Слепая удача

      В подземном коридоре стояла тишина. В темноте замерцали яркие шарики, осветив каменный пол и стены. Уже через несколько секунд ослепляющий свет достиг и самых тёмных уголков тоннеля.       — Ой… — произнёс Дэриэл и зажмурился.       Он вовремя остановил поток маны, и свет поблек, освещая лишь несколько метров вокруг двух мужчин. Инуриец неловко сглотнул. Из-за нахлынувших эмоций было сложно контролировать магию. Он отряхнул ладони, словно скидывая остатки маны, и сел рядом с Амиром, прижавшись спиной к стене. Дэриэл нетерпеливо постучал пальцами по согнутому колену, не решаясь заговорить. Мысли уходили в тот момент, когда Амир оттолкнул его.       «Я был слишком напорист?»       Пока эльф нервничал, Амир сидел, задумавшись. Он вовремя спровадил от себя Дэриэла, и тот не заметил, что у него встало то, что не должно было. Одежда прекрасно скрывала это даже при ярком свете, поэтому Амир просто сидел и ждал, когда пройдёт буря. Он краем глаза глянул на Дэриэла и заметил, какое же красное у него было лицо. Эльф совершенно не знал, что делать, и горел от смущения.       — Там, в иллюзии… Были твои родители? — Амир первый начал разговор, решив начать с какой-то отстранённой темы. Он тоже немного нервничал, отчего голос звучал слегка хрипловато.       — Да, — кратко ответил Дэриэл, не смотря в его сторону. Он глядел в противоположную стену, словно камни там были безумно интересные. — А твоя сестра?..       — Ага.       И снова воцарилось молчание. Это было крайне неловко, отчего Амир внутренне взвыл. Он поддался своим желаниям, отчего теперь слегка жалел. Едва ли он мог поверить в то, что лишь внушает себе это. На самом деле, если бы Дэриэл снова вжал его в стену, то Амир бы и не стал отказываться… Всего за такое короткое время, проведённое в иллюзии, всё кардинально изменилось!       Внезапно Амир рассмеялся. Дэриэл повернул голову и увидел, как он улыбается, прикрыв глаза. Эльф недоуменно спросил:       — Ты чего?..       — Молодой господин, твоя одержимость лошадьми — это нечто! Тем более, их именами...       Амир, всё ещё заливисто смеясь, тоже повернул голову и посмотрел ему в глаза. Лицо Дэриэла мгновенно залилось краской.       — Я не знаю, что это было, — произнёс он. — Это ведь твоя привычка давать лошадям странные клички.       — Почему это странные?       — Ты общаешься с ними, как с детьми.       — А как же твой Малыш? С ним ты как обращался? «О нём только я могу заботиться. Ты должен лишь следить, достаточно ли он накормлен»! — процитировал Амир, копируя молодого господина из иллюзии.       Дэриэл закрыл лицо обеими ладонями. Ну и ну! Нашёл, когда шутить!       — А разве ты не делал ничего странного в иллюзии?       — Что например? — Амир улыбнулся ещё шире, провоцируя Дэриэла на ответ.       Эльф открыл рот, но почти сразу же его закрыл. На ум совсем ничего не приходило.       — Ну… Ты…       — Молодой господин был весь такой благородный и гордый. Наверное, обычный конюх сделал много чего странного…       — Амир!.. — Дэриэл не сдержался и позвал его по имени, вызвав очередной смешок.       — Лучше скажи мне, как ты понял, что тот мир — фальшивка?       Дэриэл успокоился и отвернулся, задумавшись о чём-то. Он посмотрел на свою ладонь, а затем дотронулся ей до груди.       — Моя демоническая сила вышла из-под контроля, и я начал замечать, как события вокруг повторяются. Это мой демонический дух направлял меня.       — Правда? А сейчас?       — Сейчас он снова заперт, — Дериэл вздохнул. — На самом деле, он жуть какой страшный. Я никогда не смогу заключить с ним контракт…       От одного воспоминания об этом жутком существе бросало в дрожь. И как такое чудище в бою использовать? Дэриэл быстрее врагов откинется, если выпустит его. От страха.       — Кажется, эта иллюзия была основана на наших мечтах… — произнёс Амир. — Это немного странно…       Он всегда хотел богатой жизни, так что это было тогда? Разве жизнь просто конюха могла его устроить?       «Похоже, что в душе я вовсе не хочу быть богачом. Мне бы главное вытянуть Аннель из бедной жизни, а там уже неважно, сколько у меня денег»       От этой мысли он рассмеялся.       — Мы оба не владели там магией, — заметил Дэриэл. — Значит, это не так важно для тебя?       — А для тебя? — ответил Амир вопросом на вопрос. Дэриэл промолчал. — Лично мне хватило и того, что я был полностью здоров. Моей сестре хотя бы там не пришлось возиться со мной.       — Твоя сестра… Какая она? — Дэриэл вспомнил девушку, что была так похожа на Амира, и слегка улыбнулся. В воспоминаниях рыцаря она была суровой и довольно безэмоциональной. Полная противоположность своего брата.       — Она очень сильная, — в глазах Амира появилась нежность. — Всегда ругается на меня, но при этом заботится. Аннель вырастила меня. В каком-то смысле она заметила мне маму. Я всегда чувствовал, словно подвожу её…       Амир выглядел так, словно воспоминания приносили ему боль.       — Если тебе сложно говорить об этом… — начал было Дэриэл, но Амир с улыбкой перебил его:       — Ничего такого, всё уже в прошлом. Я был обузой для своей сестры до тех пор, пока не пробудил ману. Она возилась с больным ребёнком, пахая с утра до ночи. Зато сейчас я уж её не подведу! Как вернёмся, заработаю деньжат…       В его мыслях уже начал созревать план. Дэриэл успокоился, видя реакцию Амира. Он выглядел довольно бодро, вовсе не как человек, нуждающийся в поддержке.       «Ты и сам очень сильный» — подумал Дэриэл, улыбнувшись.       — Кстати. Значит, тебе всё же нравятся длинные волосы? — внезапно спросил Амир, с улыбкой глядя на эльфа.       Дэриэл замер, вспоминая его внешний вид в иллюзии. Там он и вправду отрастил волосы ниже лопаток.       — Молодой господин, тебе так идут длинные волосы. И правда, к красивому лицу подходит абсолютно всё.       Дэриэл смутился.       — Хватит уже так обращаться ко мне… Какой ещё молодой господин? Это всё выдумки иллюзии. Тем более, если она основана на наших мечтах, то не значит ли это…       Эльф краем глаза глянул на Амира, слегка прищурившись. Рыцарь напрягся под его взглядом.       — Что ты хочешь сказать?       — Разве в иллюзии ты не влюбился в меня?       Хоть он и старался говорить уверенно, но красные кончики ушей выдавали в нём беспокойство. Он не мог смотреть Амиру в глаза, поэтому глядел чуть в сторону.       — Это…       Иллюзия была такой правдоподобной, что Амир в ней и вправду начал испытывать что-то к Дэриэлу.       «Основана на мечтах, да?.. — задумался он, отвернувшись. — Разве же мог я думать о Дэриэле в таком ключе?»       В его сердце поселились сомнения. Он не мог понять, что испытывает на самом деле. Ему нужно было признаться в своих настоящих чувствах самому себе, что в данный момент не представлялось возможным.       Амир наконец посмотрел на Дэриэла и заметил в его взгляде ожидание и нервозность. Он явно ждал ответа на своё признание, который мог измениться после пережитого.       — Можешь дать мне немного времени?       Сейчас он мог сказать только это. Дэриэл сжал губы, но всё же кивнул.       — Я буду ждать, сколько потребуется. Теперь для меня ты единственный. На всю оставшуюся жизнь.       «Боги! И что за слащавые фразочки? Ой! Черт возьми! — Амир дотронулся до своей щеки, чувствуя, как лицо слегка покраснело. — Я же не тринадцатилетка, в конце концов! Почему смущаюсь от такого?»       Видя его слегка недоуменную реакцию, эльф собрался с духом и сказал:       — Тёмные эльфы по своей природе однолюбы. Я полукровка, но, думаю, на меня это правило также распространяется.       — Хочешь сказать, полюбив одного, тёмные будут любить этого эльфа до конца жизни?       — Именно.       — Но эльфийская жизнь такая длинная, мало ли что может произойти…       — На самом деле… — эльф с беспокойством выдохнул. — На самом деле тёмные эльфы живут короткую жизнь. Она даже короче, чем человеческая.       Амир удивился. В каком это смысле короткая жизнь?.. Он тревожно сжал кулаки.       — Это из-за демонических духов, — продолжил Дэриэл. — А, но из-за того, что я наполовину инуриец, проживу примерно столько же, сколько и обычный человек.       — Значит, когда ты жертвовал жизненной энергией ради моего спасения… — произнёс Амир, вспоминая прошлое. — Я думал, что какие-то несколько месяцев не будут много значить…       Инурийцы, живущие даже по сто пятьдесят лет, и вправду не почувствовали бы особой разницы. Но средняя продолжительность жизни человека почти вдвое короче. Амир снова упал духом.       — Для меня длинная жизнь ничего не значит, — поспешил его успокоить Дэриэл. — Тем более, я же спасал твою жизнь. Разве какой-то год имеет значение?       Амир вздохнул. Возможно, эльф и прав. Пусть рыцарь постоянно и приносил неприятности, но никто его в этом не винил. Конечно, кроме него самого.       — Я боюсь снова стать обузой… — признался он, говоря очень тихо, почти шёпотом.       — Ты никогда не был обузой, я уверен в этом. Если бы твоя сестра услышала это, то отпинала бы тебя…       Вспоминая её характер в иллюзии, он мог сказать наверняка, что в реальности она была точно такая же. Она спокойно могла дать брату взбучку.       — Это точно, — Амир слегка пришёл в себя из-за слов об Аннель. — Ладно, хватит уже разговоров. Пора идти, иначе Ларри и Каснис будут ругаться на нас.       Амир поднялся и отряхнул одежду. От его беззаботного вида Дэриэлу стало не по себе. Этот парень слишком быстро переключается, да ещё и держит все свои эмоции при себе.       — Чего ты так смотришь на меня? — спросил Амир, глядя на эльфа сверху вниз. — Вставай, и пошли искать Касниса и Ларри.       Дэриэл словно очнулся, когда увидел протянутую ему руку. Взявшись за холодную ладонь, он поднялся и с сомнением спросил, не отпуская руку:       — Можешь назвать меня по имени?       Амир слегка растерялся, но всё же произнёс:       — Дэриэл.       На сердце у эльфа сразу же стало тепло.       — Скажи, ты доверяешь мне?       — Да?.. — Амир насторожился. Дэриэл почувствовал, как его ладонь напряглась. — Почему ты так резко решил спросить об этом?       — Да так. Хотел убедиться.       Дэриэл не собирался ничего рассказывать, отчего у Амира разыгралось любопытство.       — Что такое?       — Ничего.       Они так и стояли, держась за руки, пока Амир не опустил ладонь первый.       «Не хочу видеть тебя грустным. Что я могу сделать, чтобы ты всегда улыбался?»       Дэриэл не мог произнести свои мысли вслух.

***

      В это время на ежегодном аукционе.       Кассандра раскрыла веер, а затем вновь закрыла. Раскрыла, а затем вновь закрыла… И так вновь и вновь. Ей было очень скучно. Лоты не представляли из себя ничего интересного, но уходить она не хотела. Вдруг появился что-то любопытное? Да и слухи по аукциону ходили интересные. Здесь было как минимум двадцать людей, на которых ей нужно было насобирать информацию.       «Хм, как интересно…»       На её лице появилась ухмылка. Кэс одним движением захлопнула веер и кинула на столик. По щелчку пальцев в воздухе появились несколько белых бусинок, ставших невидимыми. Они разлетелись в разные стороны. Кассандра довольно кивнула. Это был её улучшенный артефакт, с помощью которого можно было что-либо подслушивать.       В её голове сразу же раздались разные голоса.       — Не то… И это не то… — она пролистывала голоса прямо в своей голове. — А это… Фу, мерзость какая. Обязательно заниматься этим в аукционном зале?       Кэс показала на лице крайнее негодование. В одной из комнат для вип-посетителей раздавались громкие женские стоны. Там стоял звуконепроницаемый барьер, но артефакт Кассандры был способен его обойти.       — Ого, кто это у нас тут… — внезапно её негодующее лицо сменилось ликованием. — Попался, ублюдок.       Её бывший любовник, пришедший на аукцион с женой, сейчас развлекался с чьей-то замужней дамой. Два сапога пара. Кассандра с презрением улыбнулась. Она собиралась приступить к плану по уничтожению этого ублюдка, но в зале появился новый лот, привлекший её внимание.       — Это уникальная вещь! Детская защитная одежда, способная приспособиться к телу своего владельца. Ткань обладает магическими свойствами и способна выдержать даже атаки магией высокого уровня. Начальная ставка — десять тысяч золотых!       Глаза Кэс заблестели. Она была способна и сама создать подобные вещи, но эти милые костюмчик и платье…       «Чëрт возьми! Да они будут прекрасно смотреться на близнецах!»       — Пятнадцать тысяч!