Эпидемия ультранасилия

      Второй день работы в архиве. Не думал я, что всё будет настолько сложно в первый день. Сначала всё было даже интересно. Пелагея Евграфовна провела для меня целую экскурсию по архивным помещениям, показала где и что находиться, рассказала, где хранятся документы определённой направленности и какие вообще бумаги на самом деле тут присутствуют. Оказывается, документируются не только классификации агентов и технические характеристики вооружения, но и ежедневные отчёты по каждому нападению, а также описание поведения каждого, отдельно взятого, охранника для оценки его эффективности. На самом деле, я даже подумать не мог, что для всех вояк существует тайная система оценки полезности, суть которой в том, чтобы перераспределять более способных бойцов в группы с более сложными целями и задачами. Удивительно, сколько всего неизвестно простому обывателю, как я. А ведь думал ещё, что знаю практически всё…       О самом помещении можно сказать лишь то, что оно чертовски огромное. Та экскурсия заняла добрую половину рабочего дня. Под конец всего этого, я уже представлял, как буду в свободные часы читать все эти тексты. Однако, мечты, столкнувшись с кирпичной кладкой жестокой реальности, рассыпались в пыль. Сама работа отнимает тонну времени, а отдохнуть можно только на обеденном перерыве, причём не больше часа. И ладно, если бы работа была интересной, но основную её часть составляет перенос документов в электронный вид. Тут вполне логично заметить, что давно есть и используется такой прибор, как сканер. На этот счёт у меня закономерный ответ: сканер не сможет сам проверить то, что он напечатал. Для этого у нас есть два работника – я и моя более опытная наставница. Больше в архиве нет ни души, не считая уборщика. Хотя, когда я краем глаза замечаю его потухший безжизненный взгляд и ровные монотонные движения, закрадываются сомнения, теплиться ли душа в этом бренном теле, занимающемся привычным делом, а не отошла в мир иной.       Раз так, где же я провожу большую часть времени? В приёмной. Сижу и перепроверяю то, что проверила Петелькова. Кстати, очень интересно совпала её фамилии с моим особым желанием совершить кое-что, что даст мне возможность не увидеть её больше никогда.       Приёмная выглядит вполне прилично: желтоватая краска на стенах, линолеум с паркетным принтом на полу, побеленный потолок с простыми лампами. Напротив друг друга в этом маленьком помещении расположены два, таких же небольших, стола, за которыми мы и помогаем Порядку разбирать всю ту информацию, которую он насобирал. Оба столика завалены стопками макулатуры, которую необходимо аккуратно внести в общую базу данных. В углу комнаты стоит спасительный кулер с водой. Спасительный он потому, что только благодаря ему я могу хоть на минутку отвлечься от проверки этой информационной массы и подумать о чём-то кроме буковок, циферок и определений. В один момент, понимаешь, что шея начинает слабеть, держа голову в ровном положении, она медленно опускается, а внимание уходит в минус. Это означает, что пора чуть-чуть отвлечься. Встаёшь, подходишь к кулеру, слушаешь звуки журчащей водички, пьёшь. И вот, голова наконец чиста и снова готова к работе. Всё бы ничего, но “всю малину” от прекрасных ощущений освобождения системной памяти мозга портит наставница, которая очень в тему и всегда колко подмечает то, какой я всё-таки лентяй. “Ну ты и водохлёб, конечно. Даже самые ленивые мои подопечные не проводили столько времени за бездельем. Напейся ты ей уже на весь день и сядь наконец спокойно!” или “Вот дай тебе волю, так ты ж весь день тут стоять будешь, оболтус! Ну никак по-другому такого, как ты, не назвать”. Судя по этим речам, старушка и вправду какая-то вредная. Вот только ведёт она себя так только по отношению ко мне. Бывает гляну на неё, когда она сосредоточенно работает, вроде ничего странного в ней нет. На столике стоят милые фарфоровые фигурки, за спиной висит календарь со щенками. Сама она немного неуклюже тыкает по клавишам, слегка трясущимися, пальцами, а в монитор глядит, периодически поправляя очки, словно не видит чего-то. Ну божий одуванчик, ей богу! Но стоит ей обратить на меня внимание, как с ней случаются необычные метаморфозы. Щурящиеся глаза накрывают густыми тучами брови, взгляд делается суровым, а не ласковым, каким был секунду назад, правая рука крючковатыми пальцами цепко сжимает мышку. А говорит она уже совсем не то и совсем не так, как говорила со знакомой, которая заходила за копией какого-то документа полчаса назад. Голос грубеет, а интонация становиться издевающейся или даже унижающей. - Чего глазеешь, бездельник? Кто за тебя проверять будет, а? Давай, не отвлекайся там, дознаватель ты наш бэушный! – говорит она и вновь утыкается в монитор.       