mirrorball

хэчан всегда был удобным для других. как зеркальный шар, он отражал и показывал только то, что было бы приятно видеть другим людям, старался подходить под их настроение, предпочтения, да и в целом подходит под всё, лишь бы с ним оставались рядом. но разве шары не бьются? не рассыпаются на тысячи осколков, которые потом невозможно склеить воедино? вот тогда-то минхён и нашел разбитого донхёка.

***

это было в загородном доме, который снимали подростки, чтобы отпраздновать выпускной. марк вообще-то не планировал ехать в это место, у него особо не было желания тратить своё время и деньги, но всё тут же решилось само собой после фразы: "там хэчан будет, кстати". и хэчан там правда был. он прятался под барной стойкой на кухне, вокруг него валялись осколки от разбитого бокала, а по щекам стекали огромные слёзы. были слышны еле уловымые всхлипы, которые хёк пытался всеми силами сдерживать. но сердце минхёна треснуло именно в тот момент, когда он заметил раны на его пальцах. они были не слишком глубокими, но почему-то сильно кровоточили. скорее всего хэчан поцарапался в попытках как можно быстрее собрать осколки. он старался их убрать, пока никто не пришёл, не заметил, но видимо марк был слишком тихим. настолько, что как раз таки именно донхёк его и не увидел. — хёки, слышишь меня? - сидящий на корточках минхён пытался достучаться до человека напротив, который явно погряз в своих мыслях. после этих слов хэчан резко вырвался из своих размышлений и испуганно посмотрел на марка. кажется, это был самый страшный сон хёка. быть найденным в таком состоянии, так ещё и человеком, которого ты тайно любил на протяжении нескольких лет.. да уж, и вправду смахивало на какой-то триллер. — ты можешь встать? нужно пойти умыться и обработать раны. я помогу. - марк старался говорить как можно мягче. — минхён? - донхёк до сих пор не мог понять, точно ли это всё происходит именно с ним. — да, да, это я. вставай и иди в ближайшую ванную, я пока уберу всё тут и после подойду к тебе. - марк аккуратно взял хэчана за локоть, давая тому опереться на себя, чтобы хёку было легче встать. хэчан поднялся и, стараясь как можно тише, не привлекая внимание других подростков, начал искать нужную ему комнату. он был в этом доме первый раз в своей жизни, но каким-то чудом всё же быстро нашёл ту самую "ближайшую ванную". зайдя в неё, ли первым делом промыл руки под водой, чтобы очистить их от крови и ничего не запачкать. а после, умыв лицо и отпив немного холодной воды, сел на стиральную машинку, стараясь привести свои мысли в порядок и проанализировать всё произошедшее. за один гребаный вечер на него навалилось столько всего и сразу, что он даже не успел всё нормально осознать.

