, будто он пришёл на допрос. Даже страшнее. Он и так чувствовал себя неловко, а теперь вообще старался контролировать каждое свое действие и слово, дабы снова не опозориться. Татьяна, конечно, сказала, что не винит его, но от этих ощущений избавиться совсем не просто. -Двадцать три. -Такая большая разница в возрасте, — задумчиво проговорила она, после чего повысила голос, дабы сын услышал, — не многовато, Арсений? Тот на пару секунд совсем затих, видимо, обдумывая ответ. Антон хотел спасти его и увести разговор в другую сторону, но Татьяна приложила палец к губам, показывая, что ему лучше помолчать. -Дружбе не мешает, — напряжённо раздалось в ответ, и женщина даже не сдержала смешок. -Точно, дружбе не мешает. Антон тоже улыбнулся, в полной мере осознав, что Татьяна всё понимает. Она совсем не глупая женщина. Наверняка, она и не догадывается о подробностях, но сразу поняла, что дружбой и не пахнет. -И как у вас вообще дружба, Антош? Не обижает тебя? -Мам, — тяжело вздохнул Арсений, даже не собираясь выходить из другой комнаты. Возможно, специально, чтобы не нарваться на более подробный расспрос. -Он может, я-то знаю, — кивнула женщина, продолжая игнорировать сына, — не стесняйся, говори, если он что-то натворил. -Нет, нет, всё хорошо, — Антон засмеялся, услышав недовольное бурчание Арса за стенкой. -И давно вы, — она сделала паузу, будто подбирала слова, — дружите? -Не очень, только привыкаем друг к другу. -И уже с мамой знакомит? Ох, Антон, ты очень перспективный друг. -Мам, — снова раздалось за стенкой, и Арсений тут же выскочил к ним, уже готовясь молить о прекращении разговора. -Руки помыл? -Помыл. -Идите чай пить. Испытывать судьбу Арс не решился, так что послушно направился на кухню, потащив с собой и Антона, дабы тот ничего странного не наговорил. Татьяна такой жест никак не прокомментировала, лишь тихо усмехнулась и пошла за ними. На удивление, помогать ей было не нужно, хотя Антон несколько раз уточнил. Он просто поверить не мог, что действительно в праве сидеть за столом, дожидаясь, когда ему принесут еду. Это ведь не ресторан. После ещё одного предложения помочь, Татьяна пообещала приклеить его к стулу, так что пришлось сидеть тихо. В его семье такими угрозами просто так не разбрасывались, может у Арсения тоже? Но даже несмотря на то, как всё вокруг было непривычно, ему нравилось. Травяной чай, блины со сгущёнкой, приятный запах выпечки и разговоры обо всём, что случилось, пока они не виделись. Кьяра рассказала что-то про детский сад, помечтала о школе, загадала бабушке загадку и убежала в другую комнату, когда наелась. После этого, Арсений поделился тем, как срочно Алёна сплавила ему дочь, и немного повозмущался о том, какая она безответственная дура. Антон слушал их троих так внимательно, что, даже через пару дней, мог бы пересказать весь разговор. Он такие тёплые семейные отношения только в фильмах видел, неужели он и правда стал частью этого? Вскоре, появилось чувство зависти, а после — вины. Он не мог считать чужую семью лучше своей. Ему не позволяло воспитание допускать такие мысли, но как тут сопротивляться? В его семье детей избивали за нежелание убивать кого-то, а здесь называют Антошей и предлагают конфеты. Антон незаметно зажмурился, пытаясь отогнать ненужные мысли. Это ведь так глупо и по-детски. Повёлся на конфетки. Мать всегда говорила, что настоящая семья это не те, кто будет обниматься с тобой и дарить тортик на день рождения, а те, кто защитит, когда это будет нужно. Они действительно справлялись со вторым, но всю жизнь Антон желал именно первого. Он бы согласился подвергать свою жизнь опасности и, возможно, умереть, только бы его любили. Антон лишь однажды спросил у родителей, любят ли они его. Отец сказал, что любви не существует. Этим всё было сказано, хотя Антон понимал их. Когда ты — чудовище для целой планеты, но твоя жизнь буквально зависит от людей, некогда любить и ценить своих детей. Семья — лишь способ найти себе больше союзников, выживать вместе, обучать их тому, что поможет в этом. -Антош? Что-то не так? — слегка обеспокоенно спросила Татьяна, прервав свой рассказ о планах на завтра. -Всё хорошо, — он улыбнулся и сделал глоток чая, стараясь не смотреть на Арсения. Он как-то уже попросил не улыбаться через силу, значит, видит, когда Антон лжет. Кажется, и его мать — довольно чуткая женщина, но оставалось надеяться, что