С тяжким вздохом и как в вязкую тину погружаюсь в эту безумно нудную работу вновь. И как только эта мутная жижа накрывает меня с головой, в дверь раздаётся стук. Ровно три удара, временной промежуток между каждым выверен будто идеально, громкость почти не отличается. Странные ощущения от такого. Я уже запомнил, кто и как стучит в наш кабинет, но этого человека ещё не было здесь при мне. Кто же это может быть?       Петелькова вскакивает с места, словно ошпаренная. Охая и ахая, она быстрой семенящей походкой, как потревоженная курица, подбегает к двери и сразу открывает, даже не спросив, кто там. За дверью оказывается среднего роста человек с массивным портфелем дипломатом в правой руке. Одет в строгий костюм: графитного цвета пиджак, каждая деталь которого находиться на своём месте, словно его выглаживали и выправляли до идеального состояния, пепельная рубашка, чёрный широкий галстук, тёмно-серые брюки с острыми стрелками и чёрные лакированные, начищенные до зеркального блеска, туфли. Кожа у него бледная. Я знаю, что от недостатка солнечного света такое случается, но мы не так давно в бункере, чтобы белизна была так сильно видна. Лицо у человека вытянутое, из-за чего особо выделяются носогубные складки, нос длинный и прямой, губы либо настолько тонкие, либо сжаты, смоляные нахмуренные брови выглядят так, что сложно представить этот грозный взгляд серых глаз в расслабленном состоянии, угольного цвета волосы зачёсаны ровно на бок, ни один волосок не выглядывает. - Здравствуйте. Разрешите пройти в архив, - быстро, но монотонно, не делая акцент ни на одном слове и не добавляя никакой интонации, говорит человек. - Конечно-конечно, не задерживаю, проходите, пожалуйста, - беспокойно отвечает маленькая старушка, которая, кажется, согнулась ещё сильнее, чем было раньше. - Благодарю, - его взгляд устремляется прямо на дверь, ведущую в архив. Он проходит туда ровным чётким, словно выверенным по линейке, шагом.       Помещение, как я и говорил, очень и очень большое. По сути, представляет из себя тот же набор коридоров, что и остальной бункер, но с одной небольшой деталью. Если убрать великое множество картотек, станет ясно, что архив на самом деле квадратный. Таким образом, стены этого лабиринта, далеко не стены. Если говорить о том, как выглядит это помещение, то: пол – гладкий бетон, крашеный в стиле шахматной доски, потолок - белый с жёлтыми лампочками, стены, или, если точнее, стеллажи с картотекой – огромные металлические массивы с большим количеством ящиков, в которых хранятся все бумаги, которые можно представить. Архив, как и большая часть бункера, делится на сегменты - отделы. Отдел основного профиля, отдел персональных данных, отдел научно-исследовательского отсека и так далее. На каждый предмет или живое существо есть свой документ, хранящийся здесь. Жаль только, что у меня пока нет доступа к самой интересной информации. Она скрыта для всех, чей внутриорганизационный ранг ниже третьего. А ранг этот есть только у самых высших чинов, приближённых главы Порядка. Даже у ответственного точек контроля только второй ранг, а ведь этот человек – начальник всей нашей системы блокпостов. Для таких важных бумаг в архиве есть специальное помещение, про такие говорят – за семью печатями. Если серьёзно, то на нём и вправду довольно много самых разных систем защиты. Начиная от простого пароля, заканчивая сканером биометрических данных пользователя. Вот уж, там-то и должны быть ответы на все мои вопросы относительно нынешней ситуации.       Человек, который, очевидно, является каким-то агентом спецслужб как раз идёт к тому помещению. Моя наставница уже заняла своё место и продолжила работу. - Послушай, тебе лучше на него не отвлекаться. Если подумает, что ты следишь за ним, может тебе таких неприятностей подкинуть, что потом за всю жизнь не разгребёшь, понял? – хоть и строгим голосом, но с какой-то заботливой интонацией, сказала мне Евграфовна. - Понял. Не обращать внимания, - ответил я и уставился в монитор, сосредоточившись на перепроверке.       Человек в это время уже закончил свои дела и с заметно опустевшим портфелем покинул нас. Вновь скука, словно густое облако или даже туман, заполнила собой весь архив. Заканчивая проверять очередной отчёт о нападениях на точки контроля, я осознаю, что в этом документе имелось ввиду. Кажется, я совсем заработался, раз обращал внимание только на ошибки, допущенные сканером. Отчёт датирован вчерашним числом, то есть тринадцатым. Рассказывается об особой спланированной атаке на одну из точек контроля. На этот раз вчитываюсь в текст, чтобы уж точно не проглядеть суть содержания.

