Я вижу твои внутренности

Мариш - Стоят мальчишки Глава 2. Так небрежно и так маняще

Как только мы заходим в раздевалку, Аомине хватает Хайзаки за грудки и грубо прижимает к стене – лицо Шого кривится от боли. - Аомине-чи! Всё происходит так быстро, что никто из нас не успевает отреагировать. Лишь Кисе, оказавшийся ближе всех к парням, умудряется вовремя перехватить занесённую для удара руку Дайки. Напор тяжёлого форварда настолько силён, что Рёте приходится постараться, чтобы удержать парня. Удивление на лице Хайзаки испаряется, уступая место ехидной улыбке. Его взгляд так и кричит: давай, ударь, смелее! Или слабо? - Полегче, Дайки, ты не в моём вкусе, - провоцирует Шого. Это ещё сильнее выводит парня из себя. Воздух в раздевалке накаляется, стоит лишь зажечь спичку, как всё вокруг вспыхнет и разорвётся на кусочки. - Аомине-кун, перестань! - прошу я. Мой голос приводит Дайки в чувство – он моргает и сбрасывает с себя руки Кисе. - Когда-нибудь ты доиграешься, - презрительно бросает Аомине, прежде чем отпустить Шого и отстраниться от него. - Боюсь-боюсь, - улыбается Хайзаки, но Кисе грубо толкает его в плечо. - Замолчи, - хмурится Рёта. Шого открывает рот, собираясь ответить, но не успевает. - Что здесь происходит? – холодный голос Акаши моментально остужает накалившуюся обстановку. Сейджуро заходит в раздевалку последним, недовольно осматривая присутствующих. Мы молчим. Я прячусь за спину Мурасакибары, чтобы избежать гнева капитана, но очень сомневаюсь, что это меня спасёт. Аомине отходит к своему шкафчику, намереваясь забрать вещи и отправиться в душ, Шого следует его примеру. Мидорима, оказавшийся ближе всех к Акаши, попадает в ловушку его пронзительных глаз. - Недопонимание, - вкрадчиво говорит Шинтаро. – Уже разобрались. Капитан медленно осматривает всех пронзительным взглядом, останавливается на спине Дайки, затем цепляется за Шого. - Я надеюсь, - коротко говорит Сейджуро. Акаши злится, явно не в восторге от нашей игры. С другой стороны, он сам разрешил развлекаться, как мы пожелаем, лишь бы закончили с ровным счётом. В принципе, все условия были выполнены, однако осадок после матча гложет меня как надоедливый паразит. - Наслаждайтесь фестивалем, - говорит Акаши таким голосом, словно собирается добавить «пока можете». Капитан уходит, и в раздевалке повисает затяжное напряжённое молчание. Мы ничего не говорим, когда дружно отправляемся в душ, дабы смыть с себя следы грязной неприятной игры. Даже Хайзаки, словно издеваясь, невозмутимо присоединяется к нам, не скрывая довольной улыбки. Аомине старательно игнорирует товарища по команде, и лишь когда Шого оставляет нас в покое и отправляется по своим делам, напряжение испаряется. - Пошлите, перекусим, - предлагает Кисе, подсушивая полотенцем волосы. – Я жутко проголодался. - Впервые слышу от тебя здравую мысль, - невозмутимо отвечает Ацуши, всегда готовый поддержать идею подкрепиться чем-нибудь вкусным. Мы заканчиваем переодеваться в школьную форму и покидаем раздевалку. На улице тепло, но осень чувствуется в каждом глубоком вздохе. Мы в школьных пиджаках, кроме Дайки – поверх рубашки он накинул тёплый свитер. - Я слышал, что на втором этаже устроили Косплей-кафе, - не унимается Рёта. – А ещё я хочу сходить в комнату страха. А ближе к вечеру будет концерт на улице и костёр. Куроко-чи, ты же останешься до конца? - Кисе-кун, откуда у тебя столько сил? – вздыхаю я. - Действительно, - поддерживает меня Шинтаро. – Я лично собираюсь поесть, а потом пойти домой. Игра меня вымотала. Больше морально, конечно. Рёта фыркает, и тень ложится на его безмятежное лицо. Мы недолго молчим, вспоминая всё, что происходило на площадке. Игра