cold as ice

Дрим поставил одну ногу на лед и оттолкнулся. Он уже давно катался на коньках, и это было фантастически. Он задавался вопросом, осилит ли он фигурное катание, но всегда приходил к выводу, что ему нравится скорость, а не какие-то трюки - а это больше в хоккей. В любом случае, это же «по-пидорски» совсем, а Клэй все таки в каком-то смысле здравый тип. Он огляделся вокруг, чувствуя, как его грудь сжимается от гордости. Сотни людей смотрели на него, пока его команда разминалась. Ему всегда нравилось волнение от выступления перед сотнями людей, даже если это его иногда пугало - тем более, что его команда была впервые на этом льду, но люди все равно скандируют именно их имена, что вызывало язвительную улыбку. Это общая заслуга его команды и он, в частности, гордится не только собой, но и своими ребятами. В мгновение ока игра началась. Дрим старался не в полную силу, и когда первый гол был забит, он обычно выкладывался на полную, но на этот раз все было по-другому - он, конечно, все еще был сосредоточен, но меньше на игре, чем на одном игроке. Дрим посмотрел на большой куб экранов на потолке и увидел имя «Джордж Дэвидсон», написанное небольшими буквами в рядочке других прозвищ. Дрим почувствовал странное чувство гордости, когда увидел кадры со своим лицом. Он не был непривлекательным, даже наоборот, но его лицо было таким... реально сосредоточенным. Он выглядел так, будто знал, что он лучше всех - и он правда знает, ему была известна своя привлекательность. Дрим не мог сказать, сделало ли его это лучше или хуже. И, возможно, именно тот факт, что он забрал первое очко в игре, сделал его лучше Джорджа, но это не было чем-то, что обычно заставляло его не любить человека. Обычно он уважал каждого своего противника, потому что было очевидно, что они упорно трудились, чтобы стать такими, как сейчас, потому что было очевидно, что они, возможно, восхищаются им, потому что в его голове было вбито очень много своих принципов - что-то вроде «мужской солидарности» и это было часто примером подражания для его знакомых. Он двигается дальше. Все шло гладко. Чужая команда дышала им в спину - ну и ладно. Обе из них имели по три очка - Дрим не любил хвастаться, но забил за свою команду два гола и он точно расскажет это своему лучшему другу Нику и, наверное, родителям. Все было здорово. Примерно до пяти минут третьего периода. Кто-то резко врезался в правое плечо Дрима, чуть не сбив его с ног. Блондин быстро восстановил равновесие и увидел, как имя Дэвидсона на форме мелькнуло в его глазах, пока тот удалялся. Дрим и так относится к нему хуево, потому что часто больно глаза мозолит - и сейчас такая незначительная вещь ощущается как искра, упавшая в лужу с бензином. Дрим быстро подлетел к нему и ухватился за клюшку обеими руками, прижимая ею спину Дэвидсона к стене. «Не выебывайся». Чужой голос звенит в ушах у брюнета. Джордж закатил глаза, складывая брови домиком и тихо проговаривая: «К тебе такая же просьба. Но я окончательно понял, что твоя команда ничего не умеет», пытаясь оттолкнуть. — Не, бро, это хуйня. — Дрим сильнее прижал его к стене, — Отвали, у меня даже шайбы не было. Джордж снова закатил глаза. «Давай, продолжай строить глазки. Это тупость.» - кудрявый посмотрел на него, сдерживая смешок. Брюнет оттолкнул Дрима и поехал дальше, кидая взгляд из-за спины с видимой ухмылкой. Дрим тут же толкнул его на лед. Джордж посмотрел на Дрима широко раскрытыми глазами. Он не был удивлен, он был зол. Дрим упал и оседлал Дэвидсона, тут же ударив его по щеке. Он не мог найти слов, чтобы описать, как сильно он его ненавидел - и никто, наверное, не сможет найти. Джордж был меньше Дрима, и, похоже, он не был и сильнее, но он все равно сопротивлялся с слишком большой уверенностью. Он толкнул Дрима в грудь, уверенно блокируя некоторые удары. «...О, Боже, нашелся защитник своих подсосов.» - смеется Дэвидсон. Дрим поборол желание плюнуть Джорджу в лицо. В этот момент судьи пытались растащить их в разные стороны, но ни один из парней не собирался уходить друг от друга с позором. Когда их разлучили чуть ли не на всего лишь секунду, они оба пристально смотрели друг на друга - у Дрима нет слов. Его больше это не волновало, всё, что он хотел - это уничтожить Джорджа. Черт возьми. Драки считаются нормой в хоккее в Северной Америке, но блондин понял, что судьи идут их разнимать. Он боролся с рефери, который оттаскивал его дальше, выкрикивая ругательства - он знал, что только что заработал, как минимум, пенальти. Так что же еще терять? Его все равно выведут из игры. Он оттолкнул судью от себя и подкатил к Джорджу, тут же ударив его. Дэвидсон тут же нанес ответный удар, читая в золотых зеленых глазах пожелания смерти. Однако в следующий раз Дэвидсон не стал отталкивать судью, который тянул его назад - и Дрим знал, что нет особого смысла пытаться вмазать еще раз, раз уж брюнет уходит. «Ебаный позорник» - прокручивается в голове слишком часто, сплевывая слюну с кровью и не отрывая взгляда от чужого имени на форме. Джордж сердито вытирает красную жидкость и с носа. Дрим пристально