Судьбе виднее

Рождественский подарок

      Альбус Дамблдор сидел в кресле и смотрел в окно. Снег в этом году выпал рано и сейчас он отчетливо видел вереницу темных фигур идущих по его белому покрывалу. Во всяком случае он не ошибся хотя бы в этом. Том не стал рисковать и подождал пока ученики, в том числе и дети его оставшихся слуг, разъедутся на каниrулы. До полуночи оставалось еще пять минут, а аппарировать в Хогвартсе невозможно, времени более чем достаточно. Он принялся внимательно смотреть на часы, отмерявшие последние минуты его жизни. Четыре. Три. Две. Громко хлопнули большие двери ведущие в замок. Одна. Полночь. Негромко щелкнул верхний ящик стола, открываясь. Старик взял в руки Рождественский подарок для Гарри Поттера и позвал феникса. Раз ему оставили такую возможность, следовало ей воспользоваться. -Фоукс… Отнеси Гарри, пожалуйста…       На лестнице ведущей к кабинету раздался шум. Феникс курлыкнул, подхватил коробку клювом за бант и исчез во вспышке пламени. Старый маг взял в руки свою первую палочку и посмотрел на дверь: как бы не было у него мало сил, парочку Пожирателей он с собой захватит, все полегче ребятам будет.       И Рабастан Лестрейндж, первым ворвавшийся в кабинет, тут же лишился головы, срезанной сверкающей алмазной нитью. Его тело сделало по инерции еще шаг и упало на пол, заливая его кровью. Из темноты за дверью сверкнула зеленая вспышка, но Авада была перехвачена золоченой клеткой Фоукса на полпути. А в ответ отправилась Бомбарда Максимум, Альбус не мелочился. Минут десять там слышались стоны и проклятья, а затем вылетело сразу три разноцветных луча, которые пришлось блокировать, уворачиваться он не мог. Двое Пожирателей успели запрыгнуть в кабинет, а третий чуть замешкался и получил в грудь сотню ледяных игл, пробивших её навылет. Дамблдор еще успел перехватить две Авады, с разных сторон: одну древним фолиантом, вторую креслом для посетителей, когда на пороге возник Волдеморт. — Авада Кедавра! — проревел он в ярости и зеленый луч беспрепятственно ударил Альбуса в грудь.

***

      Они готовились. Умирать не хотелось никому, разницу в опыте между ними и Пожирателями следовало чем-то компенсировать. Авада была признана бесперспективной: лишь в ближнем бою от первого Непростительного была какая-то польза, на средней и дальней дистанции — слишком медленная, легко увернуться. И в разучивание отправилось все самое Темное и убийственное, что могла предложить им библиотека Блэков. Не забывали и про защиту: сражаться предстояло тесной группой. Сил после тренировок порой не хватало даже на то, чтобы поцеловать свою половинку перед сном — отрубались они едва ли не мгновенно. — А завтра Рождество, — тихо сказала Гермиона и зевнула. — Я помню, — пробормотал Драко, пытаясь не последовать примеру жены. — Здорово, — пробубнил Рон, пытаясь съесть еще одну котлету, он уже видел третий сон, и действовал на автомате. — Да ты спишь уже, — проворчала Трейси и потрясла мужа за плечо. — А? Пожиратели?! — парень схватился за палочку, ставя щит. — Неплохо, — Дафна смотрела одним глазом, второй уже спал, а её голова покоилась на плече Невилла. — Ну, сразу нас точно не убьют, — хмыкнул тот: щиты у Уизли получались с каждым разом все мощнее, да и заклинания он наловчился перехватывать с помощью мелких трансфигурированных предметов на загляденье ловко. — Хотелось бы, чтобы и потом не убили, — раздался откуда-то из-под стола голос Панси: девушка дремала, положив голову на колени мужа. — Хотелось бы, — согласился Гарри и погладил жену по волосам, — все, спать, отдохнем завтра денек, а то совсем выдохлись. — Как бы нам этот отдых не аукнулся потом, — заметила Дафна, но возражать не стала. — А так мы и до битвы не доживем, — хмыкнул Поттер. — Согласен, — вздохнул Малфой и подхватил жену на руки, та благодарно улыбнулась и тут же уснула.       Так же поступили и остальные.

***

— Кричер, — сонно пробормотал Гарри, — завтрак готов? — Уже обед, молодой господин, — тихонько ответил домовик, молодая госпожа еще спала. — Вот и хорошо, — снова зевнул парень, — наконец-то я выспался! — Господин, огненная птица ночью принесла вам подарок, — проинформировал его Кричер, — он лежит под елкой. — У нас есть елка? — удивился Поттер. — Конечно, молодой господин, — кивнул домовик, — мы все сделали как нужно. — Круто, — Гарри потер глаза и встал с кровати, — огненная птица, говоришь? Не иначе как Дамблдор Фоукса прислал, никуда от него не денешся. Кто-нибудь еще проснулся? — Да, рыжий друг господина и его жена, — сказал Кричер, — но они еще в своей комнате. — Ясно, — парню было очень любопытно, что прислал ему директор, но будить жену ради этого он не собирался.