***

Адрес: Точка контроля №3, принадлежащая к 5-ому блоку 4-ой линии обороны Комплектация блокпоста: Полная (30 – часовые; 2 – наводчики турельных установок “Пуля”; 3 – младшие смотрящие точки контроля; 1 – смотрящий точки контроля) Хронология: 0:00-9:00 – активности агентов не обнаружено 9:00-9:10 – смена караула 9:10-12:43 – активности агентов не обнаружено 12:43 – обнаружение группы (16 особей) агентов малых размеров 12:43-13:01 – обезвреживание группы агентов 13:01 – 13:11 - активности агентов не обнаружено 13:11 – прибытие группы транспортировки вакцинированных агентов 13:11-14:24 - активности агентов не обнаружено 14:24 – обнаружена большая группа агентов различного состава [1] 14:24-15:38 – попытка отражение нападения [2] 15:38 – потеря всего личного состава точки контроля и частичное уничтожение оборонительных сооружений 15:38-0:00 – отсутствие информации о точке контроля, по причине прекращения наблюдения за последней, в связи с её уничтожением Сноски: 1) Состав группы агентов: 53 – малых агента (длина тела без хвоста меньше 0,5 м. См. “Дело по классическому агенту”); 40 – средних агентов (длина тела без хвоста от 0,5 м до 0,7 м. См. “Дело по классическому агенту”); 25 – больших агентов (длина тела без хвоста больше 0,7 м. См. “Дело по классическому агенту”); 18 – колёсных агентов (См. “Дело по колёсному агенту”) 10 – чугунных агентов (См. “Дело по чугунному агенту”) 1 – командующий агент (См. “Дело по командующему агенту”) 1 – Исполин (См. “Дело по Исполину”) 2) Описание нападения и попытки его отражения: Перед появлением армии агентов, по северной дороге в сторону блокпоста двигался Исполин. Дроны, обнаружив цель, немедленно отправили сигнал Церберу. Через минуту он прибыл на место и погнался за Исполином, который убегал от точки контроля. Когда оба скрылись за зданиями, начала постепенно появляться армия агентов. Первыми выступили классические агенты (примерно половина от всех классических, участвовавших в этом нападении). Пока эта группа двигалась к точке контроля по северной дороге, две другие, состоящие из нескольких чугунных, колёсных и классических агентов, напали с западного и восточного направлений соответственно. Таким образом, изначально сконцентрировав огонь на одной из сторон, часовые потеряли достаточно времени при перегруппировке, чтобы группы, наступающие с боков, смогли быстро приблизиться к блокпосту. Малые агенты, закрывая морду лапами, освобождали путь для колёсных агентов от подушек “Сон” (все малые агенты, участвовавшие в обезвреживании, были подвержены влиянию подушек). Несмотря на то, что нескольких колёсных смогли дистанционно вакцинировать, остальная их часть смогла попасть на саму точку контроля. В борьбе с ними часовыми были применены пистолеты с транквилизатором. Времени, затраченного на схватку с колёсными, хватило, чтобы классические и чугунные агенты смогли ещё сильнее приблизиться к точке. К тому моменту, атака с севера уже была отбита и часовые переместились на боковые стороны, чтобы усилить плотность огня, что не помогло чугунным агентам уничтожить оборонительные укрепления и открыть проход внутрь точки для классических, которые и нейтрализовали весь личный состав точки контроля. Наводчики пытались отстреливаться из пистолетов с транквилизаторами, но агенты, забравшись по лестнице, расправились и с ними. (Турельные установки “Пуля” применены не были, по причине своей малой эффективности против агентов, чьи размеры меньше, чем у Плывущих). Когда нападающие удостоверились, что больше охранников не осталось, в зоне видимости записывающих дронов появился командующий агент. По его команде, оставшаяся часть армии последовала в сторону точки контроля № 2, принадлежащей тому же блоку, той же линии обороны. Их нападение не возымело успеха, несмотря на то, что ни один чугунный агент не пострадал при атаке на точку контроля №3. Один из часовых (сотрудник первого ранга Белов Иван Захарович), использовав сегмент защитной стены блокпоста, смог оглушить каждого из чугунных агентов. Остальная часть нападающих ретировалась сразу после того, как был оглушён последний чугунный агент. Выводы: 1) Необходимо изучить чугунных и колёсных агентов для выявления других их слабостей. 2) Необходимо разработать план по обезвреживанию командующего агента

