Вторая жизнь Маргариты

      В 1536 году Михримах исполнялось четырнадцать лет. Настала пора искать жениха. Как и в случае с русскими царевнами, иностранные, «неверные», принцы не подходили. Но дочери султана повезло больше в том смысле, что отец мог выдать её за своего бея или визиря-слугу. Царевны же за боярина замуж выйти не могли, иначе потеряли бы свой высокий статус.       Написать письмо мужчине — безрассудный поступок для девушки в Османской империи XVI века. Но Михримах пошла на это. Чем раньше она выйдет за Бали бея, тем скорее исполнит свою мечту.              Ответ пришёл быстро. Он писал:       «Госпожа моя, заслужить вашу любовь — это честь для меня. Дочь великого султана из всех ничтожных рабов выбрала меня. Я и не смел мечтать об этом. Поверьте, я всей душой хочу заключить с вами никях, но наше счастье зависит только от султана Сулеймана. Я уповаю на то, что он позволит и надеюсь, когда-нибудь назвать вас своей женой».       Повелитель хотел выдать единственную дочь за санджак бея Теке Рустема, при одном взгляде на уродливое лицо которого губы её сами произносили: «Tovbe, Tovbe». Она лучше бы просидела всю жизнь в темнице, чем прожила с ним.       Не зная, как отвести грядущую беду, султанша попросила помощи матери.       Та пошла к султану. — Падишах мой, если вы хоть немного любите меня, позвольте сказать несколько слов. — Что за вопрос Хюррем? Я от любви к тебе безумнее, чем Меджнун. Проси, чего пожелаешь. — Вы и сами знаете, что едва дочь наша, научившись говорить, непрестанно поминала Бали бея. Это уже не детский лепет. Сердце её принадлежит этому воину. Я умоляю вас отдать ему Михримах. Вскоре вы убедитесь, это решение принесёт только пользу. Он умный и бесконечно преданный вам бей. Зачем ему быть на границе, когда можно ввести его в совет? Государству он принесёт на этом посту гораздо больше пользы.       Сулейман отдал приказ начинать подготовку к помолвке.