Шарф.

       — Как вы смотрите на то, чтобы сходить в бар вечером? – Газ крутил в руках чашку, наблюдая за тем, как её содержимое чуть ли не выплёскивается из ёмкости, но даже так останавливается у самого края.        — По какому поводу? – отвечает вопросом на вопрос Прайс, подняв глаза на Гэррика.        — А разве товарищам по команде нужен повод, чтобы устроить душевные посиделки? Думаю, что нет, поэтому я полностью за эту идею, – пожал плечами Соуп, загребая ложкой гречку.        — Отлично, – улыбнулся Кайл.        — А ты что думаешь, Саймон? – обратился капитан к молчаливому Райли, что смотрел куда-то перед собой.        — Я тоже пойду, – произнёс Гоуст, озадаченно потупив взглядом пару секунд на мужчину.        Газ удивился тому, что Саймон согласился пойти с ними, обычно он находил тысячи причин, чтобы не идти в шумные и людные места. Он предпочитал сидеть на базе в своей комнате или ходить в общий зал, чтобы поддерживать себя в тонусе. Поэтому Гэррик и удивился. Взглянув на МакТавиша, он увидел, как тот пытается сдержать улыбку, жуя гречку, но у него совершенно не получалось, поэтому уголки его губ всем видом показывали, что сержант рад тому, что Райли пойдёт с ними. Вот он – счастливый и влюблённый идиот.        — Ну раз такое дело, то я с вами, – как всегда по-доброму улыбнулся Прайс, одарив Соупа отцовским хлопком по спине.        Джон закашлялся, стуча себя по груди, после чего жалобно прохрипел, – Я больше не сяду с ним рядом.

***

       МакТавиш долго выбирал, что ему стоит надеть. На улице была прохладная осень с мерзким дождём. В такую погоду он надел бы что-нибудь потеплее, но как назло все тёплые вещи выглядели некрасиво и старомодно. С каких пор его волнует то, как он будет выглядеть в своей одежде? Особенно, когда он собирался в бар с товарищами, а не клеить кого-то. Но он хотел выглядеть привлекательно. Зачем и для кого? Ну… В их компании ведь будет Гоуст.        Не раздумывая ни минутой больше, Джон схватил свою кожанку, тёмно-синие джинсы и белую футболку. Это был его обычный образ для клубов и походов в бар. Вещи выглядели вполне прилично, хоть и не выделяли его персону среди остальных, но даже так к нему подходили познакомиться. Да, возможно, дело было вовсе не в одежде, но Соуп считал иначе, поэтому не было смысла переубеждать его.        Натянув на себя всю одежду, он посмотрелся в зеркало. Взъерошив могавк на своей голове, шотландец улыбнулся самому себе. Ну не красавчик ли? Схватив свои счастливые носки, МакТавиш надел их, после чего влез в чёрные берцы.        Он вышел из комнаты, закрыв её на ключ. Они не договаривались о том, где будут собираться, поэтому сержант подумал, что можно было бы зайти за кем-то из товарищей. И вот он уже стоит в дверях комнаты Газа, наблюдая за тем, как друг натягивает на свою задницу штаны.        — Ты чего пришёл-то?        — На задницу твою посмотреть, – хохотнул Джон, скрестив руки на груди.        — Придурок, – Кайл улыбнулся, достав из шкафа синюю толстовку. – А если серьёзно?        — Да мы не договорились о том, где встретимся перед тем, как пойти в бар. Вот я к тебе и припёрся, – пожал плечами сержант.        — Ну Гоуст уже на улице, можешь пойти к нему.        — Ни за что, – буркнул Соуп, отвернувшись от друга.        — Господи, МакТавиш, порой мне кажется, что ты школьник, который впервые в жизни втрескался по уши. Видел бы ты свою тупую улыбку на обеде, – рассмеялся Гэррик.        — Да иди ты, нормальная у меня улыбка. И я не школьник.        — А сразу и не скажешь, – Газ взял в руки свою сумку, после чего перекинул её через плечо. – Ну что, так и будешь меня ждать или сам пойдёшь? Мне ещё к Прайсу зайти надо, кое-какие бумаги отдать.        — И надолго ты к нему?        — Да на минут десять, может, пятнадцать.        — Тогда я на улицу.        — Удачи, Ромео, – улыбнувшись во все 32, Кайл похлопал шотландца по плечу.        — Иди уже, надоел, – хмыкнул Джон, закатив глаза.        Пока он шёл до выхода, в его голове крутились идеи того, как можно было бы начать разговор. Если честно, то он до чёртиков не хотел сидеть в тишине рядом с Райли. Ему почему-то сразу становилось неловко. Хотя, когда Соуп постоянно тараторил рядом со старшим, ему казалось, будто он действует тому на нервы. Но, возможно, ему лишь казалось.        МакТавиш и опомниться не успел, как уже открывал дверь, что вела на улицу. Перешагнув порог, он вдохнул влажный воздух полной грудью. Пахло сыростью и мокрыми листьями, оно и понятно, осень ведь. Осмотревшись, сержант увидел высокий силуэт и чахнущий огонёк сигареты, что освещала часть его лица. Вот он – Гоуст.        Джон долго думал, говорить или нет. Может, Саймон вовсе не заметил того, что теперь не один, поэтому и был таким задумчивым, из-за чего не хотелось как-то нарушать его покой. Соуп лишь смотрел на него сбоку, внимательно изучая каждый сантиметр его тела, будто облизывая взглядом.        — Долго ещё в стороне молча стоять будешь?        Голос у Райли, как всегда, отдавал хрипотцой, но при этом его было приятно слушать. МакТавиш вообще был готов отдать всё, чтобы Гоуст чаще говорил. А то его молчаливости мог позавидовать любой партизан.        — Да я задумался просто.        — Вот как, – Саймон сделал последний вдох ядовитого дыма, после чего выбросил окурок в урну. – Где Прайс и Газ?        — Кайл сказал, что должен отдать ему какие-то бумаги, – Соуп пожал плечами, сделав пару шагов в сторону товарища.        — Ты не замёрзнешь так? – задал вопрос Райли, окинув шотландца взглядом.        — Да нет, я практически не чувствую холод, – улыбнулся МакТавиш.        Неужели Гоусту настолько не похуй, что он даже спросил? Как жаль, что ему соврали. Джон уже чувствовал, как кончики пальцев коченели от холодного ветра.        Но, смотря на лейтенанта, он понял, что тот будто бы тоже выбирал самое красивое, что у него только есть. Потому что ничего такого Саймон никогда не надевал, по крайней мере, Соуп не видел на нём такой одежды. А на нём было чёрное пальто, серая водолазка, чёрные брюки и берцы, а на шее у него красовался…ярко-оранжевый шарф. Мало того, что деловой стиль чертовски подходил Райли, так ещё и этот непривычно яркий шарф, что выделялся среди мрачного и свойственного стиля Гоуста.        — Ну что, заждались нас? – воскликнул Газ, открывая входные двери; вслед за ним шёл Прайс.        — Наконец-то. А то я уже хочу выпить парочку шотов, быстрее давайте, – заведя руки за голову, пробубнил МакТавиш.