посмотрел на брюнета, проходившего мимо него. Он ненавидел его. Ненавидел его. Почему он так часто пересекается с ним? Конечно, он не сделал ничего плохого, но что-то в нем разозлило Дрима. Возможно, это произошло из-за того, насколько хорош был Джордж - как уже давний игрок, блондин бы сказал, что из чужой команды, самым сильным игроком был он - пусть и слабее даже среднячков из сборища Дрима. Однако кудрявый никогда не завидовал навыкам своего противника, просто потому, что он и так лучше, - так что сейчас единственная причина, почему Дрим не любит Джорджа это то, что старший не умеет держать язык за зубами. Ну, может еще, действительно слишком дохуя маячит перед глазами - это имечко на форме кудрявый видит уже из далека. Вся толпа недовольно свистит. Ему было все равно, это не было его родным городом, это был первый раз на этом льду - ожидалось, что его будут ненавидеть за то, что он прерывает игру, тем более когда вы играете в качестве гостя, пусть и горячо любимого. Судьи поговорили несколько минут, прежде чем сделать звонок. Как капитан команды, Клэй смог вкинуть пару слов - однако это не особо помогло. Дэвидсон получил 10-минутный штраф за нарушение дисциплины, а Дрим, что очевидно, выбыл из игры. Это была чертова чушь. Джордж начал это. Толпа аплодировала. Джордж ухмыльнулся. Они играют на его льде. Пускай трибуны и на половину заполнены красными флажками с именем команды блондина, это родной лёд именно Джорджа. Дрим был чертовски зол. Дрим почувствовал, как один из судей резко толкнул его, когда они оба отпустили шайбу в нескольких футах от стороны его команды. Он взглянул на них, а затем сел на скамейку, захлопывая перегородку на поле. Он пошел в раздевалку, хоть команда и не отпустила его так легко. Они все кричали на него, ударяя по шлему, спине, плечам. Все они были настолько громкими, что он не мог разобрать, что именно они говорили, но он точно понимал «Это чертова чушь!» и «Что с тобой сегодня?». Ему было все равно, он просто прошел в глубь раздевалки и сердито сел на одну из скамеек между всеми шкафчиками. Это было несправедливо. Он даже не спровоцировал драку, по идее. И все, что получил Дэвидсон, это чертов пенальти. Дрим не смотрел, как играют его товарищи по команде, да в этом и не было необходимости, он слышал громие возгласы толпы и знал, что они были впереди на два очка, снова побеждая эту команду на их же льде. Когда большинство разошлось, Дрим сменил снаряжение и надел обычную одежду. Он должен признать, что без всего обмундирования он выглядит гораздо менее устрашающе, но он определенно был все таким же большим, высоким и сильным. Его ребята снова кричат что-то в честь своей победы. На самом деле он не испытывал той радости и гордости, которые обычно испытывал после выиграша, всё, о чем он мог думать, это Джордж. Он ненавидел его, черт возьми, он презирал его. Он был ужасным пятном в голове Дрима, не имея возможности покинуть её. После того, как все сходили в душ и переоделись под радостную болтовню, они ушли - не без того, чтобы пригласить Дрима присоединиться к ним на типичную посиделку в баре, от которой он быстро отказался. Ему нужно было найти Дэвидсона. Ему нужно было, чтобы он знал, какой он... ебнутый. Он подождал в раздевалке несколько минут, надеясь, что другая команда уйдет, а Джордж нет. И каким-то образом, к его счастью или сожалению, Джордж выходил из раздевалки своей команды, когда Дрим выходил из своей. Других людей не было видно. Они оба остановились, глядя друг на друга с жгучей ненавистью. У обоих большие спортивные сумки на плече, рассекая ремнем грудь. "Чего надо?" Джордж пристально посмотрел на Дрима, подходя ближе. — Что с тобой, черт возьми, не так? - лицо Дрима дрогнуло. Никогда еще он не был так зол. Джордж мало чем отличался от Дрима. «И что я сделал?» Брови блондина приподнимаются в шоке, — «Не знаю, может быть, ты выгнал меня из игры. Скажи спасибо своему капитану, потому что к нему я уважение имею, он хоть попытался меня вернуть.». Он также приближался к Джорджу, до такой степени, что затащил брюнета в раздевалку его команды, заставляя вжаться спиной в стену. Джордж закатил глаза, как будто Дрим был самым мерзким человеком на свете. Он уронил сумку на пол. — Знаешь, — Дрим немного наклонился, чтобы посмотреть в карие глаза и прижать Джорджа к стене, — Тебе нужно научиться оставаться на своем месте, — он тоже положил свою сумку на пол. Джордж посмотрел на него свирепым взглядом. — А кто сказал, что ты «остаешься»? Дрим хотел его задушить. «Это пиздец, как же ты меня бесишь. Имей в виду, что я всё ещё капитан команды, которая выигрывает вас уже третий раз подряд.». «И все же ты предпочитаешь противостоять мне, о Боже, простому защитнику». Джордж поднял бровь. Джордж довел его до грани безумия. — Так чего ты всё таки хочешь? - Джордж выглядел... отвлеченным, и это еще больше разозлило Дрима. — Ты явно пришел сюда за чем-то. Дрим не знал, что сказать. Почему он был здесь? У него просто было желание испортить настроение Джорджу, разозлить его так же сильно, как он разозлил Дрима. Он хотел, чтобы