хоть она поверит. -Тогда, вы не против спать вместе? -Что? — растерялся Шаст и быстро повернулся на Арсения, который был шокирован не меньше. -А что, у меня отель тут? Я посплю с Кьярой, а вы — вдвоём, мест больше нет. Арсений промолчал, поэтому и Антон решил не сопротивляться. Он вообще не был против, скорее переживал за комфорт Арса, тот ведь явно не рад такому исходу. Но если выхода нет, то нужно найти побольше плюсов, верно? Антон был намерен поговорить и улучшить их отношения за эту ночь. Давно пора, а перед сном как раз будет нужная атмосфера. Он снова посмотрел на Арсения. Неужели у них правда всё получится? Хочется в это верить, не хочется разочароваться. Но ведь их обещание — первый шаг к хорошим отношениям, верно? Знакомство с мамой — второй шаг. А сегодняшний разговор станет третьим. Арс не глупый, он и сам это осознает, но молчит. Значит, не против, верно? Благо, мучаться долго не пришлось, уже спустя несколько часов, все ложились спать. Антон сначала только и делал, что ждал этого разговора, но позже это отошло на второй план. Татьяна попросила помощи с постельным бельём, и Шаст тут же занялся делом. После того, как они, наконец, справились, появилась новая проблема. Нет светильника. Антон даже специально спросил у Татьяны, нет ли у неё какого-то ночника, но та уверенно ответила «нет». Арсений лёг первым, так что Шаст ещё минут тридцать кружил рядом, пытаясь что-то придумать. В итоге, он тихонько включил свет в коридоре и приоткрыл дверь, в надежде, что никто этого не заметит. Стало гораздо светлее. Арс ещё не спал, так что Антон прилёг рядом, настраиваясь на разговор. -Арсений, я хотел спросить, — начал было Шаст, но его тут же перебили, даже не услышав. -Закрой дверь, свет прям в глаза. Антон еле слышно вздохнул, подумал ещё пару секунд, но все же послушался. И как только дверь закрылась, комната стала полностью тёмной, одна только луна светила, но и она сегодня была совсем не яркая. Скорее, делала обстановку ещё мрачнее. Стало не до разговоров. Что ж, придётся поговорить завтра. К тому же, Арсений тоже не в настроении. -Сильно мешает? — спокойно спросил Антон, пытаясь делать вид, что ему всё равно. -Ложись уже. А может разговоры и не нужны? Может, Арс уже готов к действиям, просто не хочет делать первый шаг? Антон быстро закрыл глаза, пытаясь расслабиться. Он уже года три не спал без какого-либо освещения. Оставалось только надеяться, что получится заснуть. Вскоре, Арсений уснул, а Шаст так и не мог успокоиться. Полная темнота вызывала тревогу и панику, хотя он полностью осознавал, что находится в безопасности. Хотелось уйти, просто спрятаться где-то и сидеть там до самого утра. Это было бы очень глупо, но, может, тогда Антон бы переживал чуть меньше. Глаза начали привыкать к темноте, так что удавалось различать силуеты предметов, но спокойнее от этого не стало. Осматривать тёмную комнату — ещё более неприятно, чем лежать с закрытыми глазами, так что он перевёл взгляд на Арсения. Красивый. Антон вообще часто обращает внимание на то, какие у него привлекательные черты лица. Это же нужно было найти такого идеального. Почему-то захотелось поцеловать его, но Шаст вовремя остановил себя. Хотя, нет ничего плохого в том, чтобы обнять его, верно? Антон тихонько придвинулся ближе, стараясь не издавать лишних звуков, закрыл глаза, и прижался к нему. Так намного лучше. Ещё бы дверь немного приоткрыть, было бы вообще чудесно. -Блять, отлипни, — хрипло проговорил Арсений, слабо толкнув его в плечо. -Ну тебе жалко что-ли? — тяжело вздохнул Антон, продолжая держать его за руку, но долго это не продлилось. Сначала Арсений просто отпихнул его подальше, и обратно лёг спать, но через пару секунд встал с кровати, подошёл к окну, приоткрыл его и задернул шторы. Он даже не догадывался, какая реакция может быть у Антона, но в тот момент казалось, что он сделал это специально. Стало в разы хуже. Комната снова оказалась в полной темноте, а с улицы доносились громкие голоса пьяных людей. Они явно ругались, а может даже дрались, разобрать было сложно. Антон почувствовал, как сердце начало биться чаще. Захотелось снова обнять Арсения крепко-крепко и не отпускать его до восхода солнца, но он не мог себе это позволить. В тишине, голоса звучали довольно громко, удивительно, как они не мешали Арсу, потому что Антон не мог думать ни о чем, кроме этого. Будто, ему снова восемь.

