Если уходить, то только по-английски

Вот и время уходить, собирать чемоданы.

Вот и время не любить, быть плохим и пьяным.

Вот и время оставлять, собирать, плакать.

Время уходить, время падать, время падать.

Уходи по-английски, уходи беззвучно.

Знаю, хуже не будет, но не будет и лучше.

Григорий Лепс «Уходи по-английски»

В Облачных Глубинах только наступил Час Тигра. На небе висела серповидная луна, а небесные просторы были наполнены звёздами. Все члены клана Лань давно легли спать. Но один человек и не планировал заниматься подобным. Это был Старейшина Илин, который даже после замужества с Лань Чжанем отказался вступать в клан мужа. И сейчас он ни капли об этом не жалел. Если бы Вэй Усянь вступил в Гусу Лань проблем бы было гораздо больше, чем сейчас. Он тихо ходил по его с Хангуан-цзюнем цзинши, чтобы ненароком не разбудить супруга. Вэй Усянь не хотел, чтобы его застали за сбором собственных вещей. Объяснить, что либо желания и сил у него не осталось. Единственные вещи, которые он решил забрать с собой это флейта, меч и лента. Его красная лента. Время пришло. Вэй Усянь давно чувствовал, он умирает. Как и физически, так и душевно. Его тело разрывалось от темной энергии, а душа от скорого расставания с любимым мужем и, хоть и приемными, но горячо обожаемым сыном. Он с самого начала своей семейной жизни понимал, что долго его новое тело не продержится. А старое ему уже не вернуть. Он сильный заклинатель, но время ему не подчинить. Энергия обиды до сих пор терзала его, и он это прекрасно чувствовал. В голове крутилось лишь единое слово «простите», которое посвящалось всем людям (и не совсем), которые были ему дороги. Вэй Ин знал, что его невозможно излечить и ему нереально помочь. А если выбирать между повторной и на этот раз окончательной смертью в одиночестве. Или смертью, перед которой он будет увидит глаза любимого человека, который будут полны боли и отчаянья. Без сомнений Старейшина Илин выбирал первое. Он заведомо не может быть счастливым всю жизнь, но эти три года брака принесли ему счастья больше, чем его две короткие жизни в сумме. Вэй Усянь любит его до глубины души, но осознание того, что Лань Чжань будет смотреть не него умирающего заставляет писать прощальную записку и бороться с желанием сжечь этот клочок бумаги к чертям. Эта бумажка символизирует контракт, где черным по белому написано: "конец всему". К своему собственному огорчению, Вэй Усянь стоит и подписывает его.

«Прости и пока. Вэй Ин» Такие слова виднелись на несчастном контракте. Нефритовые чаши Аты и Плутоса воссоздали звон. Они нагло ликовали, наблюдая за этим предоставлением. Вэй Усянь подходит к двери. Это конец. Их конец, конец совместным пробуждениям и времяпровождению. На руке белая лента, от одного взгляда на неё больно. Больно от воспоминаний связанных с ней и ее владельцем. Вот он приезжает на обучение в Облачные Глубины, а здесь он уже Старейшина Илин и Лань Чжань зовёт его с собой. Первая встреча в новом теле, расследование, признание в любви, три поклона, счастливая семейная жизнь… Вэй Ин сам не замечает, как на глаза наворачиваются слёзы. Его здесь любят. Любят всей душой, а он ничего не может против судьбы. Сердце по новой начинает кровоточить. Старейшина понимает либо сейчас, либо никогда. Он вновь подходит к столу, где лежит кисть вместе с его запиской, и он дописывает ещё одну фразу. «Прости и пока. Я ушел и в этот раз навсегда. Вэй Ин» Его рука не поднимается написать слова о любви, иначе будет больнее обоим. Он вновь стоит у двери и вновь смотрит на белую ленту, которая обрамляла его руку. Если он сейчас ее снимет, то больше никогда не увидит такое любимое лицо. Лицо его сына и мужа останется лишь в недрах его памяти. Сука, он опять все всем портит. Одним движением он срывает её с кисти руки и кидает на пол. Боль глухо отбивает в сердце, с глаз катятся слезы. И он… Он уходит. Боится, что в следующий раз ему не хватит смелости, которая и сейчас уже на исходе. Вэй Ин понимает, у их истории конец. И этот конец несчастливый. Старейшина знал каким он будет с начала, но смотреть горькой правда в глаза не хотел. Дверь тихо захлопывается за спиной. А за ней запечатывается все счастье Вэй Ина. Его надежду на хорошее будущее, которая хранилась в глубинах сердца вновь растоптали, и на этот раз окончательно. Слезы катятся, а он уходит молча и должно не попрощавшись. Ведь однажды сидя на поляне, котороя была полна рут Лань Чжань его попросил: — «Если уйдешь, уйди по-английски.» На это Вэй Ин рассмеялся и сказал, что не будет запоминать такой ужас. Но на это горькое утро Лань Чжань со слезами на глазах и запиской в руке поймет, что просьбу Вэй Ин запомнил и даже с совершенством выполнил.

Уходи, даже если ты захочешь остаться.

Расставанье с тобою…

Уходи по-английски, уходи как будто.

Это наше последнее доброе утро.

Уходи, даже если ты захочешь остаться,

Расставанье с тобою…

Надоело бояться.

Григорий Лепс «Уходи по-английски»