Давай представим, что я голодная гиена, а ты – кость!

Старый бар. Старая стойка, отнюдь не пыльная при этом, старые стулья, насиженные и удобные. Старые протёртые диваны с поскрипывающими пружинами. Пошарпанные столы, поблёкшие стены. Резной дубовый шкаф со всевозможными бутылками и бокалами. Почти бесформенный дымящийся бариста и верный помощник, их протирающий. Ругающийся на какого-то "нуба" и "криворукого ублюдка" лидер Лиги Злодеев, возмущения которого слышно этажом ниже. Его приспешники, отлично проводящие время в баре, как старые друзья, а не злодеи, знакомые менее года. Вот что опишет Изуку, если спросить его, что он считает домом. Да, он не член Лиги Злодеев. Да, он сам по себе. Однако с этими ребятами живёт его старшая сестра, поэтому он не может игнорировать эту группировку. На самом деле, ему повезло наткнуться на Шигараки, когда и в помине не было ни Даби, ни Твайса или кого-либо ещё из тех, кто находится сейчас в одном здании. Благодаря этому у него есть поддержка в похищениях в лице Курогири и его причуды телепорта и, вроде как, друзья. Он никогда особо не привязывался к людям. Его склад ума далеко не нормален, он знает это, и у него есть рабочая теория, почему именно. Взять хотя бы прямо сейчас съедающее изнутри желание кого-то разделать по кусочкам. И сожрать. Боже, он серьёзно давно не вкушал человеческой плоти. Одноклассники в UA для него что-то вроде интересных людей. Вся авантюра с поступлением - случайность. Ну, оказалось, что Всемогущий достаточно идиот, чтобы раскрыть национальную тайну какому-то левому подростку, о котором он, между прочим, до сих пор не удосужился нормально узнать больше, а потом передать ему одну из сильнейших и уникальнейших причуд, которые Изуку когда-либо знал. Что ж, это приятный бонус, однозначно. Кто ж знал, что этот подросток любит на досуге отрывать конечности и распивать кровь в обнимку с сестрой-злодейкой. Так вот, одноклассники из UA, безусловно, интересны, но не более. В любом случае, никто из них не станет водиться с ним, если узнает, что под маской Гиены скрывается его кудрявая шевелюра. Вообще, он так долго себя не выдавал только потому, что у него есть потенциально отличный план, как сделать это как можно более грандиозным и запоминающимся. И потому, что идиоты-герои и полиция до сих пор не удосужились его поймать. Лига Злодеев – другой разговор. Эти люди творят, что хотят, при этом вроде как даже заботясь друг о друге в той или иной степени. Это приятно. Это чем-то похоже на его волнение о благополучии онэ-чан, хотя и выраженное не так сильно. К чему это подводит? Его не будут грызть муки совести, если прямо сейчас он пойдёт и зарежет кого-нибудь в академии (хотя его мгновенно повяжут, если он будет действовать неосторожно), но он определённо расстроится, если совсем не станет кого-то из Лиги. И он не постесняется склонить одноклассника на тёмную сторону, с подготовленным планом убийства на случай отказа. Все За Одного давно заинтересовался Шинсо Хитоши. Отвергнутый обществом из-за "злодейской" причуды, гонимый на все четыре стороны приёмными родителями, обиженный и злобный ребёнок. К сожалению, ещё и упрямый, с явной целью доказать всем, что они были не правы, списывая его со счетов. Тем более сейчас, когда Шинсо перевели на геройский курс. На самом деле Изуку не особо расстроится, если бессонный подросток откажется сотрудничать. Он уже занимает определённое место в плане по раскрытию тайны. А Изуку Тога, каким бы безумным ни был, любит, когда всё идёт по плану.