***

      Не может быть… Снова? Ещё одна точка контроля уничтожена? Я не могу в это поверить. А ведь в самом нападении даже не участвовал Исполин! Они использовали его просто, как отвлекающий манёвр, чтобы отвести Цербера подальше. Но, кто эти чугунные, колёсные и командующий? Не слышал о них. Надеюсь, время о них прочитать найдётся поскорее.       Мои надежды оправдались. Следующий же документ, который мне нужно было проверить, назывался “Дело по колёсному агенту”. Идущие в очереди далее должны были рассказать о других агентах, о которых я не знал. - Очень даже неплохо. Может быть, не так уж и скучна эта работа, - я потёр руки и принялся читать.

***

Название: Колёсный агент Кол-во нападений: 1 Кол-во обнаруженных особей: 9 Статус: Не создан эффективный способ обезвреживания на расстоянии Описание: Внешний вид: Идентичен классическому среднему агенту. Длина тела — 0,5-0,7 м, длина хвоста — 0,2-0,3 м, высота — 0,45 м, масса – 2,5-6,5 кг. Особенности: 1) Способ передвижения. Агент сворачивается “калачиком” и катиться на довольно большой скорости, превышающей скорость бега классического среднего агента в 2 раза. 2) Из-за вращения во время передвижения, шприцы, выпущенные в него, имеют намного больший шанс отлететь по касательной. 3) Укреплённый позвоночник, позволяющий агенту безболезненно передвигаться даже по твёрдой поверхности. Обнаруженные слабости: 1) Те же, что и у классических средних агентов 2) Намного более восприимчив к подушкам “Сон”. При попадании в их зону действия, моментально засыпает. Потенциальные способы противодействия: 1) Проект [Данные засекречены. Уровень допуска: ранг III] Документ датирован: 11.08.2042

***

      Что ж, довольно интересно. Есть и плюсы, и минусы, но вот то, как ловко и правильно использовал их командующий агент в нападении на третью точку контроля… Честно говоря, не думал, что они способны на подобное. Ладно, давай приступим к следующему.

***

Название: Чугунный агент Кол-во нападений: 1 Кол-во обнаруженных особей: 10 Статус: Не создан эффективный способ обезвреживания Описание: Внешний вид: Агент среднего размера с непропорционально большим телом и маленькими лапами. Покрыт слоем из неизвестного эластичного вещества, проявляющего большинство физических свойств металлов и похожего на чугун, из-за чего было решено назвать вещество резиновым металлом. Морда выполнена из того же вещества (все части морды двигаются свободно, не исключая глаза, в которых не проделано отверстий, чтобы агент видел. Однако, видеть это агенту не мешает). Двигается свободно, но медленно и неуклюже. Вскрытие слоя из этого вещества показало, что внутри находиться малый агент, полностью обросший неизвестным видом грибов, напоминающим плесень. Гриб обвивает агента целиком и связывает его с “костюмом”. Вероятно, именно так передаётся нервный импульс от мозга носителя к этой броне. Изучение гриба не представляется возможным на данный момент, из-за его непереносимости кислорода, от контакта с которым гриб моментально разлагается. Особенности: 1) Слой из резинового металла полностью защищает носителя от попадания шприцов и от завлекающей смеси газов подушек “Сон”. 2) На лапах имеются острые когти из резинового металла, которые с лёгкостью способны прорезать защитные стены точек контроля. Обнаруженные слабости: 1) Удар тяжёлым предметом в любую часть тела, оглушает агента. Потенциальные способы противодействия: 1) Проект “Душ” 2) Проект [Данные засекречены. Уровень допуска: ранг III] Документ датирован: 13.08.2042