***

мысли донхёка снова были прерваны марком, который ворвался в комнату с небольшой аптечкой. честно, хэчан понятия не имел откуда тот мог её достать, но решил, что сейчас не время для глупых вопросов. — ты как тут? - ставя аптечку в раковину и доставая всё нужное, поинтересовался тот. — мне уже лучше, спасибо! можешь идти, не трать тут время, я и сам могу всё обработать. - и в этом была доля правды. да, хёк смог бы сам залечить раны, но он не хотел, чтобы ли уходил, хотя и понимал, что это очень эгоистично с его стороны. но тот и не собирался его покидать. вместо ответа минхён сперва нежно взял правую руку донхёка в свою и начал осматривать каждый палец, тут же обрабатывая обеззараживающем раствором все замеченные им раны. после промокнув всё медицинской ватой, марк достал забавные пластыри, на которых были изображены разные зверьки. — какого зверька хочешь на эту рану наклеить? - на лице марка появилась самая теплая и добрая улыбка, которая наверняка отпечатается в памяти хэчана навечно. — давай енота, а на следующий палец жирафа. — о, смотри, тут и ёжик есть! прям вылитый ты. - ища в коробке нужный ему пластырь, заметил ли. — эй, это еще почему? - делая обиженное лицо, начал возмущаться донхёк. — иголками своими, ну ты так и хотел прогнать меня. - минхён даже не пытался скрыть смех в своём голосе. он на прямую подшучивал над человеком напротив. — ты же знаешь, что я не хотел этого. — не хотел что? — что бы ты меня оставлял. тишина. очень неловкая. может это хэчан сказал слишком много или марк слишком много спрашивал, это уже не важно. донхёк всё так же сидел на стиральной машинке, а ли стоял между его ног, держа его руку, заклееную пластырями, и смотрел прямо в глаза. конечно хёк ему нравился, даже больше чем могло показаться. минхён любил его любым, но в особенности настоящим. когда тот не пытался подстроиться под какого-то, а просто являлся таким, какой он есть. они были знакомы с детства, и хотя их общение могло угасать временами, марк всегда помнил каждый момент с донхёком и всегда мог отличить его поддельную личность от истиной. он никогда не понимал, зачем тому вообще притворяться кем-то другим, когда его личность сама по себе драгоценность. — левую руку я могу и сам обработать, если тебе тяжело, минхёни. - теперь очередь хэчана вырывать того из мыслей. честно, марк чуть не подавился воздухом от того, как хёк его только что назвал, но всё же через усилия сохранил спокойный вид лица. — нет, я отлично справляюсь. разве не заметно? в ответ молчание. — донхёк, не прогоняй меня, если сам того не хочешь. не то чтобы я правда ушёл, если б ты попытался меня прогнать, но всё же. — ты похож на лиса. — что? — такой же хитрый. — не правда. давай уже левую руку. - принимая ладонь, закончил марк. диалог больше не продолжался. минхён проделал все те же махинации, что и с прошлой рукой и принялся заклеивать раны в тишине, самолично выбирая животных на пластырях. донхёк так терпеливо наблюдал за меняющимся выражением лица человека напротив, который так долго и серьёзно обдумывал каждый выбор этой, казалось бы обычной наклейки на кожу, что в итоге не сдержался и положил свою правую руку на голову марка. тот удивлённо поднял глаза, но ничего не сказал. хэчан же начал буквально гладить минхёна, как маленького котёнка, а после вообще стал делать незамысловатый массаж головы. честно, он готов был поспорить, что ещё немного и ли правда бы замурчал, как настоящий кот.

***

наконец-то покончив с обработкой ран и пластырями, марк мог спокойно выдохнуть и обсудить всё его волнующее. — хёк, прости, но не мог бы ты рассказать мне, что там произошло? вместо ответа, тот лишь опустил голову вниз, стараясь найти подходящие слова для объяснения, ведь он правда хотел, да, хэчан правда хотел поделиться этим с минхёном. — если что, я не настаива.. - марк уже начал жалеть, что вообще задал этот вопрос, но был прерван. — если честно, я случайно уронил тот бокал, но было такое ощущение, что помимо него треснуло ещё что-то, даже более хрупкое, что уже давно было надломано и лишь ждало своего часа. донхёк никогда не говорил напрямую о своих настоящих чувствах. только подобными словосочетаниями он мог описать всё, что происходило у него внутри. и на самом деле, такие вот его высказывания мало кто понимал, минхён же, кажется, понимал его с полуслова. — ли донхёк, тебе не нужно подстраиваться под других, ломая себя же изнутри. ты можешь понравится людям таким какой ты есть. - марк замолчал на несколько секунд, но потом всё же продолжил. — ты понравился моему сердцу именно таким. вот вот и из глаз хэчана могли бы уже второй раз за этот день потечь слёзы, но он не хотел этого допустить. всё что он сейчас хотел, так это объятий. самых тёплых объятий в мире. он хотел обнять минхёна со всей нежностью и любовью, которая накопилась в нём за многие годы. расставив руки в разные стороны, донхёк ожидал дальнейших действий от человека напротив. тот же не заставил долго ждать, и прижавшись вплотную, стиснул в своих руках, казалось, крошечного хёка. марк не был уверен сколько минут они так обнимались, но отстранившись друг от друга, хэчан аккуратно обхватил ладонями лицо ли и со всей мягкостью поцеловал в лоб. — нет, ну ты точно лис, иначе я не могу дать объяснение тому, как ты ловко украл моё сердце ещё в младшей школе. - рассматривая пластырь с лисом на пальце левой руки, игриво произнёс донхёк.