***

— Теперь я готова проявлять любопытство, — томно потянулась Панси, — рассказывай, что там случилось с утра пораньше?       Девушка была не совсем права, но Гарри это не волновало. Да и время уже близилось к вечеру. Легкий перекус домовик им организовал прямо в комнате, а потом они занимались любовью до потери связи с реальностью. — Кричер сказал, что Фоукс принес ночью подарок от Дамблдора, — хмыкнул парень, вылезать из постели не хотелось. — Ну пойдем, посмотрим, чем он тебя на этот раз решил порадовать, — поморщилась Панси: директор ей не нравился, в том числе и за то, что отправил мужа к маглам во младенчестве.       Гостиная была пуста, если не считать сидящего на подарке новорожденного феникса. — Какая прелесть! — умилилась слизеринка, когда тот вспорхнул, приземлился ей на плечо и потерся головой о щеку.       Гарри взял подарок, и они удобно расположились в кресле. Парень распаковал коробку и теперь внимательно рассматривал содержимое. Длинную коробочку он даже не стал открывать, отложив на столик, пусть сначала Гермиона с Драко проверят на всякое непредвиденное. И, вздохнув, принялся вчитываться в послание директора. Панси, вопреки собственным словам, особого любопытства не проявляла и письмом не заинтересовалась, а взяла свежий выпуск Пророка. — Ох! — практически сразу вырвалось у девушки восклицание. — Гарри! — Что там? — поинтересовался парень, отрываясь от чтения. — Дамблдор умер! — просветила его жена. — Вон оно что, — он покосился на пергамент, — читай Панси, потом обменяемся новостями.       Когда девушка закончила читать газету, парень осилил едва ли пятую часть от присланного послания и был хмур и задумчив. В гостиную к этому времени уже спустились еще две пары и теперь не хватало только Малфоев. — Что там? — спросил он, кивая на газету. — Да больше ничего интересного, кроме этого, — пожала плечами жена и отлевитировала «Пророк» Дафне. — Ясно, — коротко сказал он и продолжил читать.       Отвлекся он только еще один раз, когда к ним присоединились Драко и Гермиона, попросил чтобы проверили коробочку. Время подошло уже к десяти часам, а на столе появился праздничный ужин, когда Гарри закончил читать. — Придется нам еще денек отдохнуть, а может и не один, — сказал парень, — но сначала поужинаем. — Что-то важное? — полюбопытствовала Гермиона. — Я думаю, что да, — кивнул он. — Согласен, — пробурчал Рон, — на пустой желудок плохо думается.       И когда все поели, Гарри спросил: — Что такое крестражи? — Мать моя Моргана! — воскликнула Дафна. — Он создал ЭТУ дрянь?! — Ты знаешь что это? — поинтересовалась Гермиона, о такой штуке она слышала впервые. — Дрянь редкостная! — буркнула слизеринка. — Мнимое бессмертие! — А Дары Смерти? — вновь спросил Поттер. — А это и вовсе — сказка для детей, — улыбнулась Панси. — А вот Дамблдор так не считает, — возразил парень, — пойдем, нужно кое-что взять из комнаты.       Минут через пять они вернулись. Рону и Гермионе пояснений не потребовалось, а вот для остальных была проведена демонстрация Мантии-невидимки. А через полчаса ребята пришли к выводу, что такое вполне вероятно и Мантия действительно является Третим даром. — Если я правильно понял, — Гарри взял в руки коробочку, — тут еще два.       Он открыл её и продемонстрировал всем лежащую в ней палочку, с надетым кольцом. Однако, брать в руки парень подарок не спешил. — Будешь пробовать? — спросил Драко. — Думаю, — рассеянно ответил Поттер, задумчиво разглядывая содержимое, — мне и моя палочка нравится, зачем мне еще и эта? — Ну, проверить же нужно! — загорелась Гермиона, которой вкратце рассказали сказку, пока Поттеры ходили за Мантией. — Если это правда, с Волдемортом проблем больше не будет. — Не факт, — покачал головой парень, — понимаете, старикан написал, что один из крестражей во мне, — и он указал на свой лоб, — в шраме. — Выходит… — Панси всхлипнула, — чтобы убить Темного Лорда, нужно убить тебя?! — И подписать смертный приговор всем нам, — добавил Невилл.       Они мрачно переглянулись, перспективы вырисовывались совсем не радужные. — В библиотеку! — скомандовала Гермиона. — Будем искать информацию об этой дряни!       Ребята не спали уже третьи сутки, держась исключительно благодаря запасам Бодрящего Зелья. Осложнялось все тем, что большинство книг, безопасно брать в руки могли только Гарри и Панси. Но все было тщетно: количество непрочитанного и не просмотренного уменьшалось, так же таяли и их надежды на благополучный исход. Все найденные данные подтверждали одно: либо убить Гарри, либо Волдеморт так и будет возрождаться.       