Пролог
5 ноября 2023 г., 10:54
Тьма. Ночь. Лишь свет луны, одиноко весящей в бездне неба, разрезает это чёрное пространство. Однако в доме, стоящем в отдалении от остальных на холме, суета. Повитуха не отходит в этот час от роженицы ни на шаг.
— Скорее, ещё полотенец и воды! — крикнула она.
Мужчина в тот же миг сорывается до кладовой и возвращается с тем, что потребовали. После он вновь располагаетсяся на стуле, нервно ерзая на нём. В окне отражаютсясь лишь его гладко выбритое лицо и свеча, что тускло освещает комнату. Напряжение не покидает его. “А-а-а!!!”. Каждый вскрик содрогает душу. Он достает свою трубку, дрожащими пальцами набивает ее трубочным листом, поджигает заклинанием огня, делает глубокую затяжку и выдыхает. Здесь и сейчас, это остается единственным для него ритуалом, который помогает вернуть привычное состояние хладнокровия или по обыкновению заглушить эмоции и переживания. Рождение сына волнительный момент, к которому, ему казалось, он готов, однако в действительности не может спокойно усидеть на одном месте.
Он вглядывался в ночное небо, как вдруг его ослепила внезапная вспышка света. “А-а-а!!!”
* * *
Я открываю глаза, но вокруг ничего нет. Лишь тьма. Тьма, в которой не возможно увидеть хоть что-то. Однако здесь тепло, что-то согревает меня и будто обволакивает. Не знаю как давно я в этои пространстве. Иногда доносились чьи то голоса, владельцев которых мне увидеть не удавалось. Но порой казалось, что слышу и сердцебиение. В один момент неизвестная сила, словно обвив, начала вытягивать меня уже из столь привычного места. Я не хочу покидать его, но сопротивляться ей не могу. Именно сейчас мне довелось впервые увидеть свет, перед тем как я вновь увижу его спустя долгое время…* * *
— Всё, всё… Спокойно, ты справилась, — говорит повитуха только что родившей, обессиленной девушке. Мужчина застыл, неспособный пошевелиться. Трубка в его руках уже успела потухнуть. Он хочет понять, что только что произошло. — Дидэг, это мальчик, — голос повитухи вырывает его из размышлений. Он подошёл к кровати и взял младенца. — С Ночью Рождения, Гранделиберт! — говорит Дидэг, приложив свой лоб ко лбу сына.* * *
Минуло две недели с ночи, когда упала звезда, на мгновение развеявшая тьму. Жизнь в деревни Фимбриа идёт своим чередом, но недавнее событие всё ещё не сходит с уст местных жителей. Правда кроме своих домыслов да каких-то странных поверий никто из деревенских больше ничего толкового сказать не мог. Мысли о той звезде не отпускают Дидэга с того самого момента, как родился Гранделиберт, однако найти хоть толику интересующей информации о ней не выходит. Никто ничего о ней не знает, а в имеющихся у негоо на руках книгах нет и слова о чем-то подобном. Он сидит, уставившись на одиноко стоящую свечу на столе, потягивая трубку. В его кружке уже остыл взвар из свежей темньки и мелиты. Вдруг, подобравшись сзади, его аккуратно обнимают со спины, положив голову на плечо. — В последнее время ты совсем мрачный стал. Что-то случилось? — обеспокоено, но в то же время ласково спросишивает девушка, погладив мужа по груди. — Никак не удается выкинуть из головы тот свет, — Дидэг гладит волнистые чёрные как уголь волосы жены, — вероятно мне придётся всё же съездить в столицу. — Если это помож… — однако в этот момент Дидэг её перебивает. — Поеду только в тот момент, когда буду уверен, что ты окрепла, Каллиста, и сможешь какое-то время справиться без меня, — он чуть поворачивает голову и целует её. В доме тишина. Легким эхом разносится редкое потрескивание огня в печи. В другой комнате сладко и размеренно сопит спящий Гранделиберт. Кажется, что этот покой ничего не сможет потревожить. Дидэг резко встает, что-то его сильно обеспокоило. — Каллиста, бери Гранда, рапиру и в подвал. — Что случилось? — Барьер пересекла группа людей, и судя по всему это не торговцы. — Поняла. Знак тот же? — Да, три отрывистых стука. Каллиста снимает со стены совю рапиру и бросает нож, висящий рядом, Дидэгу. Он ловит его, слегка кивает и выходит. “Ладно, Гранд, пойдём,” - проговаривает она у себя в голове и, взяв сына, спускается в подвал. — Кэмил! Кэ-мил! — Что за спешка? Что за беспокойство Дидэг? — говорит, разводя руками, словно хочет обнять, пухлый мужчина. — Есть повод! — Дидэг переводит дыхание после пробежки, — едет группа людей, смею предположить это солдаты. — И чего они по твоему здесь забыли? — староста задумчиво чешет свою козлинную бородку. — Вот сам от них и узнаешь, Кэмил, — Дидэг раздраженно поднимает тон голоса, — ты помнишь, что про меня и мою семью ни слова? — Обижаешь, друг, — Кэмил состроил показательную обиду в этот момент. — Готовься встречать их. Однако Кэмил продолжает обходить главную площадь деревни Фимбриа, словно и