Вечно-молодой бард

Бард вышел на освещенную луной опушку и присел на огромный, ледяной булыжник. Лунный свет отражался от его ничего не выражающего лица. Однако глаза были предателями его, что безжалостно раскрывали все мысли, не давая и шанса на сокрытие. Отчаяние и безысходность. Ему не оставили выбора. Бард достал маленькую, изящную арфу из вечно-зеленного дерева и извлёк три минорных ноты. Каждый звук, что рождался из-под тонких пальцев молодого барда, стремился ввысь. Трель из смешения печали, боли, сожалений взлетала вверх, разносясь по макушкам елей. Никто не осмеливался ответить молодому богу. Только луна пыталась согреть его бесстрастное лицо холодным, тихим светом. Город был закрыт для входа и выхода на протяжении нескольких сотен лет. Те, кто остался, не могли выйти. Те, кто вышел, не могли зайти. Многие семьи были разлучены навсегда. Возлюбленные не могли воссоединиться. Дети росли без отцов и матерей. Росло новое поколение, что не знало свободы. Бог Декарабиан защищал свой народ от короля северных земель, окружив границы города сильными потоками ветра. Спустя время из защитника он превратился в тирана. Он не слышал людских желаний, что жаждали свободного ветра городу. В этом городе жил молодой бард, который любил поболтать с маленьким ветерком. Он рассказывал ему о своих мечтах: «Я хочу увидеть мир, ощутить на своей коже первозданное море, попробовать повисеть на лианах джунглей Локапала, увидеть грозы Сэрайя!». Он сделал это смыслом своей жизни. Он верил, что способен повести за собой народ и свергнуть правителя-тирана. Молодой бард погиб во время ключевого момента восстания. Ветерок, что оберегал его во время сражения, от потрясения сосредоточил все свои силы в своей слабой форме и взорвался с оглушающей волной ветра. Бог Декарабиан был рассеян. Ветерок стал богом, которого наименовали Барбатосом. Отчаянная трель никак не могла закончиться. Луна спряталась за тучами. Шторм обрывал листья с деревьев и уносил туда, куда дует ветер. Молодой бог не мог смириться с потерей единственного друга. Желание молодого барда быть свободным и принести эту свободу близким людям превышало страх смерти. «Он знал на что идет» - пронеслось в мыслях бога – «Он знал…». Молодой бог принял облик молодого барда. Он был точной копией своего друга. Однако его широко распахнутые глаза излучали ослепляющий бирюзовый свет. Черная вязкая жидкость заполнила глаза вечно-молодого барда и медленно стекла по его фарфоровой коже. Барбатос её поймал до того, как она упала на землю. Слеза затвердела, превратившись в иссиня-черный кристалл. С новым порывом ветра, с еще более сильным, чем прежде, унесло накидку барда. Вечно-молодой бард не может смириться.