Чёрное сердце

      Когда уже летишь вниз с обрыва в голову закрадываются мысли о том, как так получилось, что сейчас ты находишься именно тут. И с удивлением понимаешь, что вся эта катастрофа началась с вполне обычной ситуации.       Например, рукопожатия.       Рука Александра костлявая, вечно холодная, с пальцами неправильной формы, но рукопожатие крепкое. Почти такое же уверенное, как у Константина, чья кисть в полтора раза больше, а ладонь мягкая, с парой содранных мозолей. Глаза в глаза, как гласят все правила этикета. У Гецати глаза тёмные, что даже зрачка не видно за радужкой, а у Шепса глаза бесстыжие и он уже тогда, при первом знакомстве, раздевает аланца взглядом, пока тот радуется победе.       Константин уверяет, что он точно, на все сто процентов, без малейших сомнений, самый гетеросексуальный гетеросексуал, а Александра это только заводит, потому что в его коллекции не хватает именно такого экземпляра. Шепс собирал половых партнёров словно марки или старые монеты. Мужчины, женщины, разных возрастов, рас и типажей - список Александра пополнялся с невиданной скоростью. Секс для него стал видом спорта, соревнованием, а проигрывать Шепс не умел и не любил. Фотография Гецати прицеплена к мишени над кухонным столом, и Саша метает в неё дротики, пока готовит завтрак, думая над тем, как склонить сурового мужчину традиционных взглядов на хороший секс в гостиничном номере.       Для Константина внимание со стороны женщин и мужчин стало обыденностью. Каждый третий в баре пытался соблазнить, привлечь или даже нагло залезть в штаны. Гецати был не против быстрой связи с какой-нибудь изрядно пьяной девушкой, которая сама тянет руку Константина под свою юбку, но вот трахаться с мужчинами аланец не соглашался даже будучи бухим в стельку, потому что то, что вбито ремнём отцом невозможно перекрыть ни литрами алкоголя, ни смазливой внешностью. Хотя порой хочется до невозможного, до боли в паху, до сведённых судорогой зубов, особенно когда Шепс как бы случайно касается чужого бедра в машине, а потом гадко улыбается. Ударить бы ему по роже, стереть кулаком эту противную улыбочку, а потом схватить за волосы и трахнуть в какой-нибудь подворотне, сжимая рукой худую шею, чтобы вместо стона слышать только сдавленный хрип.       Для Шепса сначала это просто игра, ведь доводить вечно хмурого Константина до пунцовых щёк сексуальнее, чем любое порно. С каждой встречей штаны уже, рубашка прозрачнее, реплики двусмысленнее. Гецати может сколько угодно убеждать весь мир и себя самого в своей ориентации, только вот взгляд не скроешь даже за сотней масок. Александр - личный демон Константина, медленно склоняющий его к одному из смертных грехов - похоти.       Но в моменте всё меняется, только вот Александр не помнит точно в какой момент всё пошло не туда. Помнит только, что перестаёт чувствовать сердце, когда в перерыве между съёмками видит смеющегося до слёз Костю. В секунду расхотелось и в отель Гецати везти, и на коленях перед ним извиваться, словно элитная проститутка. Привычное сексуальное желание перекрыло нечто другое - то, что молило нежно и медленно покрывать невинными поцелуями лицо аланца, гладить колючую бороду и прижиматься к чужому телу.       Дома Саша отчаянно топит себя в остывшей ванне и пытается внушить самому себе, что он не влюбился. Даже курить не хочется, поэтому просто смотрит на тлеющие сигареты в пепельнице. Гецати с фотографии на кухне смотрит осуждающе, а у Шепса руки дрожат настолько, что все дротики летят мимо. Одно дело - трахаться ради удовольствия, не придавая этому значения, другое - вглядываться в чужие черты, надеясь увидеть ответную симпатию в морщинках около глаз.       Константин сразу замечает, что что-то изменилось в отношении Александра к нему. Пропала в общении какая-то особая специя, которая придавала их взаимодействиям яркого вкуса. Шепс уже не тактично соблазнял или умело флиртовал, а был нарочито обходителен и дружелюбен. В Косте это побуждает странные эмоции. Вроде должно было стать спокойнее от того, что больше нет этого назойливого напоминая, что Гецати "не такой". Но при этом мужчина начинает быстро скучать от отсутствия внимания. Скучать настолько, что приходится ссориться с Александром несколько выпусков подряд, лишь бы тот снова обратил на мужчину своё внимание.       