Джордж ненавидел себя. Ну или просто побесился. Джордж рассмеялся, — И? — сказал он с недоверием, — У тебя даже нет причины? Ты типа одержим мной? Дрим почувствовал, как ярость подступила к его горлу. Он не мог вынести мысли о Джордже. Все, что занимало его мозг, было Джордж, Джордж, Джордж . «Мне немного неловко даже. Ты такой жалкий.» - Джордж не мог сдержать осуждающую ухмылку на своем лице. Он оттолкнул Дрима от себя и попытался сделать шаг к выходу. Но Дрим резко швырнул его обратно в стену. Он почувствовал странное чувство удовлетворения, когда голова Джорджа ударилась о белую плитку. Дриму хотелось посмеяться, сказать вещи, которые разозлили бы Джорджа, но он знал, что Джордж отмахнется от этого. Он ломал голову, пытаясь сказать что-нибудь, что глубоко ранило бы Джорджа. В конце концов Дрим понял, что на самом деле ему все равно, он просто хотел, чтобы Джордж понял его ненависть. «Нет, просто ты бесишь абсолютно всех. В основном меня.» Джордж закатил глаза, пытаясь снова оттолкнуть Дрима от себя. Дрим придвинулся ближе к Джорджу, их тела практически прижались друг к другу, так что Джордж не мог уйти, — И я говорю это от всего сердца, — его лицо исказилось в насмешке, — Я хочу, чтобы ты осознал, насколько ты раздражаешь, и научился закрывать рот. Я хочу, чтобы ты ненавидел себя так же сильно, как я ненавижу всё в тебе. После того, как Дрим сказал это, Джордж сложил бровки домиком, издав сдавленный стон и тут же отворачиваясь в правую сторону, зажимая рот ладонью, — ...тогда, черт возьми, оставь меня в покое. Ого. Окей. Блондин удивленно вскидывает брови, искривляя губы в ухмылке. Ладно. Это было смешно. И Дриму это понравилось, это было тем самым рычажком давления. Джордж пытался выглядеть всё так же незаинтересованно, но Дрим мог слышать и видеть изменения в его поведении. Он извивался, пытаясь найти способ уйти от Дрима, и его голос больше не звучал слишком уверенно, он говорил так, будто прямо сейчас заплачет. Дрима это определенно заинтриговало. Что он сказал такого, что повлияло на Джорджа? И что он мог сказать, чтобы ему стало еще хуже? — «Не хочу.» — он приблизил свое лицо к лицу Джорджа, — «Ты не заслуживаешь уважения». Джордж ничего не сказал, его взгляд остался прежним. Дрим хотел, чтобы он заплакал, хотел, чтобы он кричал на него в ярости. Он еще больше придвинулся, теперь их тела прижались друг к другу, — «Ты ничего не заслуживаешь». Джорджу явно было не по себе, но, похоже, это было не из-за слов Дрима. Блондин бы сейчас, если бы кто-то снова клеился к нему, отстранился с улыбкой, зовя в какой-нибудь отель. Но это Джордж. Он хотел, чтобы Джордж чувствовал себя некомфортно, он хотел, чтобы Джордж покидал каждую комнату, в которую входит Клэй, но он чувствовал, что он не мог сделать это с Джорджем. Дрима не заботил ни Джордж, ни его благополучие, но это не значит, что он причинит Джорджу физический дискомфорт и страх - блондин не такой изверг. Дрим собирался отступить, пока не почувствовал, почему Джорджу стало не по себе. Он не позволил своему выражению лица дрогнуть, но внутренне ухмыльнулся. Теперь было гораздо больше способов разозлить Джорджа. Дрим наклонил лицо ближе к шее Джорджа, нашептывая на ухо «Интересно.» Нос Джорджа вспыхнул от гнева, его глаза выглядели так, словно пытались зажечь целый Лос-Анджелес. — Бля, ты серьезно? Ты просто пиздец на ножках, Дэвидсон, — Дриму не требовалась реакция Джорджа, достаточно было члена, упирающегося в его бедро. Дрим не знал, что чувствовать. Он ненавидел Джорджа, презирал его, на этой земле не было слов, достаточно сильных, чтобы описать, как сильно он ненавидел Джорджа. Все, что делал Джордж, вызывало у Дрима чувство ужасной ненависти. Джордж не ответил, но, что удивительно, он не отступил и не сводил взгляда с Дрима. Дрим не знал, что сказать сейчас. Какие слова он мог сказать, от которых у Джорджа побежали бы мурашки по коже от неприятной ненависти к самому себе? «И что тебя возбудило, сученька?» — тихо спросил он. Что бы он не сказал, Дрим вряд-ли примет это к сведению и отложит на какие-то полочки своего мозга - он просто немного поиграется сейчас, и это максимум. Джордж снова не ответил. «Что тебя возбуждает?» Голос Дрима теперь был менее нежным, он был унизительным. «Что тебя ненавидят? Или когда люди говорят с тобой свысока? Тебя возбуждает то, как сильно люди ненавидят твое глупое ебало?» Джордж крепко стиснул челюсти. Дрим никогда не видел Джорджа таким злым, и он буквально питался этим моментом, запечатляя каждую частичку чужого лица в голове. Ужасно. "Что?" Дрим прижал колено к стояку Джорджа. «Тебе нравится мой голос, Джорджи?» Он хотел, чтобы Джордж сказал «да», он хотел убедиться в его жалости. «Тебе нравится, когда кто-то хоть раз в твоей жалкой жизни с тобой честен?» Джордж снова не ответил. Дрим сильнее прижал ногу к эрекции Джорджа, дав ему секунду столь необходимой стимуляции, прежде чем позволить ноге вернуться в обычное положение. «Я могу просто уйти». Он пожал плечами. «Я не собираюсь заниматься человеком, который не хочет говорить, когда к нему обращаются». Его