Сутки после такого марафона они отсыпались. Словно в тумане прошла мимо них статья о смерти Скримджера и о назначении Министром Магии Толстоватого, а так же о резкой смене политики Министерства. Им было не до этого: никто не хотел умирать. — Осталось одно, — устало вздохнул Поттер, — попробовать Дары, не зря же их старикан прислал? — Может и зря, — мрачно буркнула Гермиона, в сказки она не верила, а других упоминаний о Дарах в книгах не нашлось. — Выбора-то все равно нет, — пожал плечами Рон и прижал к себе Трейси: за это время рыжий стал фаталистом. — Можно сидеть тут, пока не кончатся деньги в сейфе у Гарри, — предложил Невилл, — но вариант так себе, это не жизнь. — Может сначала наследников? — как-то неуверенно предложила Дафна, жизни для детей, при бессмертном Темном Лорде она не хотела.       Все отрицательно покачали головами, даже Невилл, который всегда поддерживал жену. — Завтра, — сказал Гарри, — сделаю это завтра.       Ночь была жаркой. Никто из них не спал. Они любили друг друга словно в последний раз, что вполне могло оказаться правдой. Никто не знал, что произойдет, когда Гарри попытается стать Повелителем Смерти. Большинство из них считало, что такое просто невозможно. Но на утро все были бодрыми, словно сладко спали всю ночь.       Поттер покрутил кольцо, Мантию он надел первой, провел по трещинке разделившей камень и надел его на палец. Ничего. Он вздохнул и взял в правую руку Бузинную палочку. И снова ничего. Парень взмахнул ей, пытаясь вызвать искры, но за её кончиком потянулась полоса мрака. В комнате стояла тишина, все внимательно следили за его манипуляциями. И тут, Панси, стоявшая рядом, повинуясь безотчетному желанию, накинула на его голову капюшон.       Время застыло. Он увидел себя со стороны и содрогнулся от омерзения: нездоровым желто-зеленым огнем на его лбу горел шрам, в котором копошилось что-то черное. Он воочию увидел массивные черные цепи, сковавшие их, видел, как тянется куда-то вдаль тонкая серебристая ниточка идущая из шрама, а на том конце… Он даже не знал, что это за существо. Франкенштейн выглядел бы сущим красавцем по сравнению с ним: кое-как слепленые вместе куски мертвой плоти, парень даже не был уверен что все из них человеческие, гниющие, висящие лохмотьями и безумный взгляд красных глаз. И пришло понимание…       Гарри вздохнул, протянул руку и выдрал из гнойника во лбу черное извивающееся тельце. Посмотрел на него и хотел было сжать пальцы, но остановился. Вместо этого, печально улыбнувшись, принялся рисовать. Черные цепи, подобные тем, что сковывали их, соединили крестраж с остальными его «собратьями» и с самим Волдемортом. Занятый делом, он совсем не заметил, что оковы соединившие их вместе истончаются, а парные цепи наливаются золотом и белизной. Повинуясь его желанию появились Врата, их створки открылись и парня пробрал озноб. Гарри, резким щелчком пальцев, отправил черного червя туда, откуда не было возврата и он потянул за собой всех: жажда бессмертия сыграла с Волдемортом злую шутку.       Поттер облегченно выдохнул: дело было сделано. И он словно воспарил над миром, видя все, что сейчас происходит. Тысячи смертей питали его, давая просто нечеловеческую силу, силу которой невозможно противостоять, силу способную изменить реальность. Вот безумная Белла горько рыдает и бьется в истерике, увидев, что обожаемый Повелитель рассыпался прахом, а вот плачущий ребенок с расширенными от ужаса глазами тормошит окровавленное тело матери, которую сбила машина. Он протянул руки, ставшие внезапно очень длинными и погладил их, даруя забвение. Мир был полон жестокости и несправедливости, но это его естественное состояние, чего не хотел понимать и принимать Гарри. Однако, ему пришли на помощь.       Он уже собирался нести «добро и справедливость», как сам это понимал, когда к его холодным губам прижались теплые девичьи губы, а на лицо закапали горячие слезы. — Панси? — прохрипел парень, открывая глаза: наваждение схлынуло и он даже не мог сказать, привиделось ему это или было в реальности. — Почему ты плачешь? — Идиот! — всхлипнула слизеринка. — Разве можно так меня пугать? — и прижалась к нему дрожащим телом.

***

— Это не для живых, — рассказывал потом парень своим друзьям, — я даже не представляю, как это описать. — Словарный запас маловат? — съязвил Малфой и тут же получил подзатыльник от жены. — Может и маловат, — кивнул Поттер, ничуть не обидевшись, — а может и слов-то таких не существует.       Несмотря на то, что сейчас они вполне могли расстаться, никто этого не сделал. Четыре месяца проведенные вместе, слишком изменили их, чтобы цепляться за старые предрассудки и догматы. Побывав не единожды на грани смерти, они научились ценить жизнь, не только свою, но и чужую. Впрочем, делая очередной выбор между кем-то и семьей, сомнений никто не испытывал — такова жизнь. Ведь что бы не говорил покойный Дамблдор, всеобщего блага не существует, оно у каждого свое.