После съемок идут на улицу, чтобы "поговорить по-другому". Саша рефлекторно достаёт сигарету, но от её вида тошнит, поэтому остаётся только спрятать её за ухом и крутить между пальцев розоватую дешёвую зажигалку, чтобы отвлечь дрожащие руки. А Костя внешне спокоен, как удав, только плечами постоянно дергает и пиджак поправляет - дурацкая привычка, которую Шепс уже выучил. Выйти-то они вышли, а вот что обсуждать - так и не поняли. Отстаивать честь Надежды Эдуардовны? Да никто на неё и не посягал. Объяснить Александру, что его поведение выходит за рамки? Он и так знает. Вот и стоят, как два придурка, около подъезда соседнего дома, перекидываются общими фразами и ждут, пока кто-то из них закончит эту неловкость. Только вот никто не спешит. Саше нравится всматриваться в морщинки Кости, когда тот склоняется ближе к нему, а Костя наклоняется всё ниже и ниже, потому что парфюм у Шепса настолько приятный, что утонуть хочется в этом аромате.       Сложно сказать, кто начал первый. Вроде оба уже решили, что возвращаются обратно в гримёрку, чтобы разъехаться по домам, но в моменте Шепс оказывается прижатым к спиной к стене, а его руки блуждают по лицу и шее Кости, который до белых костяшек сжимает талию Александра. У Саши эмоции словно фейерверк, летят вверх от низа живота и разрываются где-то в горле. Гецати высокий настолько, что голову приходится задирать, чтобы целовать было удобнее. А Косте от самого себя противно, но приятные ощущения в груди перекрывают разум вместе с грубым родительским голосом "Не позорь нас!".       Константин первым приходит в себя и отскакивает от Шепса, как от огня. Прижимает тыльную сторону ладони к губам и пытается не заплакать от разочарования в самом себе. В голове мелькают картинки с далёких лет, когда юный Тимур только осознал своё влечение к парням, а родители застукали его, целующего друга. Видел бы Костю сейчас отец - застрелил бы на месте, чтобы избавиться от "бракованного сына", который за столько лет так и не научился держать себя в руках. Косте тошно, ему снова шестнадцать и спина болит и кровоточит от количества ударов кожаным ремнём с тяжёлой бляшкой. Только вот Саша этого не понимает и тянет руки к чужим плечам, чтобы снова прижать к себе, а потом удивлённо смотрит на внезапно разбитого Костю, который с силой отмахивается от чужих касаний.       - Не надо, - голос Гецати дрожит впервые за их долгое знакомство с Шепсом. - Это всё неправильно. Так нельзя. Ты...неправильный.       Константин убегает, на ходу пытаясь привести себя в чувства. Игнорирует коллег, которым, конечно, интересно, о чём так долго говорили мужчины и почему у Кости глаза красные, а губы опухшие. Гецати уезжает и почти не переживает о том, как там Александр. А Шепса сначала душит обида, а после и слёзы. Он закуривает, давится дымом, кашляет, надрываясь, словно лёгкие свои выплюнуть хочет. Успокаивается минут через десять, слышит голос Олега где-то за поворотом и старательно делает вид, что всё нормально, что сердце цело и душа на месте.       "Ты неправильный" - стучит в ушах все последующие дни. Саша воспринимает эти слова буквально и слишком близко, убеждается в них полностью и начинает ненавидеть себя. В зеркало взглянуть противно, но он всматривается в каждую деталь своего тела, видя в нём только изъяны. Шепс худой, с костлявыми плечами и кривым позвоночником. Нос с горбинкой, будто сломанный, выглядит слишком громоздко на мелком лице. Пальцы неправильной формы, видя которые каждый врач говорит о пороке сердца. Нет, Саша не болен, просто с рождения слеплен неровно, будто из неудачного куска глины. Родной цвет глаз - тусклый, обычный, о таких не пишут красивых стихов, поэтому Шепс прячет их за неестественно яркими линзами. Сделанные белоснежные зубы с огромными клыками кажутся Саше слишком идеальными на фоне самого Саши - такого неправильного, кривого, некрасивого.       