голос был жестоким. Он начал было отстраняться, но, как он и надеялся, Джордж остановил его, схватив за руку, не глядя. — Так ты хочешь, чтобы я остался? — спросил Дрим, как будто разговаривая с ребенком. Джордж пристально посмотрел на него, его грудь поднималась и опускалась с каждым тяжелым вздохом. "Что такое?" Дрим приблизил лицо Джорджа к себе, хватая его ладонью, — «Я не слышу тебя». В этот момент взгляд Джорджа был смертельным. "Я хочу, чтобы ты остался." Он выругался себе под нос, откидывая голову назад. — Хм, — ухмыльнулся Дрим. «Побалуй меня, давай...», — он позволил своим глазам вглядеться в лицо Джорджа, давая понять, что лишь оценивает каждый дюйм его лица, — почему ты хочешь, чтобы я остался?» Губы Джорджа на несколько секунд приоткрылись, но затем он закрыл рот, не обдумав ответ. Дрима на самом деле не волновало, какой будет ответ, приятный или не очень, мнение Джорджа о нем особо не имело значения. Дрим не хотел, чтобы он нравился Джорджу, он хотел, чтобы он просто... бесился. Он хотел, чтобы Джорджу хотелось уничтожить его каждый раз, когда он думал о блондине. «Я не хочу, чтобы ты оставался». — наконец сказал Джордж. — «Значит, мне пора идти?», — Дрим приподнял бровь. Его нисколько не убедили слова Джорджа. — «Я не говорил, что тебе следует идти, не так ли?» — Джордж склонил голову набок, и на его лице снова появилась прежняя уверенность. Ну, это не годится. — «Перестань так на меня смотреть», — Дрим наклонился ближе к Джорджу, — «Ты выглядишь глупо». «И все же ты остался, когда я тебе сказал». Дерьмо. Был ли у него вообще ответ на это заявление? — «Похоже, ты еще недостаточно меня ненавидишь. Или недостаточно понял, кто в этой ситуации жалок.» «О, я ненавижу тебя..». Джордж впился взглядом в плитку на полу. — Да? Обычно, такое не говорят человеку, на которого у тебя стоит. Джордж глубоко вздохнул. Он пытался успокоиться, и Дриму это не нравилось. Дрим позволил своим глазам осмотреть тело Джорджа, — «Почему бы тебе не раздеться? » Честно говоря, он ожидал, что Джордж сделает какое-нибудь язвительное замечание, но он этого не сделал, а просто расстегнул пуговицы на своих джинсах и сдвинул их вниз, тут же отбрасывая на лавочку к своей сумке. «Кто-то пиздец, как хочет, да?». Джордж пристально посмотрел на Дрима и выгнул одну бровь, осматривая блондина с ног до головы и наматывая излишки рукавов толстовки на кулаки. Он оперся спиной на стену, кинув взгляд от макушки до чужих кроссовок. Дрим придвинулся ближе к Джорджу. Он протянул руку вниз и провёл ладонью от одного бедра до живота, «невзначай» задевая головку сквозь белье. «Ты не нормальный, Дэвидсон.» Джордж все еще пристально смотрел на него, но Дрим мог сказать, что он был близок к тому, чтобы свалиться с ног, судя по тому, как он вздрагивал от каждого движения руки. «А еще ты буквально течёшь от меня». Дрим старался не смеяться. Честно говоря, это было приятно - но блондин сейчас, зачем-то, задумался о размере чужого члена. Он был буквально средним, ни больше, ни меньше. и Дрим знает, что брюнет с горящими глазками посмотрит на размер младшего - ну, это очевидно, что ли. «Держу пари, ты бы отсосал мне при первой же возможности», — глаза Джорджа прикрыты, пока Дрим это говорит, — «Ты любишь, когда партнер больше тебя, да? Не только в плане члена.» Дрим приподнял бровь. Он знал, что это правда, он читает таких, как Джордж, уже как открытую книжку. «Я был бы удивлен, если нет.» Джордж закатил глаза и прислонился головой к белой плитке на стене. «Твоё эго больше, чем может выдержать твой мозг. Надеюсь, член это компенсирует». Дрим не знал почему, но это придавало ему еще больше гордости. Ему нравилось, когда люди знали, что он уверен в себе, особенно когда это их пугало, хотя Джордж, похоже, реально боялся. Он быстро развернул Джорджа и прижал его к стене грудью. «Думай, что хочешь». Он пожал плечами и стянул с Джорджа боксеры. Он хотел трахнуть Джорджа, он хотел услышать, как этот выебистый ротик просит о большем. Единственная проблема заключалась в том, что этот придурок его не привлекал, по крайней мере, его лицо. Конечно, он был горячим, но то, как его лицо искажается в тупых доебах, вызвало у Дрима желание ударить брюнета, а не подрочить на его розовый язычок. Дрима это не особо волновало. Он плюнул на пальцы одной ладони. Он не хотел подготавливать Джорджа, но было бы неправильно просто вставлять в Джорджа свой член без смазки, поэтому он решил, что сначала хотя бы пальцы. Дрим позволил себе поводить подушечками по кругу, чувствуя дрожь чужого тела, прежде чем вставить сразу два. Тело Джорджа напряглось, и брюнет прерывисто вздохнул. Возможно, Джордж смог бы его возбудить. Ему просто нужно было, чтобы Джордж застонал, или заплакал, или, черт возьми, упал в обморок. Ему нужно было, чтобы Джордж показал свое отчаяние еще раз - Дрим предположил, что он не сделает этого, пока его не трахнут до ебаной трясучки, ибо Дэвидсон гордый слишком. Поэтому он медлительно двигает пальцами, смеясь и устремляя взгляд в потолок. Чужих резких вздохов должно быть на данный момент достаточно - и