***

       Уже в баре Соуп наконец-то почувствовал тепло. Всю дорогу он мёрз, пытаясь скрыть дрожь. Да, он знал, что поступил глупо, надев что-то лёгкое, но вполне подходящее ему.        Заказав себе всё же не шоты, а стакан виски, Джон развернулся к Газу, ведь он являлся самым общительным, что Соуп, конечно же, любил в нём. Ведь кто, как не Гэррик, скажет, что он тупо шутит, но при этом всё равно посмеётся? Райли молча попивал какой-то алкогольный коктейль, что не было похоже на него. Гоуст либо не пил вообще, либо пил бурбон, но коктейль…это что-то новенькое. Как давно он изменился? То шарф и деловой стиль, то новая выпивка. МакТавиш зацепился за это.        Многие говорят, что людей меняет их окружение или какие-нибудь события. Так что же послужило причиной в изменениях Саймона? Вроде с ним ничего не случалось в последнее время, по крайней мере, Соуп так думал. Может, он познакомился с кем-то? Чтобы Гоуст и общался с незнакомым человеком с целью познакомиться? Да никогда в жизни. Тогда кто или что?        Пока Джон размышлял об этом, он и не заметил, что остался без собеседника. Газ начал обсуждать с Прайсом футбольный матч, что показывали по телевизору.        — Предатель, – буркнул МакТавиш, обернувшись на место, где ранее сидел Гоуст. В том то и дело, что сидел. Теперь его место пустовало. Отошёл куда-то, наверное.        Просидев так ещё минут 10, Соуп всё же обратился к Гэррику, ведь Райли так и не вернулся, на что ему сказали, что Саймон вышел на улицу. Встав со стула, Джон накинул на себя кожанку, после чего направился к выходу, уже готовясь снова мёрзнуть.        Выйдя на улицу, шотландец осмотрелся, но знакомой фигуры и близко не было. Куда же он делся? Ну не мог же он выйти и поехать обратно на базу. А если он так и сделал? Нет, Соуп не верил в это, Гоуст бы предупредил о том, что возвращается на базу.        Пошерудив в карманах, Джон достал телефон, подумав, что можно позвонить Райли. Он единожды звонил по этому номеру, и то, это сделал Прайс, потому что у самого сел телефон. Обидно даже, ведь они работали в одной команде, а связь вне заданий почти и не поддерживали.        Руки уже потихоньку подрагивали от холода, но тут подул сильный ветер, отчего сержант поёжился, нажимая кнопку вызова. Гудки. Много гудков. А потом противный голос женщины, агитирующий набрать позже. Ну а Джон что, он, конечно же, наберёт ещё раз, как бы его ни бесила эта женщина и эти гудки, ведь выбора у него особо не было. На второй раз всё же гудки прервались. Молчание повисло на линии. А что говорить-то? Соуп об этом не подумал.        — Ало? – донеслось из динамиков.        — Сай, ты где?        — А что, успел уже потерять меня, Джонни? – было слышно, как Гоуст хрипло усмехнулся.        Мало того, что МакТавиш сходил с ума от одного этого «Джонни», так ещё и не ожидал, что Райли вообще ответит на звонок. Теперь руки дрожали не только от холода, но и от волнения.        — Ты так и не ответил на мой вопрос, элти.        — Неподалёку от бара есть сквер. Я сижу на лавке, что около самых ворот, ведущих на территорию.        — Скоро буду, не уходи только, – тут же подорвавшись с места, Соуп выбежал на тротуар и осмотрелся.        — Да куда я денусь, – хмыкнул Саймон, после чего снова замолчал.        — А куда поворачивать, если я около дороги, напротив бара?        — Направо, Джонни.        — Ага, понял!        МакТавиш сбросил трубку и рванул направо. Он не знал, зачем бежал, ведь Райли сказал, что будет ждать его. Но а вдруг исчезнет?        Пробегая мимо какого-то одноэтажного дома, сержант заметил массивные ворота по другую сторону дороги. Но там темно, это точно сквер? Обычно же в них стоит освещение, хотя бы какое-нибудь, а тут вообще темень непроглядная. Ну, не Соупу бояться какой-то там темноты, он видел вещи и пострашнее. К примеру смерть.        