Другое дело Гецати - его будто талантливый скульптор из мрамора выбивал. И пропорциональные черты лица, и крепкое рельефное тело, и даже глаза - всё нравилось Шепсу до невозможного. Особенно глаза - цвета любимого кофе, горького шоколада, поздней осени или неразделённой любви. Саша любил Костю и завидовал ему. Думал, что будь он чуть лучше, внешне или характером, то Костя бы не оттолкнул его.       А Константину хотелось быть как Александр - свободным в словах и действиях. Перестать чувствовать строгий отцовский взгляд в спину каждый раз, когда пытаешься просто быть самим собой. Ну разве виноват Костя в том, что его парни привлекают не меньше, чем девушки? Если бы у него была возможность выбрать каким родиться, то он никогда бы не выбрал себя. Если бы только у него было больше сил, чтобы дать отпор чужому мнению, то может тогда он был бы счастлив и не ломал бы себя каждый раз, видя Александра.       И всё-таки, забыть друг о друге не получается. То пальцы Кости пробегают по чужой спине, то Саша целует отчаянно мужчину в нише под лестницей и искренне улыбается, чувствуя ответ. Но всё длится лишь пару мгновений, пока в голове Гецати не переключается рычаг и он снова отталкивает Шепса, твердя что-то про неправильность. Украденные пару минут в перерыве между съёмками проводят вдвоём. Украденные не только у съёмочной группы, а у этой жизни, где им нельзя быть вместе. Потому что Костя слишком боится себя настоящего, а Саша не имеет достаточно самоуважения, чтобы обозначить границы.       Последние съёмки программы заканчиваются и у Саши сердце рвётся от того, что Костя объявил всем пару часов назад. Он улетает на Родину. Навсегда. Потому что там его ждёт семья, найденная матерью невеста и "нормальная" жизнь. Костю все поздравляют и обнимают, кроме Шепса, который, кажется, один видит безразличный взгляд Гецати, когда тот говорит о своей будущей жене. Все разъехались и только эти двое сидят в парке рядом с местом съёмок. Декабрь, на улице редкий мороз, но Сашу колотит не от холода, а от ощущения пустоты внутри.       - Всё? Конец? - Шепсу не хочется ни плакать, ни курить, ни кричать. Ничего не хочется. Гецати в его сторону не смотрит, а в волосах его уже путаются снежинки. Почему он никогда не носит шапку? - Кость, замёрзнешь.       - А было ли что-то? - бесцветно произносит Костя. Через пару секунд он роняет голову на руки и тихо мычит. Рука Саши на плече обжигает даже сквозь зимнюю куртку.       Шепс прижимается ближе, обнимая Константина. Обветренные губы касаются чужих ушей, виска, пальцев. Гецати тает, хочет раствориться в этих касаниях, наконец-то став настоящим собой, но нельзя. Даже сил отодвинуться нет, поэтому просто позволяет губам Александра двигаться по горячей даже в мороз коже.       - Я не смогу без тебя, Костя, - шепчет Саша на ухо, пытаясь растянуть неизбежный момент расставания. - Я люблю тебя.       - Так нельзя, Саш, - наконец-то выпрямляется Гецати. Его будто набили осколками стекла. Глаза красные, слёзы скопились в уголках. Видел бы его сейчас кто-то из коллег - удивился бы. - Сам подумай, как это будет выглядеть? Что люди скажут? Тебе нельзя меня любить, как и мне запрещено любить тебя. Не в этой жизни так точно.       - И ты просто уйдёшь? Женишься на той, кого не любишь, заведёшь толпу детишек и будешь до конца жизни играть счастливого мужа и отца? Костя, я думал, ты сильнее!       - Прости, Саш. - Гецати поднимается с лавочки и гасит последний порыв поцеловать Шепса, хотя губы уже судорогой сводит от желания.       Он уходит. Даже не так - он убегает. Костя бежит от самого себя, оставляя душу на лавочке рядом с разбитым и сломанным Сашей. Завтра он улетит домой и, если судьба не сыграет злую шутку, то он больше никогда не встретил Александа. "Никогда" - ноющей болью отдаёт это слово в висках. Ту же боль чувствует и Шепс, только в области груди. Кое-как поднимается с лавочки, заваливается в такси и едет до дома. Его шатает всю дорогу до квартиры, будто не на съёмках был, а в баре. Дверь не закрывает - не за чем.       Квартира Кости заставлена сумками и грустно сверкает пустыми полками. Сам мужчина на кровати - в одежде и обуви, только зимнюю куртку снял. Смотрит в потолок и думает, почему жизнь такая дерьмовая вещь. Вроде вот оно - абсолютное счастье, чистая любовь, только руку протяни, чтобы забрать себе и никому не отдавать, только это счастье не для Кости. Ему можно только посмотреть, представить, но больше ничего, потому что Гецати с детства бракованный, сломанный, неправильный. Телефонный звонок разрезает воздух, но Косте слишком тяжело подняться с кровати, чтобы увидеть, кто звонит.       