Клэй, на самом деле, в шоке с него, потому что дрожит он от каждого движения, а стоны сдерживает мастерски-хорошо. Это бесит в нём тоже. Дрим добавил третий палец, заставив Джорджа тихо хрипнуть. Блондин ухмыльнулся. Он чувствительный, возможно даже слишком. Приятно знать. — Дэвидсон... — резко спросил Дрим, высвободив пальцы из Джорджа. Он быстро снял с брюнета толстовку, пока он сгибается чуть ли не напополам от внезапной пустоты. На самом деле он не хотел видеть Джорджа обнаженным, ему просто нравилось, что на нём не было одежды, в то время как Дрим был одет полностью. Он снова плюнул себе на руку. Джордж все еще тяжело дышал. "Да?" — тихо спросил он. Дрим улыбнулся, доставая из под резинки боксеров и штанов член и размазывая по нему жидкость. «Какой самый большой член ты когда-либо принимал?» Он прислонил головку. «Может быть, шесть дюймов?» Джордж не знает. Но он никогда не смотрел на парней и не думал что-то вроде: «Ого, у него реально большой!» - а хотелось бы. Оу. Широкая улыбка расплылась по лицу Дрима. Ну, у него явно больше. Он не ответил, толкаясь вперед. Джордж громко вздохнул, когда его тело попыталось обработать и принять то, что только что произошло. Дрим прислонился губами к уху Джорджа. «И каково тебе сейчас?» Джорджу было трудно дышать, когда Дрим начал двигаться. Блондин держался за его бедра. Конечно, у Дрима много каких-то девчонок, много каких-то мальчишек, но раньше не было ни единого недостатка в людях, которые хотели его, и он занимался сексом с ними именно из-за этого, из-за того что они такие фейково-идеальные, так почему же он трахал сейчас кого-то, кого терпеть не мог? По крайней мере, пока он здесь, он может заставить Джорджа чувствовать себя ужасным человеком. Но с чего начать... «Ну же, Джордж, каково это, позволить человеку, который избил тебя на глазах у всех твоих фанатов и выиграл тебя на твоем же льду, трахать тебя?» Джордж сдерживал вырывавшиеся стоны - он, наверное, даже не слышал Дрима, проглатывая эти крики. Дрим мог замедлиться, чтобы дать ему возможность приспособиться, но у него нет настроения. — Блять.., — простонал Джордж. Все его тело сильно тряслось - ноги до такой степени, что Дрим удивился, что он стоит, а глаза жмурятся от каждого движения. Дрим жесток. Он чувствовал себя гордо, потому что как будто простое прикосновение к коже Джорджа делало Дэвидсона просто до невозможности слабым. Когда он собирался прикоснуться к брюнету, тот уже отдавался дрожью - и это безумно льстит. Дрим прижал руку ко рту Джорджа и резко прислонил его голову себе к груди. Его бедра прижимаются к Джорджу. — «Расскажи мне о своих неудачных отношениях», — он раздвинул пальцы, чтобы Дэвидсон мог говорить. Он хотел, чтобы Джордж подумал обо всем неладном в своей жизни, когда его трахал тот, кому было наплевать. Ну, ему все еще смешно. Джордж резко вдохнул воздух, когда Дрим толкался снова и снова, — «Мои первые отношения были…», — его слова были заглушены, когда он сдерживал стоны. «Были с девушкой, которую я встретил в старшей школе…» Дрим не был уверен, почему он отвечает, но ему это понравилось. Это показало, насколько легко Джорджа сломать. "Сколько тебе было лет?" Дрим прервал его. Джордж не смог сдержать сдавленный стон. «Это был последний год в старшей школе, так что 17». На его лице расплылась ухмылка. — Что? Никто до этого не смог тебя стерпеть типо? «Пошел ты». Джордж шикнул сквозь стиснутые зубы. «Расскажи мне, как вы расстались». Джордж не отвечал несколько секунд. «Она мне не нравилась, и я бросил ее через месяц». Ну, это было не то, что он хотел услышать. «Какие у тебя были самые долгие отношения?» Джордж молчал, если не считать тяжелого дыхания и сдавленных стонов. Дрим опустил руку на шею Джорджа и крепко сжал её по бокам. "Я задал тебе вопрос." Джордж попытался заговорить, но рука, схватившая его за горло, остановила его. Дрим наклонил лицо ближе к уху Джорджа. "Поговори со мной" Он ослабил руку на шее брюнета. Джордж глотнул воздуха, прежде чем резко закашляться. — Я… — он поперхнулся своими словами. «Я встречался с парнем три года или типа того... Мы расстались на этой неделе.» Он сказал это тихо. Глаза Дрима расширились от чистого ликования. — Так почему ты заставил меня трахнуть тебя? Джордж не ответил. — Черт возьми, ответь мне. — Дрим хотел закричать, но это прозвучало почти шепотом. После того, как Джордж это произнёс, он не остановился, а продолжал издавать то ли крики, то ли стоны. "Я не знаю." Дрим снова усиливает хватку на шее, давая брюнету буквально по секунде, чтобы он мог дышать - и в этот момент Дрим был уверен, что это еще больше возбуждает Джорджа. И он прав. Он сильнее толкнулся в Дэвидсона, немного замедляя темп - брюнет стоит на цыпочках. «Скажи мне.» — Ха.., — голова Джорджа откинулась назад от того, сколько удовольствия доставлял ему Дрим. «Я хотел тебя уже давно..». Воскликнул он, прерываясь на стоны. Ого. Это что-то типа измены, нет? «Почему?» Дрим не давал Джорджу ни минуты покоя. Он не хотел оставлять его ни на секунду без стимуляции, он этого не заслужил. Ноги Джорджа неудержимо дрожали. «...