Пройдя через ворота, Джон увидел, что освещение там всё же есть, просто чересчур слабое. Людей в округе не наблюдалось. Было настолько тихо, что шотландец даже забылся, продолжая идти вперёд. Это место выглядело загадочно, возможно, даже хранило какие-то секреты, о которых лучше не знать.        — Джонни, я здесь, – окликнул его знакомый голос сзади. И вправду, Райли сидел на лавке, что находилась почти у самого входа в сквер. Джон направился к нему.        — Почему ушёл из бара? – задал вопрос сержант, усевшись возле старшего.        — Там было слишком шумно, да и я сидел молча. С таким успехом я могу находиться и в тишине, – хмыкнул Гоуст.        — Мог бы со мной поговорить. Газ всё равно кинул меня, начав обсуждать с Прайсом матч по телевизору, – усмехнулся Соуп, скрестив руки на груди и растирая ладони о куртку, быть может, хотя бы так он согреется.        — Ты ведь соврал, да?        — Что? Ты о чём?        — Ты начал замерзать ещё тогда, когда мы вдвоём стояли у входа в корпус. Или я не прав? – Саймон повернулся лицом к товарищу.        — С чего ты взял? – нервно улыбнувшись, он завёл руку за голову, поглаживая могавк на затылке.        — Понятно. Да что я спрашиваю, ты всё равно не сознаешься, – рассмеялся Райли, снимая со своей шеи шарф.        — Да ну, мне правда не холодно!        Но Соупа уже не спрашивали ни о чём. Вокруг его шеи обвязали тёплый и мягкий шарф, что пах лосьоном, которым пользовался Гоуст, и табаком. Это точно Саймон, которого Джон знает? Его будто подменили. На ноги шотландца упала пара перчаток с принтом. Райли всегда носил их.        — Они не рассчитаны на то, чтобы согревать, но пока ещё тёплые из-за моих рук.        — Спасибо… – смущённо и озадаченно прошептал МакТавиш.        И теперь Джона ещё больше мучили вопросы о том, что же стало с Гоустом и кто же или что же являлось причиной изменений. Поэтому, набравшись смелости, он всё же решил задать их, ведь иначе ответа ему не найти.        — Слушай, Сай… – шотландец замолчал на пару секунд, надевая на руки перчатки, – в последнее время ты сам не свой. Ты изменился, почему?        — Правда хочешь знать? – тихо усмехнувшись, решил уточнить Райли перед тем, как ответить.        — Да.        — Знаешь, когда понимаешь, что тебе нравится человек, то что-то внутри меняется. Хочется быть с ним рядом, быть чем-то похожим на него. Хотя я бы не сказал, что у меня это получается. Мы достаточно разные.        Сердце Соупа забилось быстрее. Значит, его догадки оказались правдивыми. Но…ради кого? Неужели нашёл какого-то нового знакомого? Когда успел?        — И кто же это? – хмыкнув, задал вопрос Джон, склонив голову.        — Этот человек рядом со мной прямо сейчас. Тот, кто ранее соврал о том, что ему вовсе не холодно, – рассмеялся в кулак Райли.        — Круто, надеюсь, что у вас всё получится, – уже успев расстроиться, ответил не думая МакТавиш. А потом прогнал в голове слова Гоуста ещё раз. Он резко повернулся на Саймона и закричал: – Что?!        — Тише ты, – улыбнулся Гоуст, приспустив тканевую маску на подбородок.        — Я не ослышался?! Это не сон?! – нервно смеясь, воскликнул сержант.        — Нет, Джонни, иди сюда уже, – разведя руки, произнёс Райли.        Соуп тут же обвил его шею руками, утыкаясь носом в ткань пальто. Он чуть ли не разлёгся на старшем, обнимая его. Джон не мог поверить, что его чувства были взаимными, а эти изменения были из-за него.        — Но почему ты рассказал мне это? – немного отодвинувшись, поинтересовался МакТавиш.        — Потому что я знал, что мои чувства взаимны, – улыбнулся Саймон, коснувшись губами макушки шотландца.        — Как давно?        — Почти с самого начала. Ты очень плохо скрываешь эти пристальные взгляды, эту улыбку, которая появляется у тебя, когда ты проводишь время в компании со мной. А про твои шутки и подкаты, я думаю, что даже говорить не стоит — всё слишком очевидно, Джонни.        — А я думал, что у меня получается скрываться… – пробурчал себе под нос Соуп.        — К моему счастью, нет, – прошептал Гоуст, утянув Джона в поцелуй.