the cruelest summer

Рики ненавидит это. Его ужасная жизнь казалось не могла стать еще хуже. Но нет, его отец нашел способ испортить ему жизнь. После того как Рики попал в скандал с полицией все стали осуждать его отца, мол, как такой порядочный и уважаемый человек мог вырастить такое отродье. — Едешь и все, это не обсуждается Рики! — Отец кричал и размахивал руками в разные стороны. — Я закрывал глаза на все, что ты делал раньше, но это – перебор уже! То, что ты наделал нанесло непоправимый вред моей репутации. — Не поеду я никуда, слишком много планов на это лето я построил. — Рики показушно рассматривал кольца на безымянном и среднем пальцах. — Молоко на губах не обсохло чтобы хамить мне. Я сказал, ты поедешь в этот гребаный лагерь, будешь этим гребаным вожатым, либо проводишь лето без единой копейки в кармане. — Он улыбнулся и ушел. Первая попавшаяся под руку ваза полетела на пол и разбилась вдребезги. *** Рики никогда не мог и подумать, что будет стоять с чемоданами около долбаного детского лагеря. Он приехал сюда на все лето. Так отчаянно он себя никогда не чувствовал. Успокаивало его только то, что этот лагерь танцевальный. А танцевать он любил больше жизни. Но он знал что в любом случае слухи поползут, что еще усугубит репутацию его отца и он сам заберет его отсюда. "Младший Нишимура записался в вожатые; Нишимура – банкрот?" – Рики уже предвкушал вкус свободы. Осталось потерпеть неделю-две, пока слухи не пойдут. А пока Рики будет искать в этом всем плюсы. Один уже есть – лес и горная местность. Еще один – красивые на вид дома, похожие на дорогой курорт. Бонусом – пруд в самом центре территории. Нишимура ходил с чемоданом вокруг этого пруда, не переставая фотографировать его и виды вокруг. Каждая мелочь здесь казалось невероятно красивой. Было очень тихо, словно он один в этом мире. Детей не было, его привезли за несколько дней до начала первой смены чтобы успеть подготовиться. Ему начало здесь даже нравится. Рики чувствовал себя свободнее чем когда либо. — Красиво тут, да? — Незнакомый, но мягкий и красивый голос напугал Рики. Он не повернулся, просто сказал "Да" и продолжил фотографировать, пока солнце не село. Но он хотел бы верить, что и после захода солнца тут будет невероятно красиво. — У меня есть полароид, можно я тебя сфотографирую? — Тут Рики обернулся и увидел перед собой красивого и миловидного парня, будто с ангельской внешностью. Он застыл на пару секунд, потеряв дар речи, но выговорил тихое "Конечно". Парень, стоящий напротив достал черно-белый фотоаппарат и приблизил его к глазу. — Я наблюдал за тобой и увидел твою улыбку, улыбнись она тебе идет. — Рики улыбнулся и парень щелкнул. — Ким Сону. — Он опустил камеру и подождал пока фотография напечатается. — Я Нишимура Рики. — Он взял из руки Сону полароид и улыбнулся. — Спасибо большое. — Скоро будет собрание для вожатых, идем? Точно, Рики совсем забыл про расписание которое ему прислали. Он кивнули заметил чемодан рядом с Сону, видимо он тоже только приехал. Парни шли в молчании, прислушиваясь к пению птиц, шелесту деревьев, шуму воды. Сону переодически останавливался сфотографировать что-то, Рики отметил себе что этим они похожи. Вокруг были минималистичные черные дома, построеные в виде треугольника, один большой черный корпус, как Рики понял там столовая и сцена. Сону, который шел впереди остановился перед таким же треугольным домом, но он был в два раза больше чем остальные. Два треугольника соединялись коридором, панорамные окна открывали вид на суету внитри здания. — Штаб вожатых? — Спросил Рики, на что Ким лишь кивнул. Внутри кипела жизнь. Разные люди бегали перед глазами, некоторые останавливались и здоровались. — Ты тут не впервые? — Спрашивает Рики, внимательно изучая помещение. — Нет, уже как третий год стабильно езжу сюда. Главная вожатая – Хван Йеджи, тебе стоит зпомнить, написала мне что я могу выбрать