Здоровая психика уже не в моде

      За окном кружились крупные белые хлопья.       Шастун, зашедший в квартиру буквально пять минут назад, сейчас сидел на подоконнике с альбомом в руках и рисовал снег. На парне была простая футболка, та же, что он носил и раньше. Хвостик Антон распустил, и теперь на бумаге плясали тени от его светло-русых волос.       На бумаге появлялись всё новые линии, постепенно вырисовывалась из штрихов оконная рама. Но мысли парня были далеко от рисунка.        Он думал о тех последних часах, которые провёл в квартире Матвиенко. После панички друзья привели его в себя, и попутно ухаживая вытягивали из Антона признания.       Парень рассказал им обо всём. Обо всём кроме самого главного - того, в чем не мог признаться самому себе, и о чем рассказать кому то можно было сравнить с погружением в бурлящие воды при буре, при которых невозможно выжить.       Этой вещью была простая, до невозможности простая истина которую Антон предпочёл бы стереть из мыслей, которую он пытался опровергнуть, которую невозможно было убрать с лица земли.       Ему нужна помощь. И не просто помощь, а срочная, быстрая, молниеносная помощь, без которой ему не обойтись.       Наверняка многие считают, что все проблемы решаются легко, стоит лишь захотеть, и усилием воли твоя жизнь станет настоящей диснеевской сказкой, в которой всё счастливы и распевают песни. Но те, кто так считают, просто приглядитесь внимательнее , и увидите, что даже эти сказки не лишены проблем. Карандаш соскочил с листа бумаги и воткнулся Антону в бедро. Парень поморщился и посмотрел на руку, которая, как оказалось, начала заметно дрожать, что и послужило причиной воткнутого карандаша.       Шастун спрыгнул с подоконника, и закинув по пути скетчбук на стол, повалился на пол, случайно подмяв под себя какую то кисточку.       Мысли в голове смешались, и он провалился в беспокойный сон.

***

      Антон открыл глаза. Он стоял на краю обрыва. Внизу, где то далеко-далеко в расщелине с шумом бежала река, а по краям от неё возвышались то ли ёлки то ли сосны, парень не разобрался. Воздух пах лесом, костром и сыростью.       Шастун повернулся, что бы оглядеться, и понять с каких раков он вообще в каком то лесу, и ошеломленно замер, не желая понимать происходящее. Перед ним открывался вид на небольшую уютную полянку, в центре которой стояла маленькая брезентовая палатка болотного цвета. Рядом с палаткой пылал небольшой костёр, над которым на палке висел закопченый котелок.       Чуть поодаль стояло два походных кресла, одно из которых занимал человек. У этого человека были русые, давно вышедшие из моды бакенбарды. На этом человеке была небрежно надета клетчатая рубашка. И этого человека Антон очень хорошо помнил. - Я знал, что вновь увижу тебя. - Мужчина улыбнулся и, встав с кресла, подошёл к удивленному парню. - помнится, в прошлый раз наш разговор вышел слегка напряжённым, извини. Я тогда даже не успел представится, - человек подвёл Антона ко второму креслу и усадил его. - так вот, меня зовут Фёдор Данилович Ясенов, я очень рад снова тебя видеть.       На губах мужчины заиграла тёплая улыбка, а в уголках глаз появились еле заметные морщинки.       Шастун пришёл в себя и подскочил со стула как ошпаренный. -Ты! Снова ты, который мне угрожал. Какого хуя ты тут забыл, мужик? Снова меня шпынять собрался? - В глазах Антона плясали недобрые огоньки, а руки сжались в кулаки. -Подожди, не нужно так кричать, в этот раз я пришёл просто так, никаких сложных разговоров, только чай из котелка и природа. Я не желаю тебе зла. Шастун недоверчиво посмотрел на Фёдора, но руки всё же опустил. -Так и поверил. Таким как вы вход без причины в сны закрыт, и исключения дают очень редко. Сомневаюсь что тебе дали пропуск только что бы чай сварить. Ясенов по дружески рассмеялся, и уселся в своё кресло напротив Антона. -А никто и не говорит, что я сюда пришёл варить чай, и что я такой же как те, что были раньше.       Злой огонёк в глазах парня потух, и ему на смену пришло непонимание. Он сел на самый край кресла, и уставился на мужчину.       Тот в свою очередь заметил, что до мальчика не дошло, и поспешил объяснить. - Я вижу, приходящие ранее тебе ничего не объяснили... Но, поскольку сегодня вечер откровений я расскажу тебе всё, что тебя интересует. Видишь ли, существует огромное количество отрядов, в которых набирают "таких как я" . Они отвечают за разные вещи, и выполняют разную работу. До этого к тебе отправляли людей Судьбовещателей , они лишь докладывали какие то важные вещи, помогающие тебе легче воспринимать те или иные вещи происходящие в общей или твоей жизни. Но с недавнего времени им больше нечего тебе рассказывать, по скольку они больше не видели твоего будущего. И вот тогда уже отправили меня, состоящего в отряде Спасателей. Мы помогаем людям спастись, пытаемся вернуть вам будущее. И я тоже стараюсь сделать так, что бы к тебе снова пришли из Судьбовещателей, и что бы твоё будущее снова существовало. - А я не понял, почему у меня будущего то нет? Да и как ты мне помог своим прошлым появлением я тоже не смекаю...       Федор Данилович снова улыбнулся. - Пожалуй, отложу свой ответ на потом, потому что он будет очень долгим и сложным, и над ним тебе скорее всего придется долго размышлять. Сейчас же давай просто поговорим за чашкой чая. Антон кивнул, и принял из рук человека кружку с дымящимся напитком.       Они ещё долго сидели, и разговаривали. Шастун окончательно доверился Фёдору, и рассказал тому обо всём, о чем тот хотел знать. Он говорил и говорил о том, как любит рисовать, как в детстве ему подарили собрание книг Гоголя, и с удивлением замечал что новому знакомому это действительно интересно. -Вот... Если честно я даже не знаю что ещё рассказать. - Антон откинулся на спинку своего кресла и прошептал, - спасибо тебе.       Фёдор сделал вид, что ничего не услышал, но Шастун отчётливо видел как на его лице промелькнула тень глубокого сострадания. -Наверное сейчас я и уйду... Насчёт того вопроса : будущего у тебя нет, потому что то, о чем мы с тобой знаем - правда, а в прошлый раз я тебе не помог по одной простой причине - ты не хотел видеть себя, и не хотел слышать себя в устах другого человека. Советую тебе поразмышлять над тем, зачем тут этот обрыв, и почему ты был на самом его краю, это наверняка очень важно.       Фёдор Данилович Ясенов на последок улыбнулся, пожал Антону руку, и тот снова оказался в полной темноте.