***

      Грибы? С каждым днём мне всё больше кажется, что агенты используют какие-то биологические технологии. Может так оно и есть? Я вот ещё не видел ни одной боевой машины агентов. Очень хотелось бы узнать побольше обо всём этом. Пожалуй, продолжу.

***

Название: Командующий агент Кол-во нападений: 1 Кол-во обнаруженных особей: 1 Статус: Не обезврежен Описание: Внешний вид: Выглядит в точности, как классический средний агент, но с одним отличием – морда командующего агента разукрашена в разноцветные узоры (синие треугольники снизу и сверху обоих глаз; красная обводка рта, похожая на очень широкую улыбку; красный нос). Особенности: 1) Отличная от остальных агентов при нападении, роль. Является тем, кто командует группами разнотипных агентов. 2) Защита со стороны ближайших агентов (попытка попасть в агента из ВсВ (Винтовка с Вакциной) окончилась тем, что, стоящий рядом, агент закрыл своим телом командующего от летевшего в него шприца). Обнаруженные слабости: 1) Предполагается, что те же, что и у классических средних агентов. Потенциальные способы противодействия: 1) Проект [Данные засекречены. Уровень допуска: ранг III] 2) Проект [Данные засекречены. Уровень допуска: ранг III] Документ датирован: 13.08.2042