–––

Айзаве недостаточно платят. Прямо сейчас он с Цукаучи морально готовился к просмотру нового видео от печально известного Гиены, к огромному неудовольствию обоих. Шота до сих пор не отошёл от того первого ролика около года назад, с помощью которого его ввели в дело. Прошёл почти год, а новой информации почти нет. Всё, что есть сейчас – примерное телосложение на основе сравнения с характеристиками жертв (тревожно маленький рост), предположение о причастности Курогири, появившееся после нападения на USJ. Делать предположения о возрасте, основываясь на росте, крайне глупо , особенно в эпоху причуд. На этом список можно заканчивать. Разве что злодей с каждой новой публикацией становился всё изощрённее. Два месяца назад, например, они имели счастье увидеть фотографию какой-то мясной гирлянды. В следующих видео она никуда не исчезла. Наомаса вернулся в кабинет с двумя кружками кофе, за что Айзава был мрачно благодарен. Мрачно, потому что это вряд-ли сильно поможет. Он мог быть героем подполья, но это не означало, что чрезмерное насилие для него норма. – "Что ж, надеюсь, ты сможешь найти время пообщаться с Гончим Псом после этого", – Шота шутку не оценил, потому что это не особо-то и шутка. Герой и дектив устроились перед компьютером, на котором уже был открыт профиль в Даркнете, и включили запись. Первым делом они увидели не злодея, нет. Сначала была стена, на которой висело слегка... нетрадиционное украшение. По всей площади зигзагом висела верёвка, к которой на примерно одинаковом расстоянии друг от друга висели всевозможные глаза, отрубленные кисти рук, ступни, кое-где будто обглоданные черепа с кусками кожи и мышц, можно было найти даже сердца и, кажется, обрубок кишки. Что-то было привязано другими верёвками, что-то подвязывалось на свои же сосуды или сухожилия. По серому бетону тянулись полосы засохшей крови. Через несколько секунд созерцания в кадр скользнул Гиена с широкой улыбкой и собранными за спиной руками. Он встал в центре, покачиваясь на носках, после чего помахал в камеру и улыбнулся ещё шире, показывая зубы. – "Привет-привет! С вами снова неповторимый Гиена! Сегодня я подготовил кое-что действительно интересное!" – злодей быстрым движением развернул камеру в противоположную сторону. В центре комнаты за запястья был подвешен мужчина. Его ноги так же были скованы цепями, прикреплёнными к полу, как и хвост рептилии. Очевидно, лишая его возможности нанести удар. Он медленно приходил в сознание, дезориентированно моргая глазами. – "Сегодняшний герой – Аригета Сабана! Но в узких кругах он известен как линчеватель Себек", – Гиена издал смешок. – "Назвался богом, но сейчас подвешен цепями чёрт знает где. Выходит, не такой уж ты и могущественный?" Мужчина оскалился и низко зарычал, как крокодил, показывая широкие острые зубы. Что примечательно, ведь у крокодилов они совершенно не такие. На нём, судя по всему, был его костюм линчевателя. Тёмно-зелёная водолазка с рисунком чешуи, бронежилет обычного чёрного цвета, того же цвета широкие штаны. Ноги были босыми, показывая лапы рептилии с острыми когтями и поджатыми пальцами. Жёлто-зелёные глаза с сузившимися зрачками с ненавистью смотрели на похитителя. – "Ты. Урод. Это ты разделываешь невинных людей, как грёбаных убойных животных!" – он забрыкался в цепях, пытаясь дотянуться до Гиены. Гиена лишь расхохотался искажённым голосом, подходя ближе. Он был комично низким по сравнению с подвешенным Сабаной, доставая ему носом капюшона до груди. Злодей схватил Аригету за нижнюю челюсть, опуская его лицо ниже, сам задирая голову к нему навстречу. – "Да-да! Рад, что моё имя становится известным! Жаль, что бестолковые герои не такие умные, как ты, Аригета-кун", – Гиена резко отбросил голову линчевателя в сторону, вставая между ним и камерой. Сабана бился и выкрикивал проклятья, но его игнорировали. – "На самом деле, я разочарован. Прошёл год. Я давал достаточно подсказок относительно себя. Мой круг общения не так уж и широк, и я точно знаю, что как минимум несколько людей смотрят мои публикации