любую свободную комнату. Пока еще не все приехали поэтому у нас есть выбор. — Это приглашение? — Думай как хочешь, Нишимура. Эта дерзость заставила Рики усмехнуться, но выбора как такового не было, поэтому он поплелся за Сону. Он не любил заводить новые знакомства, делал это по инициативе его лучшего друга — Сонхуна, да и был сложен в общении. — А как же собрание вожатых? — Спросил Рики. — Оно только через десять минут, у нас куча времени. — Нишимура лишь пожал плечами на ответ Кима. Они поднялись на второй этаж и зашли в первую попавшуюся комнату. Яркий фиолетовый свет заката приятно освещал комнату. Панорамные окна открывали вид на лес. Две двухспальные кровати стояли у стены справа от входа, слева была ванная. На балконе стоял кофейный стол и два мягких кресла. Тут слишком хорошо, Рики не понимает почему отец отправил его сюда. — Ким, мать твою, Сону, ты решил и его сделать плохишем? — В комнату влетела рыжая, очень злая, но очень красивая девушка. — И тебе привет, Йеджи, так давно не виделись. — Сону показушно обнял девушку, за что та стукнула ему своим ежедневником по затылку. — Рики! Первый день, уже опаздываешь. — Она обратилась к черноволосому. Нишимура уже хотел начать говорить, но Йеджи лишь вскинула указательный палец в воздух, бросила злое: "Жду внизу прямо сейчас" и вылетела из комнаты. Вожатые собрались на большой и светлой кухне, каждый был с каким-то блакнотом или планшетом. Все были сосредоточены. Йеджи как главная вожатая что-то говорила, объясняла, но Рики толком не вслушивался. Лишь записывал важные, пролетающие мимо его ушей вещи в заметки. — Рики. — Хван обратилась парню, выводя его из транса. — Твой отряд – третий, дома десять и одиннадцать, всего двадцать детей. Ты будешь работать вместе с Сону. Эту и следущую смену точно, а потом посмотрим, у нас поменяется коллектив.  — Нишимура лишь кивнул. Слишком много этого Ким Сону за сегодня. — А еще, Рики. — Йеджи снова обратила внимание Нишимуры на себя. — В первый день у нас будет танцевальный батл, как между вожатыми, так и между детьми, я надеюсь ты умеешь танцевать. — Девушка мило подмигнула и отпустила всех вожатых по своим делам. Нишимура лишь ухмыльнулся: она не знает как он умеет. Дни подготовки к первой смене были сложные, особенно для Рики. Рядом был его со-вожатый Сону и Йеджи, они больше всего помогали освоиться. Он узнал еще некоторых вожатых: Черён – со-вожатая с Йеджи, милая девушка с черными волосами. Им с Йеджи не сладко придется, все-таки у них первый отряд, самые старшие ребята в лагере. Рики успел найти себе друга, Джейка, вожатого четвертого отряда. Приятный парень родом из Австралии сразу привлек внимания Нишимуры: добрый, но не каждому это показывает, легок в общении. Его со-вожатый Чонвон тоже неплохой парень, с ним они тоже нашли общий язык. Рики даже стало тут нравится. Нишимура изучил территорию получше, но пруд в самом сердце лагеря зацепил его с самого первого дня. Рики часто сидел на маленьком пирсе у этого озера, слушал музыку или читал в свободное время. Часто звонил его лучший друг Джей. Пак беспокоился, что Рики будет сложно в таком месте, да еще и без денег, но Нишимура успокаивал Пака и рассказывал о том, как мама учила его не полагаться на деньги семьи, учила его готовить. "Мы с мамой часто ездили в такие места, мне тут по душе, не беспокойся за меня, Джей. Я нашел общий язык с парой ребят, от этой мысли мне намного легче." — Говорил Рики Джею. Только его настораживало то, что они с Сону почти не пересекались. Да, они ложились спать и просыпались вместе, иногда вместе ели, но толком даже не разговаривали. Сначала Ким сфотографировал его, сказав что у него красивая улыбка, теперь избегает, что очень странно... Но пока об этом некогда думать, завтра заезжают дети, начинается первая смена и трехнедельный хаос. "Все что происходит – только к лучшему." — И Рики хотелось надеяться на это.