пожалуйста», — умолял он. — «Нет», — Дриму это снова слишком льстит, — «Ответь мне». «Мне нравится, что ты прямо говоришь мне, что чувствуешь ко мне». Дыхание Джорджа было затруднено. "Ты очень горячий." Дрим не мог сказать, вызвало ли это у него желание уничтожить Джорджа своими словами, или это заставило его хотеть быть ангелочком только для того, чтобы он не понравился Джорджу. "Как его зовут?" Голова Джорджа упала вперед в знак поражения. «Я не скажу тебе.» — Хм, — Дрим попытался придумать самую жестокую вещь, которую он мог сказать, когда снова увеличил темп и заставил брюнета чуть ли не упасть. — Он был здесь сегодня вечером? Джордж издавал сдавленные стоны, которые пытался подавить. Он кивнул. «Ага...» Дрим ухмыльнулся. — И где, по его мнению, ты сейчас находишься? Дрим мог сказать, что Джордж был на грани слёз. И интересно, что слёз именно удовольствия. Клэй не понимает, как он провстречался с этим парнем три года, ведь брюнету явно всё равно на него уже сейчас. «Я не знаю, мы не общаемся особо... Мы.. не вместе только четыре дня. ». «Хм», Дриму это понравилось. Теперь было гораздо больше способов погубить Джорджа. «И ты его любишь?» «Дрим, пожалуйста!..» Джордж снова почти падает из-за дрожащих коленок. Было очевидно, что он чувствует себя слишком... хорошо. И все же он не сказал Дриму остановиться, поэтому, очевидно, чувствовал себя недостаточно. Дрим откинул голову назад. Он решил, что определенно хочет заставить Джорджа кончить, он хотел заставить его кончить столько раз, что он будет слишком чувствителен, чтобы сдерживать хоть что-то - будь это стоны или дрожь в коленях. Несмотря на то, что Дрим ненавидит эту темную макушку, он неохотно признался себе, что у Джорджа приятный голосок, особенно когда он не кричит какие-то выебистые фразочки. Джорджа, казалось, в этот момент вообще ничего не волновало. Нетрудно было сказать, что он вообще ничего не понимает сейчас, он не мог ни о чем думать, вся его энергия уходила на звуки, вырывавшиеся из его горла. Дрим осознал кое-что, что заставило его задуматься. Ему нравилось разговаривать, ему нравилось заставлять Джорджа слушать, напоминать ему обо всем абсурде, которым можно было назвать эту ситуацию, но не смотря на это, секс действительно был... приятным. Он не знал, что чувствовать по этому поводу. Но блондин хочет уже пойти отсюда. Всё таки, может быть он изверг. Дрим слегка оттянул голову Джорджа в сторону и прижался ртом к его шее, сразу же прижимаясь к ней губами и оставляя красный след засосом. Одна из рук Джорджа мгновенно легла на волосы Дрима, сгибаясь за спиной. Дрим знал, что прямо сейчас Джорджу это понравилось, но он был уверен, что в основном он обрадуется тому, что его бывший на них посмотрит. И точно обрадуется фотке своей тонкой шеи в галлерее, поставив её куда-нибудь на аватарку, мол: «смотрите все». Он прикусил мягкую кожу. Джордж громко вскрикнул, хотя ему это определенно понравилось. Дрим сделал еще несколько засосов, прежде чем оттолкнуть голову Джорджа, прижимая ее щекой к холодной, уложенной плиткой стене. И Джордж просто позволил ему это сделать. Каким-то образом Джордж стал громче, и Дрим понял, что он близко. Часть его была рада увидеть, как он полностью рушится в чужих больших ладонях, но другая часть ненавидела то, что он заставлял Джорджа чувствовать себя хорошо. Так что Дрим ускорил темп до шаркающей обуви старшего и хлопающих ладоней о всё так же холодную стену. Он был полон решимости погубить Джорджа всеми возможными способами. Дэвидсон начал стонать имя Дрима снова и снова. Его голос звучал так, как будто он делал это раньше. Как будто он три года встречался с Дримом, а не с каким-то оболдуем. Имя, которое не принадлежало его бывшему, вылетело из его уст слишком легко для человека, который встречался с одной персоной три года. «Мне нравится, что тебе уже все равно на него. Ты реально без ума от меня, да?» — Дрим практически прорычал Джорджу на ухо. «Да...» На лице Дрима появилась улыбка. Возможно, Джордж не был таким уж ужасным, он был таким... глупым. Это было немного раздражающе мило, но это не делало его милым. «И все же, сколько ты встречался с ним, мечтая обо мне? ». «Пожалуйста, не надо». Хрипы брюнета смешивались с его громкими стонами. «Как приятно чувствовать мой член в своей заднице? После такого ожидания?» Дриму, в конце концов, действительно было насрать сколько. Просто он еще никогда не был причиной разрыва отношений. Ноги Джорджа подкосились. Дрим обвил рукой талию Джорджа, прежде чем тот успел упасть на землю, но все равно не сбавил темп. Джордж прижал руки к плитке, ища хоть какую-то опору. "Я люблю тебя." Он старался говорить твердо, хотя во время стонов это было трудно сделать. "Конечно." Дрим ухмыльнулся, прежде чем прижаться ртом к уху Джорджа. — Иначе зачем бы ты позволил мне присунуть тебе в раздевалке, после того как ты проебал мне в своем родном городе, на родном льде? "Я тебя ненавижу." Все тело Джорджа тряслось от его голоса: «..