в Даркнете. Идиоты до сих пор не сопоставили очевидные знаки, а всё, что им нужно для этого сделать – сесть и подумать. Ну, что ж. За сим у меня есть время и возможность веселиться с жертвами вместо просиживания своей задницы за решёткой." Гиена вышел из кадра, беря что-то со стола, на котором стояло записывающее устройство. Он вернулся через несколько секунд с железными двусторонними крюками в одной руке и солидным тесаком в другой. – "Как я уже сказал, сегодня я подготовил кое-что действительно классное. Но сначала традиционное вырывание глаза. О, и я хочу твой хвост! Интересно, он абсолютно такой же, как у настоящих крокодилов, или немного другой?" – "Отвали от меня, демон!" – Аригета снова задёргался, отчаянно желая нанести удар злодею, но не мог в силу своего положения. Явно расстроенный, он зашипел. – "Хе-хе, мне нравится твой дух! Ты не должен сломаться в процессе!" – прокомментировал уже привычный искажённый модулятором троящийся голос. Гиена подошёл к Сабане и протянул закрытую чёрной тканью руку к его лицу. Мужчина наклонял голову назад, ворота нос, пытаясь избежать неизбежного. В конце концов злодей опустил его голову второй рукой, открывая себе доступ. Пальцы вошли в глазницу, вызывая шипение и дёрганья, в конце концов сжимая и извлекая глазное яблоко. Гиена держал его над головой за свисающую нить глазного нерва, разглядывая со всех сторон. – "Восхитительно. И ты даже не закричал, это реально круто!" – глаз был убран в прозрачную коробочку и отставлен на стол. – "Ублюдок..." – "Итак, теперь приступаем к, так сказать, филейной части сегодняшнего мероприятия! Думаю, некоторые должны быть наслышаны об одной особенной казни викингов. "Кровавый орёл"." Судя по тому, как побледнел Аригета, он точно знал, о чём идёт речь. – "Н-нет..." – "И сегодня я не в настроении выслушивать болтовню. Сегодня я хочу слышать крики!" – оцепеневший Сабана не успел среагировать, когда Гиена вытащил нож меньшего размера из кобуры на ноге и силой раскрыл его рот. Лезвие молниеносным движением прошло по языку, после чего челюсть была резко захлопнула, а губы срезаны. Мужчина закричал и выплюнул язык. Злодей его подобрал. – "Вы только поглядите! Он такой же белый, как у крокодилов!" – он подошёл ближе к камере, высовыая свой собственный язык и держа рядом другой, для удобства сравнения. Отбросив орган в сторону, Гиена вернулся к Аригете, по подбородку которого стекала кровь. На его единственном глазу выступили слёзы, но это не мешало ему с гневом преследовать взглядом злодея. Гиена взял тесак, похлопывая плоской стороной по ладони, размеренными шагами двигаясь вокруг жертвы. – "Итак, кровавый орёл..." – он зашёл за спину мужчины, что примеряя тыльной стороной оружия. – "А знаете, я лучше покажу." Злодей взял камеру и закрепил на штативе в стене и отрегулировал. Она висела не прямо за спиной линчевателя, а по диагонали, благодаря чему Гиена не закрывал собой весь кадр и было видно и спину Сабаны, и все махинации, которые явно собирались с ней проводить. Гиена без предупреждения замахнулся тесаком, отрубая хвост. Тот упал на пол со звоном обмотанной вокруг него цепи. Аригета задёргался, издавая что-то между криком и рычанием. Злодей поднял конечность, тут же пробуя на вкус. С небольшим трудом он разорвал зубами толстую кожу у места среза, после чего оторвал кусок мяса, в результате чего перемазался кровью. – "Интересный вкус... Мне определённо нравится!" – он отбросил хвост в сторону, чтобы не путался под ногами. – "Надеюсь, ты не будешь возражать, если я сделаю тебе надрез на спине. Или два. Хотя какая разница." Гиена прошёлся лезвием по ткани, снимая водолазку вместе с бронежилетом, убирая из пределов досягаемости, на что Сабана зарычал. Злодей провёл пальцами вдоль линии позвоночника, затем краешком тесака по воздуху провёл параллельную ему линию по правой стороне, намечивая разрез. После этого он с силой вонзил оружие у самого основания шеи с хрустом и брызгами крови, сопровождаемыми криком. Гиена вогнал лезвие глубже, пошатывая его для лучшей