должна была пройти иначе, мы должны были просто поразвлечься, подурачиться, получить удовольствие, а в итоге ничего кроме негатива выжать не смогли. - Может, нам поговорить с Хайзаки-куном? – вдруг говорю я. Все смотрят на меня как на дурака. - А что? – не понимаю. – Он же тоже любит баскетбол. Неужели он не сможет хотя бы немного с нами подружиться. Мы же команда. - Ты слишком наивный, Тецу, - Аомине заговаривает впервые с момента стычки с Шого. – Этому придурку доставляет удовольствие издеваться над людьми. Особенно над слабыми. Дайки прячет руки в карманах брюк – капельки воды падают с его мокрых волос и скатываются по подбородку, и я невольно заглядываюсь. На мгновение думаю о том, что Аомине не высушил волосы, чтобы остудить мысли. - Да, Хайзаки просто невыносим, - Кисе поджимает губы. – Не думаю, что мы сможем с ним сдружиться. Опустив голову, я смотрю себе под ноги, не в силах выбросить из головы взгляд Шого, обращённый ко мне. Что-то гложет мои внутренности, и я чувствую себя костью в зубах у собаки. - Не переживай, - Дайки треплет меня по волосам, и я невольно поднимаю голову. – Если этот ублюдок продолжит тебя доставать, я набью ему рожу. - Нет, Аомине-кун, - недовольно смотрю на него. – Насилие – это не выход. Дайки отворачивается, совершенно со мной не согласный, но предпочитает промолчать. Тем не менее атмосфера окончательно разряжается – мы наконец-то находим большой класс, в котором организовали кафе, и останавливаемся в дверях, осматривая столики. Помещение украшено в стиле кошко-девочек, все официантки одеты в форму служанок, на головах у них кошачьи ушки. Примечаю, что среди них есть и переодетые в официальные костюмы парни. Ушки на них смотрятся довольно-таки симпатично. По классу расставлены столы, укрытые милыми скатертями, везде примостились мягкие игрушки, шарики и самодельные поделки. В целом ребята постарались на славу. - Добро пожаловать, хозяева, - девушка с мягкими ушками смиренно кланяется, когда замечает нас. – У нас как раз освободилось четыре места, прошу, проходите. - Нас пятеро, - говорит Кисе. Девушка рассеянно осматривает нас, а затем останавливает взгляд на мне. Смутившись, кошко-девочка неловко прокашливается. - Не переживайте, я принесу ещё один стул, - улыбается она. – Прошу за мной. Она ведёт нас в сторону дальнего столика возле открытого окна. - Если хочешь, можешь посидеть у меня на коленях, - Дайки нагло нагибается ко мне, усмехаясь. Стараясь оставаться хладнокровным, я собираю все силы, чтобы не покраснеть. - Нет уж, Аомине-кун. Парень невозмутимо пожимает плечами, но я всё-таки замечаю лёгкую улыбку, когда украдкой смотрю на него. Ацуши заваливается на стул ближе к окну, по правую руку от него присаживается Мидорима. - Куроко-чи, садись сюда, - Кисе энергично показывает на стул рядом с Мурасакибарой. Я делаю шаг к Рёте, но голос Дайки заставляет меня обернуться. - Тецу. Парень отодвигает другой стул и смотрит на меня взглядом, не терпящим возражений. Манимый невидимыми силами, я покорно присаживаюсь и позволяю Дайки галантно задвинуть стул. - Спасибо, Аомине-кун, - я смотрю на него снизу вверх. Форвард облокачивается руками о спинку стула и нагибается ко мне. - Всегда пожалуйста. Кисе обиженно надувается, садясь на оставшийся стул, а Аомине остаётся стоять позади меня. Буквально всем своим телом ощущаю его присутствие, и чтобы отвлечься смотрю в окно. Последние тёплые деньки радуют нежными солнечными лучами, будто даря нам прощальные улыбки. Дальнейший прогноз погоды удручает: уже на следующей неделе обещают дожди и похолодание. Кажется, мой зонтик совсем себя изжил, нужно не забыть купить новый, пока не стало