◯◯◯◯◯

-Нет, ей будет больно, — уже захлебываясь в слезах, произносит мальчик, и получает очередную пощёчину. -Быстрее, блять. Отец опять хватает щенка за горло, не давая ему вырваться. Тот скулит, пытается сопротивляться. Антон чувствует его страх, и сам впадает в дикую панику. Он не хочет. Не хочет, не будет, не сможет. Нельзя делать больно. Он плачет, хватается за руки отца, пытаясь оторвать их от щенка, но тот сжимает мягкую шерсть ещё крепче. Антон мечтает прекратить это всё. Раз и навсегда, чтобы по его вине не страдали животные. -Позор, блять, — хрипло произносит отец, наконец, отпуская щенка, и уходит. Тот скулит, лежит на земле, даже не может поднять голову, — сдохнешь без энергии. Антон и сам уже готов на это. Он продолжает плакать, осторожно осматривая собачку. Пытается понять, как ей помочь, но ничего в этом не понимает. -Лучше бы я мог лечить, а не убивать, — тихо произносит Антон, осторожно перекладывая щенка себе на колени, — папа говорит, что я лечусь, когда беру энергию. Пожалуйста, забери мою. -Если ты так хочешь, я могу. Антон дёрнулся, подняв взгляд, и на пару секунд перестал дышать. Старшего брата он иногда боялся даже больше, чем отца. Тот хотя бы пытался себя контролировать. Первый удар, как обычно, по лицу. Второй по животу. Спина, снова лицо. Дальше лучше не продолжать, а то сознание потеряет. А так не интересно. Гораздо лучше напугать. Антон снова оказывается в этой чёртовой комнате, где пахнет кровью и гнилью, но ничего не видно. Он хочет выбраться, пинает дверь, кричит, но в ответ слышит, как скулит щенок и отец орёт на мать.

◯◯◯◯◯

Антон сделал глубокий вздох, пытаясь стереть это воспоминание, но лучше не стало. Он прислушался, пытаясь понять, спит ли Арсений, и снова обнял его, наплевав на просьбу отлипнуть. И ему даже повезло, ведь удалось полежать так пару минут и успокоиться, правда потом Арс всё же проснулся. -Ещё раз ты так сделаешь, и я ударю. Отодвинулся быстро. -Арс, — тяжело вздохнул Антон, всё же отпустив его, — ну хватит ломаться, ладно? Всё ведь не так плохо. -Ты совсем ебнулся? Думаешь, раз я согласился молчать, значит смирился? Арсений повысил голос, выходя из себя буквально за секунды, хотя Антон и подумать не мог, что его так легко разозлить. -Не смирился пока, но мы идём к этому, — уже не так уверенно произнёс Шаст. Арсений быстро сел, и Антон тоже привстал на локтях, но сделал это зря. Арс взял его за плечо, сжав его так, что стало даже больно. -Слушай сюда, я ненавижу тебя ещё сильнее, чем раньше, но я люблю свою дочь и не хочу причинять ей вред. Не думай, что я пообещал молчать ради тебя. Ты — чудовище.