проходимости. Погрузив в плоть удовлетворительную длину, он перехватился двумя руками и со всей мочи протащил тесак в самый низ, упираясь в тазовую кость. Каждое ребро, встречающееся на пути, издавало треск. Разве это должно быть так легко?. Из раны уже сочилась кровь, чему не помогали брыкания Аригеты. Злодей проделал те же махинации вдоль левой стороны позвоночника, после чего вонзил тесак мужчине в бедро, потому что его некуда было девать, а на пол бросать не хотелось. – "А теперь самое вкусное!" Гиена всунул две руки в надрезы, подцепляя пальцами рёбра, и развёл их в стороны. Сабана прогнулся в отчасти торчащем позвоночнике с громким криком. Кости и хрящи пронзительно затрещали, ломаясь от сгибания. Злодей открыл грудную клетку как шкаф, а её куски теперь висели на одной коже как его дверцы, показывая органы. Злодей рассмеялся, подковыривая пальцем полоску кожи на самом позвоночнике, дёргая её вниз и отправляя в рот. – "Как чудесно! Этап второй!" Гиена вновь подбежал к столу, вернувшись с несколькими мотками верёвки и железными кольями. Пока Аригета слабо извивался от боли, он продевал верёвку через отверстие в железном коле, делая узел, а на другом конце делал небольшую петлю, очевидно, для зацепления за крюк. Закончив данную операцию со всеми шестью верёвками, периодически меняя положение тесака для обновления действия своей причуды, он взял одну из конструкций, раскручивая в руке конец с крюком. – "Кровавый орёл – способ казни у древних викингов. По сей день считается одним из жесточайших. Провинившемуся выворачивали рёбра, а лёгкие развевались на ветру, за что казнь и получила своё название", – Гиена говорил это с улыбкой, как будто рассказывал о любимом рецепте пирога, а не кровавой пытке. – "Ветер я здесь не сымитирую, но у меня другие планы", – он облизнулся. – "Гораздо более вкусные." Злодей поочереди продевал крюк в кожу вдоль края болтающегося куска грудной клетки. – "В теории, у меня должно сейчас получиться кое-что довольно эффектное!" – он со смехом схватил один из кольев, подбежал к стене сбоку и вонзил острие в бетон, натягивая кожу. Чёрт возьми, откуда такая силища? Удовлетворённо похлопав в ладоши, он вернулся к шмыгающему носом Сабане и проделал тоже самое с ещё двумя, размещая их на разной высоте. Из-за натяжения предыдущие разрезы надорвались, протянувшись на бёдра и плечи. – "Ах, Аригета-кун! Ты такой красавец! Восхитительный вид! Я умираю от этого шикарного аромата крови!" С восторженными комментариями Гиена повторил действия со второй половиной грудной клетки. Закончив, он отощёл назад, любуясь результатом своих трудов. Сначала он разплылся в широком оскале, затем послышался низкий смех, становящийся всё громче, пока не перерос в истерический. Искажение голоса лишь добавляло дискомфорта от его звучания. Злодей впопыхах неаккуратно снял камеру со штатива и поставил на стол, не забыв по пути метнуть нож в руку Сабаны. Теперь мужчину было видно спереди. Запястья и лодыжки кровоточили от постоянного трения о железные оковы, из нескольких мест торчали ножи разных размеров. Из единственного глаза текли смешанные с кровью из глазницы слёзы. Полный боли и ненависти взгляд был обращён к мучителю. Растопыренные отрезки спины сильно напоминали перепончатые крылья. По телу и ногам обильно стекала кровь, капая на пол. Злодей вернулся к Сабане, зайдя за него. Он взял в руки неприкрытые лёгкие, с восторгом наблюдая за из движением в такт дыхаю. Затем он взялся одной рукой выше. Из-за положения камеры не было видно, но, скорее всего, он держал трахею. После этого Гиена дёрнул на себя, вырывая органы дыхания из тела. Глаз Аригеты расширился, рот раскрылся в беззвучно крике. – "Вот они – лёгкие здорового человека. Не куришь, Себек? Это отлично, ведь я могу съесть их!" – злодей показал мужчине его же органы, как бы поддразнивающе тряся ими перед лицом. Он облизнулся и с чавканьем впился зубами в сырую плоть. Сабана с ужасом наблюдал за этим. Если Айзаву и вырвало, то Наомаса не заметил этого, занятый собственным оцепенением.