***

      У них появился тактик? Хотя, вероятно, он был всегда, но сам факт! Кажется, всё это противостояние приобретает слишком крутой оборот. Что Порядок предпримет, чтобы остановить агентов? Вероятно, те самые засекреченные проекты, которые сейчас, видимо, находятся в разработке. Поскорее бы их закончили, а то может статься, что к моменту их выпуска и гибридов никаких не останется. - Чего задумался? Опять отлыниваешь? – Петелькова выглянула из-за своего монитора и строгим взглядом посмотрела на меня. – Пока ты вчерашние документы мусолил, я уже пару недействительных проверила. Кстати, нужно будет отнести их к остальным устаревшим после обеда. - А когда обед?       Она оборачивается назад и смотрит на настенные часы. - Без пяти час. Можно и сейчас поесть. Всё равно за эти пять минут ты ничего не сделаешь.       Моя наставница вытащила из своей большой старомодной кожаной сумки целлофановый пакет со стеклянной литровой банкой, внутри которой была квашеная капуста. Я тем временем достал свой контейнер с тройкой бутербродов. - Пелагея Евграфовна, у вас диета какая чтоли? – жуя вчерашние бутерброды, спрашиваю я, обратив внимание на то, как старушка звонко хрумкает капустку. - Не совсем, Артурчик, пост у меня, - ответила она и продолжила трапезу. - Вы, получается, верующая? По вам и не скажешь.       Даже подумать не мог, что такая вредная женщина может быть прихожанкой. - Хех. Нет, конечно. Просто система постов – это на самом деле очень хорошая диета для поддержания организма в здоровом состоянии, - несколько восхищённо объяснила она. – А вот вы, молодёжь, когда свои бутеры едите, даже ведь не задумываетесь, как лет через десять будете жаловаться, что болит всё. Вот тогда и вспомните про капустку, да про творог натуральный! - А вы-то, молодой не были что ли? Должны же знать, как мы за временем следим, что поесть иногда забываем. - Была, разумеется. Как же не быть? Но вот такой нерациональной, как вы, никогда. Мне отец частенько говаривал: “Пунктуальный человек, всегда найдёт время, чтобы поесть что-нибудь полезное”. Да и рассказывали мне про это родители, чтобы потом здоровье не гробила. А вот вы, походу, старших не слушали! – она погрозила пальцем. - Ну можете хотя бы меня-то не учить. Я же взрослый человек, в конце концов, - с заметным раздражением в голосе сказал я. - Хе, взрослый, говорит. Каким был шалопаем опосля ВУЗа, таким и остался. Думаешь, я не знаю таких, как ты, которые кичатся своим образованием и, - она задорно хихикнула. – возрастом? Опыта у тебя нет, сотрудничек. Скажи мне ещё, что ты уже достаточно взрослый, чтобы говорить: “Вырастешь - поймёшь”, - старушка вовсе залилась дребезжащим смехом. Я лишь смущённо продолжил жевать бутерброды.       Решив, что на сегодня разговоров с ней мне достаточно, я спокойно доел свой обед и приступил к работе. - Ей, взрослый, ничего не забыл? – Петелькова потрясла парой документов, которые нужно было отнести в отдел к устаревшим. - Тот, что по Исполину положишь в сороковую картотеку, в третий снизу ящик. Там по алфавиту подберёшь. - Да-да, сейчас. Только… Может лучше в сорок вторую? - Что? Зачем? – она удивлённо посмотрела на меня. – Так, не отвлекай-ка. Иди уже! - Хорошо, - честно говоря, я сам не понял, почему вдруг решил это сказать.       С тяжёлым вздохом я поднимаюсь с кресла, беру бумаги и захожу в помещения архива. Очередная прогулка по коридорам склепа законсервированных знаний. Немного даже успокаивает. Дохожу до двери, табличка над которой гласит: “Отдел устаревших документов”. Внутри меня встречает точно такая же картина, что и в архиве. Длинные коридоры, клетчатые полы, белые потолки и яркие лампочки. Нахожу сороковую картотеку и тянусь к ручке третьего снизу ящика. Почему-то, он не открывается, как бы я не старался. Решаю взглянуть на ящик повнимательнее и обнаруживаю на нём замочную скважину. Странно то, что на других такого нет. Только на этом. Краем глаза замечаю, что третий снизу ящик в сорок второй картотеке открылся сам. Расшатался что ли? Хотя от чего? Странно, но дело не моё. - Пелагея Евграфовна, тут ключ нужен! – кричу в сторону приёмной. - Не придуривайся, не нужен там никакой ключ! – громко ворчит она мне в ответ.       Вновь смотрю на ящик. И правда, никакой замочной скважины. Теперь тут кодовый замок с четырьмя чёрным колёсиками для подбора цифрового кода. - Пелагея Евграфовна, а какой пароль? – снова кричу в сторону приёмной. - Так что ты, пентюх неразумный, без бабушки разобраться не можешь?! Ящик же просто руками открывается! Возьми ручкой своей ненатруженной, да и потяни на себя. Всё учить надо…       И правда, не было никакого замка. Померещилось? Может быть.       