я ненавижу тебя, я ненавижу тебя, я ненавижу тебя». Дрим почувствовал, как его грудь наполнилась гордостью. Ему нравилось заставлять Джорджа осознавать, насколько все это было хреново, особенно то, насколько хреново было то, что Джорджу это нравилось. И Дриму тоже. Джордж продолжал повторять слова «Я ненавижу тебя» как заезженная пластинка. — Ты хочешь остановиться?, — Дрим смеется. Как бы ему ни хотелось, чтобы Джордж думал о нем и чувствовал чистое отвращение и ненависть, это не означало, что он собирался продолжать трахать Джорджа, когда тот явно хотел остановиться. Дрим все еще не такой изверг, Джордж все еще неплохо выглядит под большими руками блондина. — "Нет!", — Джордж смахивает слезы, не убирая одну руку со стены, — "Пожалуйста, не надо..." Это заставило Дрима ухмыльнуться. Этой чертовой суке это понравилось. Даже пуская слезы из-за переизбытка чувств, он все равно умолял продолжать. «Ты ебнулся.», — воскликнул Дрим, — «Черт возьми, Дэвидсон», — Дрим рассмеялся, — «Ты такая шлюха ». Джордж громко вскрикнул в ответ. Он снова чуть ли не упал, и Дрим был уверен, что если бы он увидел его ужасное лицо, то выглядело бы оно совершенно уничтоженным-разгоряченным-уставшим. Он продолжал трахать Джорджа, но не мог сдержать язвительный смех. Джордж был худшим человеком, которого он когда-либо встречал, и Дрим дал ему это понять, но он продолжал позволять Дриму делать с ним все, что угодно. В этот момент Джордж даже не позволял себе лишний раз простонать - пусть звуков было и так много, но это было понятно. Дрим позволял самому себе продолжать, и не совсем понимал, почему. Джордж выстанывает чужое имя. Его тело тряслось до такой степени, будто у него начались конвульсии. Дрим ухмыльнулся, когда ему в голову пришла ужасная идея. «Так сколько ты встречался с ним, думая обо мне? Не было, как в типичных сериалах, что ты типа случайно стонал моё имя, а не его?» Джордж быстро покачал головой, — «Замолчи, долбоеб..», — он издал что-то среднее между криком и стоном. «Как он кончал в тебя? Типа - «О, Джордж! Ты заставляешь меня чувствовать себя так хорошо!». Он издал явно фальшивый стон. "Так и было, да." Джордж закатил глаза, ответив сарказмом. "Я знаю, что это правда." Ухмылка Дрима была злой. «Разве ты не хочешь, чтобы я был похож на твоего бывшего? Я даже знаю причину, почему вы расстались, потому что я бы тоже не стал встречаться с челом, который абсолютно не умеет трахаться». «Ну типа. Я не особо был верен ему.» Джордж постоянно забывал, что говорил, пока Дрим безжалостно сжимал пальцы на чужом горле, —"Блять..." Он перестал сдерживать звуки. В этот момент Дрим был единственным, что удерживало Джорджа от падения. И это слишком хорошо. Дрим гордился этим. Он сломал Джорджа. Глупый, напряженный, самоуверенный придурок практически кричал от удовольствия, рассказывая, как хотел член блондина, но состоял в отношениях. Теперь все, что ему нужно было от Джорджа, — это снова услышать свое имя. Дрим был уверен, что сможет заставить его сделать это за секунды. «Как меня зовут, Дэвидсон?» Дрим не то чтобы хотел услышать это, он хотел, чтобы Джордж запомнил его. Кто-то другой, скорее всего, пытался доставить ему хоть каплю удовольствия, ведь брюнет так-то не плох, пока всё ещё отдается капитану команды, которой проигрывает уже раз третий - а ведь он доставляет ему целое море. Блондину хотелось, чтобы после него кареглазый всегда думал что-то вроде: «А вот с Дримом лучше было...» Джордж вскрикнул. «Дрим». Кудрявый закатил глаза. "Имя." "Клэй." Его голос звучал уже слишком жалобно. Даже сквозь громкие стоны удовольствия Дрим мог сказать, что Дэвидсон сам себя корит за то, что ему это нравится. Дрим склонил голову к уху Джорджа. «Ты расстался с тем челом реально только из-за секса?» Голова Джорджа дернулась назад, когда на ягодице закрасовалось пятно от чужой ладони, — "Нет." Дрим ухмыльнулся. Непонятный ответ. «Хм», он чувствовал себя безумным от власти, и ему это нравилось. «Ты же реально без ума от меня. Значит, ты расстался, чтобы на чистой совести уже со мной поебаться?» Глаза Джорджа закрылись, когда он снова чуть ли не упал. Дрим не собирался давать ему душевное спокойствие, он не собирался заставлять Джорджа полностью забыть о том, какой же он абсурдный, он собирался заставить его чувствовать себя полным неудачником, поскольку именно блондин устроил ему лучший секс в своей жизни, а ней человек, с которым он встречался три года. «Молчание - знак согласия.» Джордж снова не ответил, наклонив голову вперед. «Это смешно. Неужели его член, который даже не может дотянуться до твоей простаты, заставил вас расстаться, ведь только я сейчас заставляю тебя плакать от удовольствия?" Дрим все это выдумывал, но что-то в том, как Джордж выкрикивал просьбу остановиться, подсказывало ему, что он безумно прав. «Или ты просто шлюха, я не знаю. Ты предпочитаешь, чтобы тебя трахал тот, кому ты не нравишься, не говоря уже о том, что тебе он нравится? Тебе нравится знать, что ты не более чем на один раз?» Джордж ничего не сказал, но его улыбка на лице была понятна даже из-за спины. Дрим никогда не чувствовал себя таким сильным, даже когда он выигрывал с преимуществом в три