Три вызова от Александра уходят в никуда. Гецати не берёт и последние надежды Шепса разбиваются о противный голос, твердящий о том, что абонент занят. Саша проворачивает кран, чтобы ванна прекратила набираться водой. Кладёт телефон на холодную раковину и залезает в воду прямо в одежде. У Саши дома много ножей, но последним его товарищем станет обычный кухонный нож с маленьким лезвием.       Костя чувствует, что проваливается в сон, но резко подскакивает на кровати, словно от удара током. Сердце стучит в ушах, а внутри разрасталось непонятное чувство тревоги. Константин держит себя в руках, стараясь справиться со сбившимся дыханием, умывает лицо холодной водой и высовывается в окно. Что-то не так, но он никак не может понять, что именно. Будто картинка мира слегка покосилась.       Лезвие холодное и блестит, отражая лампочки на потолке. Саша делает первый порез и по бледной коже вниз течёт струя крови, пачкая белую рубашку. Второй порез чуть глубже, Шепс сжимает зубы от боли. Но физическая боль - ничто, по сравнению с тем, что творится внутри. Наблюдая за тем, как медленно по левому предплечью течёт алая кровь, Саша вдруг ощущает панику, но не за себя и свою жизнь, а за Костю. Правая рука тянется к мобильнику и непослушные пальцы с третьего раза набирают сообщение.       "Я вены вскрыл. Буду ждать тебя в следующей жизни."       Костя протирает глаза, чтобы убедиться, что в сообщении написано именно то, что он видит. Он вылетает из квартиры за несколько секунд, бежит с десятого этажа по лестнице, потому что лифт слишком долго ждать. Он забыл про куртку, но это не волнует совсем, потому что Саша не отвечает на звонки и смс. Ищет в старых диалогах нужный адрес и давит на газ. Нарушает на дороге все правила, которые только возможно, ведь в голове только одна мысль - успеть. Приближаясь всё ближе к нужному дому, Костя чувствует, как его сердце бьётся всё медленней.       Нужный этаж. Хорошо, что дверь открыта. Залетает Костя в квартиру прямо в обуви, истошно кричит заветное имя, но ответа не слышит. В ванне находит Сашу и валится на колени, прямо на окровавленный кафель. Прикладывает пальцы к холодной шее, молясь, чтобы не было слишком поздно.       - Саша, миленький, не надо так со мной, - умоляет бледное тело Константин, пытаясь прощупать пульс, но безуспешно. Любимые серые глаза без линз невидяще смотрят в стену. Гецати прикасается губами к остывающей скуле, ощущая, как по собственным щекам идут слёзы. Его широкая ладонь тщетно сжимает перерезанное с десяток раз запястье, словно это может хоть чем-то помочь. - Зачем ты это сделал? Зачем? Зачем...       Костя повторяет это слово ещё раз сто, баюкая неподвижное тело Саши. Проходит целая вечность, прежде чем Константин вытащит из окровавленной ванны тело, прижмётся губами в холодному лбу и отнесёт его в спальню. Там он снимет с любимого мужчины испорченную одежду, переодев его в найденные в шкафу домашние вещи, тщательно обработает раны на запястье и перебинтует его, уложит аккуратно Сашу на кровать, опустит ему веки и укроет одеялом. Затем скинет с себя обувь и ляжет рядом, обняв безжизненное тело и покрыв поцелуями самый красивый для Кости профиль. Так Гецати и уснёт, первый и последний раз в жизни деля кровать с любимым человеком, пусть и мёртвым. А на утро оставит на синих губах последний поцелуй, прошептав тёплое "спи спокойно, сердце моё, до встречи в следующей жизни" и уйдёт, оставив входную дверь открытой.       Александра найдут на следующий день и вызовут скорую помощь и полицию, которую поставит в тупик такое странное положение трупа в квартире. В это время Константин в тысячах километрах от Москвы будет знакомиться со своей будущей женой, что ему выбрала семья.       Они обязательно встретятся в следующей жизни и тогда Костя расскажет, что назвал своего первенца "Сашей". А Саша только усмехнётся и напомнит о том, что кот с серыми глазами и травмированной лапкой появился в доме Гецати не просто так.