Открываю ящик и пытаюсь найти подходящее для документа место по алфавиту. Все бумаги перепутаны. Что за издевательство? Решаю достать оттуда всё и самостоятельно распределить по порядку. Как только наступает очередь положить туда дело по Исполину, случается очередная странность. Документ не пролезает в ящик, как бы я его не повернул. Не хватает всего сантиметра, чтобы он влез. Вдруг, во всём теле появляется ощущение очень сильной усталости. Встаю, чтобы немного размяться. В глазах темнеет, протираю их. Убрав ладони, вижу, что всё помещение разрушено. С потолка, усеянного трещинами и провалами, чёрными противными червями свисает проводка. В полу, который теперь покрыт обломками, пылью и документами, попадаются проломы, ведущие куда-то вниз. Большинство стеллажей помято либо раскурочено. Метрах в двух от меня находится большая куча земли, на которую из потолочной дыры падает жёлтый, похожий на солнечный, свет, в столбе которого кружится пыль. На верхушке кучи растёт мелкая зелёная трава. Давно её не видел…       Развалившись на земле, боком ко мне лежит человек и читает какой-то документ. Он одет в чёрное пальто, немного замазанное грязью, тёмно-серую фетровую шляпу, слегка испачканные в земле, чёрные брюки и мужские туфли. На руках у него кожаные перчатки того же чёрного цвета. Приглядевшись, я замечаю, что в руках он держит ни что иное, а тот же документ, что и у меня. Третий снизу ящик сорок второй картотеки, что за его спиной, распахнут так, словно все бумаги из него выдавило некой силой. Видимо, так она попала к нему. Всё же не думаю, что этот человек стал бы копаться в старых записях. Только сейчас замечаю, что как раз от человека его отличает одна деталь – серая кожа.       Слабость в ногах постепенно усиливается и в один момент я уже не могу ровно на них стоять, от чего падаю на пол. Веки закрываются автоматически, а, когда я вновь открываю их, всё приходит в норму. Архив в порядке, ничего не разрушено, всё, как и должно быть. Однако, слабость не проходит, начинает болеть голова. Я обращаю взгляд на сорок вторую картотеку, на выдвинутый ящик. Кажется, я понял, что нужно сделать. С огромным усилием ползу в его сторону. С каждым движением, руки всё больше сопротивляются, ноги уже совсем не слушаются и просто тащатся сзади. Взгляд затуманивается, не видно ничего дальше кончика носа, но мне этого хватает, чтобы зацепиться за ящик, и из последних сил притянуть своё тело к нему и положить документ. Дело сделано. Гул в голове перерастает в громкое гудение. Чувствую ощущение, сравнимое с погружением в сон. Вероятно, я теряю сознание.       Просыпаюсь в белом помещении, похожем на больничную палату. Сил не хватает даже на то, чтобы поднять голову, не говоря уже о том, чтобы осмотреться. Около меня стоит два человека. Первая - молодая женщина в белом халате, синей шапочке и с медицинской маской на лице. Вторая – Пелагея Евграфовна. Её бледное лицо выглядит крайне обеспокоенным. - Милок, ты как? Что случилось-то? – полушёпотом спрашивает она. - Я… - меня перебивают. - Нет-нет, лучше пусть пока молчит. Он вам всего наболтать может. Знали бы вы, что у него сейчас в голове твориться, - медсестра говорила и вела себя преспокойно. - Хорошо, как скажешь, девонька, - даже не посмотрев в сторону медработника, ответила Петелькова. – А ты, Артурчик, давай поправляйся поскорее! – сокрушённо покачав головой, приободрила она меня.       Мои глаза вновь закрылись. В голове и правда была настоящая каша. Мысленные образы, смешанные с обрывками воспоминаний, словно комары, одурманенные спреем от насекомых, бились о стенки сознания и сталкивались друг с другом, после чего расплывались и вновь взлетали. Моё желание просто отрубиться, чтобы успокоить весь этот рой, с каждой секундой возрастало в геометрической прогрессии. Наконец, наступил долгожданный сон, более похожий на забытье.       Снова просыпаюсь. Свет везде выключен. Поначалу ничего не видно, но со временем глаза привыкают к темноте, и начинают проявляются образы предметов вокруг меня. Не поднимая головы, поворачиваю её направо. Там, рядом с койкой, где я лежу, стоит маленькая тумбочка, на которой лежит листок и карандаш. Еле заметно, что листок чем-то изрисован, поэтому, преодолевая слабость и подгоняемый любопытством, я беру его в руки. Сначала кажется, что это просто исчёрканная бумага, но, чем больше я всматриваюсь, тем больше узнаю, на удивление, свой подчерк. Он очень сильно искажён, будто писал я в спешке либо в стрессе, но понять всё равно можно. Весь лист исписан одним числом, которое постоянно повторяется. Отодвинув бумагу подальше от лица, я замечаю, что все эти числа написаны не в случайных местах. Вместо они образуют это же число.       Сорок два… Что это значит? Почему, когда я задумываюсь об этом, мне кажется, что я что-то забыл. Что-то очень важное. Что-то связанное с архивом и с документом об Исполине… Я уже ничего не понимаю.       Положив листок на место, я перевожу свой взгляд на потолок. В своей голове я пытаюсь докопаться до того, что я всё-таки забыл, но ничего не выходит. Чем сильнее я стараюсь, тем сильнее мне хочется спать, тем меньше у меня сил продолжать. Хватит, я достаточно боролся. Пора, наконец, сдаться.       С такими мыслями я вновь впадаю в забытье.