очка. Может быть, это потому, что Джордж теперь принадлежал ему. В этот момент Джордж сделал бы для него все что угодно. Он был увлечен Дримом, а Дрим считал Джорджа блядской шлюхой. Ну да ладно, Джордж будет жить, Дрим будет жить... Далеко друг от друга. Как бы ему это ни нравилось, ему было скучно. Конечно, дразнить Джорджа было весело и все такое, но прошло как минимум 10 минут, и у него были дела поважнее. Он не хотел заставлять Джорджа кончить, он хотел оставить его там, неспособного после этого смотреть в чужие зеленые глаза. Но и Дрим не хотел уходить, не кончив. Он был близок, и если бы он оставил Джорджа так, как хотел, могло бы показаться, что это он тут желал этого момента дольше всех на свете, а не брюнет. Но если бы он ушел, не кончив, Джордж подумал бы, что он сделал это, чтобы доставить Джорджу удовольствие, а это было противоположностью истины. Дрим крепко зажмурился, точно оставляя на талии пару синяков своей цепкой хваткой. Джордж продолжал стонать, срываясь на высокие крики. Дрим запустил пальцы в волосы Джорджа и сильно потянул, заставляя голову брюнета откинуться назад. Дрим вздрогнул, когда Джордж сжался вокруг него. Так что, возможно, от Джорджа действительно была польза в этом мире, хотя он знал, что никогда больше не захочет иметь с ним какие-то связи. «..Дрим!», — воскликнул Джордж. Дрим вспомнил слова о том, что Джордж был «не особо верен». Насмешка снова расползается по его губам. Дрим схватил член Джорджа, проводя ладонью от основания до кончика. Все тело Джорджа напряглось. Он кончил, и его стоны прервались, сменяясь тяжелым дыханием. Дрим не остановился - во всяком случае, он начал двигаться даже быстрее. У Джорджа из глаз текли слезы. Очевидно - он только что кончил, но продолжал просить большего. И казалось, что прошло всего несколько секунд, прежде чем Джордж кончил снова - его тело тряслось сильнее, чем когда-либо. Джордж начал умолять Дрима о чем-то, просто выкрикивая жалкое «пожалуйста», но он никогда не говорил остановиться. Он просто, казалось, надеялся, что Дрим так и сделает, додумается сам, но ни разу не сказал стоп. Итак, Дрим не сбавляет скорости. Дрим понял, что больше нет особого смысла в этом всём. Джордж мог кончить и снова, но ничего бы не изменилось, а Дрим чертовски устал. Ментально и физически. Дрим сделал шаг назад и вытащил член из Джорджа, полностью отпустив его, позволив ему осторожно присесть на холодный пол, опираясь на стену одним плечом. Дрим наблюдал за ним, пока чужие коленки не утихомирились, а дыхание не пришло в норму. «Встань на колени». Он потребовал. Джордж немедленно сделал это. Эта сука всё также нетерпелива. Его только что трахнули у стены, заставили кончить два раза, и он все еще был рад сделать что-нибудь для Дрима. И Дрим понятия не имел, что он должен был об этом подумать. Но кому это надо, когда перед ним брюнет, который готов отсосать своему буквально врагу, хотя его хотят куча других парней и девчонок из их спортивного клуба. Он играет не в те ворота. Дрим схватил Джорджа за волосы и похлопал членом по щекам, пока его не взяли за основание и тут же вобрали головку внутрь. Джордж поперхнулся, но не сделал ничего, чтобы остановить это, он просто пристально смотрел на лицо Дрима со слезами на глазах. Дэвидсон берёт всю длину. Он сильнее потянул Джорджа за волосы, до такой степени, что не удивился бы, если бы тот их вырвал. Но брюнет только застонал в ответ. Дрим крепко стиснул зубы. Он никогда не чувствовал ничего подобного ни к кому, особенно к тому, с кем занимался сексом, но Джордж был каким-то сказочным злом. Джордж был ужасным человеком, и Дрим держал его под своим контролем. Дрим мог приказать Джорджу сделать что угодно, и он бы это сделал. К счастью для блондина, брюнет скорее умрет, чем увидит его снова. Горло Джорджа продолжало сжиматься вокруг члена Дрима, и этого было достаточно. Дрим полностью опустил рот Джорджа вниз, прижав нос к паху. Он старался войти как можно глубже, заставляя того вытирать слезы с уголков глаз свободной рукой. Но Дэвидсон не попытался отстраниться, даже когда сдержал очередной кашель. Дрим снова хлопает ему головкой по языку, кончая на белолицого мальчика. Он смотрел на Джорджа, не зная, что сказать. Потом уже понял, что говорить нечего. Дрим развернулся, натянул штаны и схватил сумку, полную своего снаряжения. «Как мне…» Джордж замолчал, чтобы обдумать свои следующие слова. Голос хрипел то-ли от слишком громких стонов, то-ли от слишком усердного минета. Он всхлипнул и вытер щеки рукавом. «Я не умею водить машину». Он прокашлялся, очевидно, к утру его голос полностью пропадет. Он выглядел жалким, но Дрим не думал, что он чувствует сочувствие. Дрим пожал плечами и посмотрел на Джорджа, который сидел на полу, наматывая остатки рукавов на кулаки. Мысль о том, чтобы быть миленьким промелькнула у него в голове меньше чем на секунду, но он хотел, чтобы Джордж думал о нем и желал смерти. «Позвони своему бывшему». Сказал он просто перед тем, как развернуться и уйти, даже не испытывая желания оглянуться на него. «Вызову тебе Убер за норм такой отсос.»