поздно. Успею ли я сегодня зайти в магазин по пути домой? Вскоре нам приносят самодельное меню, украшенное рисунками и стикерами, и дополнительный стул. Дайки присаживается между мной и Кисе, бегло просматривает написанные от руки «блюда», и тяжко вздыхает. В основном меню состоит из простых салатов, риса, покупных десертов и напитков, чая, кофе, сэндвичей и лёгких закусок. Блюдо дня: жареные на гриле сосиски. - Надо было захватить с собой бенто, - бурчит Дайки, провожая взглядом официантку, принявшую у нас заказы. – Столовка сегодня открыта? - Наверное, - отвечает Кисе. Аомине снова тяжко вздыхает, косясь на сотовый Рёты, разрывающийся бесконечными потоками сообщений, на которые блондин не успевает отвечать. Стоит ему только включить телефон, как тот не замолкает ни на секунду. - Может хоть сегодня дашь нам отдохнуть от твоих фанатов? – Шинтаро поправляет очки, а затем смотрит на Му-куна, у которого в руках из ниоткуда появляется пачка с чипсами. – А это ты откуда достал? - Магия, - Ацуши пожимает плечами. Я улыбаюсь. Как здорово общаться с ребятами в такой непринуждённо обстановке. Тёплая мысль о том, что мы хорошо ладим не только на площадке, но и в повседневной жизни, наполняет меня, перекрывая неприятные воспоминания о прошедшей игре. Аомине разваливается, вытягивая ноги под столом и облокачиваясь локтем о спинку моего стула, подпирая рукой голову. Взгляд у него скучающий и недовольный. - Я забыл в раздевалке журнал с Май-чан, - тоскливо тянет Дайки. Невольно ловлю себя на том, что моя спина горит от напряжения из-за подобной близости с Аомине, особенно когда тот небрежно меняет положение, вытягивая руку вдоль спинки моего стула. - Задрал, Кисе, - бурчит Дайки, потянувшись к телефону блондина, но Рёта ловко уворачивается. – Прекращай. - Да всё, всё, - парень дописывает последнее сообщение и выключает звук, убирая телефон в сумку. Аомине фыркает и возвращается в прежнее положение, отчего его рука на спинке стула немного смещается, а пальцы задевают мой левый бок. Почни невесомо и практически неощутимо, но такое чувство, что от кончиков его пальцев по моему телу бьёт электричество. Дайки продолжает издеваться над Рётой, словно и не замечая, что прикасается ко мне. А я не могу даже пошевелиться, будто бы парализованный. - Ну наконец-то! – Ацуши с нетерпением наблюдает за официанткой, которая несёт наш заказ. Сначала она ставит тарелку с огромной горой жареных сосисок перед Мурасакибарой и в два раза меньше порцию перед Аомине. Последний, небрежно скользнув рукой по моей спине, как ни в чем не бывало принимается за еду. На помощь кошко-девочке приходит ещё два парня – в их руках подносы с нашими заказами. Мне достаётся овощной салат, немного риса, две сосиски и чай. Кисе благодарит за кофе, сэндвичи и пирожное, а Мидорима получает рис с закусками и сок. Более того, Ацуши получает ещё две тарелки с десертом и чай. Мы уже не удивляемся порциям, которые может за один присест умять Мурасакибара, но почему-то все продолжают поражаться, как мало ем я. Приходится смириться с подкинутыми в мою тарелку сосисками Аомине и отговорками, что «я заказал для себя слишком много», и усердно не обращать внимания на то, как нагло Дайки отпивает чай из моей чашки, приговаривая, что это хороший обмен. Мне неловко – я украдкой поглядываю на Аомине, безмятежно уплетающего сосиски, и пытаюсь избавиться от мысли: осторожно прикоснуться к парню и заставить его посмотреть на меня. В последнее время это становится всё сложнее и сложнее, особенно когда вы смотрите друг на друга и не решаетесь сделать первый шаг. Неуклюжие взгляды, слова, прикосновения, а дальше либо шаг в пропасть, либо… Куда?