не было этого разговора. На ней сегодня тихо, впрочем как и всегда. Торговля идёт не сказать чтоб очень бойко. Все друг друга и так знают, зазывать как в крупных городах смысла нет, если только объявить, что есть свежий товар. Глашатай лежит на своём помосте, новости не особо доходят до самой южной границы Империи Дракоруфус, из-за чего ему не о чём поведать своим односельчанам. Поэтому он ждёт поздней луны, чтобы взять в руки свою лютню и отправиться в таверну, развлекать посетителей балладами. Женщины и мужчины периодически подходят к каменному колодцу, набрать воды домой да перекидываются в это время слухами. Дидэг садится среди неаккуратно поставленных коробок, чтобы было тяжело разглядеть его, и нервно сжимает рукоять ножа. Грохот копыт разнесся громом по деревенской площади. Мужчина в широкополой шляпе и укрытый плащом, возглавляющий отряд, спешился звякнув металлическими вставками на ботинках. Свет от факелов растворялся в бордовом, словно давно застывашая кровь, цвете его одежды. Три рыцаря, полностью закованные в доспехи, остались верхом позади, словно статуи. Мужчина молча оглядел площадь, опустил маску, закрывающую рот и нос, и начал свою речь. — Мы прибыли из Драконидума, по поручению нашего светлейшего императора и так далее, — голос солдата с нотками иронии разносится по площади неприятным звуком, словно скрежет метала, — короче, мне надо на пару слов вашего старосту! — Здравы будьте! — Кэмил идет к ним, приветствуя их с улыбкой и поднятым золотым значком старосты в руке, — давненько к нам не заглядывалт гости аж из самой столицы. Может пройдём в мой дом и там спокойно поговорим? — В этом нет нужды, я задам только пару вопросов, — солдат пренебрижительно отмахнулся. — Что ж, как вам будет угодно. — Вы видели упавшуюю звезду? — сразу начал тот. — Не просто видел, казалось ослепну от ее света! — Как давно? — Как пить дать, недели две назад… — Были в это время новорожденные? — Корова у нас отелилась… — начал радостно сообщать Кэмил, но оборвал свою речь под тяжелым взглядом мужчины. — Попрошу отвечать по делу, и не вздумай мне врать, — со скрежетом в голосе холодно произнёс солдат. — Был один, но увы, горе, мертворождённый оказался, — староста понурил взгляд, — двенадцать ночей назад сожгли уж его как и положено, кости ещё не перетерли. — От него осталось то кострище по пути в деревню? — на лице мужчины не дёрнулся ни один мускул после слов о мертворожденном. — Да — Хорошо. Солдат развернулся и подошёл к своему коню. Прежде чем оседлать его, он делает глубокий вдох и немного поворачивает голову в сторону Дидэга. — Последний вопрос… — солдат делает паузу, — у вас есть деревенский заклинатель? — Милсдарь, да откуда ему у нас взяться, роскоши то такой? Нам остается только лишь уповать на помощь редких магов авантрюристов. Солдат переводит взгляд на Кэмила, будто оценивает его. После, не проронив и звука, седлает коня, дает знак сопровождению, и отряд уезжает туда, откуда и приехал. Кэмил тяжело выдыхает, как только эта делегация убралась восвояси. Он подходит к Дидэгу и плюхается рядом. Тот протягивает ему уже подготовленную трубку. — Хороший у тебя труболист, — говорит Кэмил, выдыхая сладко-горьковатый дым. — Нихрена это не обычные солдаты, — голос Дидэга дрожит, — и прибыли они явно не по приказу императора. — Как ты это понял? — Кэмил затягивается после своего вопроса. — Те рыцари, это были паладины, по мелочи их не отправляют. Не факт, что я смог бы с ними запросто расправиться сейчас, — взгляд его направлен вниз. — А этот жуткий мужик? — Это был венатор - ловчий архимага. Хоть снаряжение у них видимо и поменялось, но по манерам и способностям точно он. Почувствовать присутствие магии среди обычных людей способны только они, — Дидэг забрает трубку и затягивается — Я было уж испугался, что это винтор, вантер, неважно как его, раскусил меня! — Ты хорошо сыграл, да и повезло, что реальные факты совпали… Дидэг легонько кладёт руку на плечо старосты, чуть похлопав, выражая тем самым свою благодарность. После встаёт и направляется домой. Он бредёт мимо деревянных домов, что хаотично разбросаны по деревне, мимо проходят деревенские, возвращающиеся домой с полей и лесозаготовок. Они раддостно приветствуют его, ведь он многим помог своей магией, сделав их жизнь в этом марчном мире немного проще и лучше. Однако внутри Дидэга от них внутри всё сжалось в напряжении, а его грудь словно сдавили тисками. Он боится подвергнуть свою семью опасности. Его страх усилился, когда он узнал, что Каллиста носит ребёнка от него. Но сейночи, если бы Кэмилу не удалось одурачить венатора, могла пострадать вся деревня, жители которой так благородно позволили ему - магу изгою, поселиться здесь. Так погруженный в мысли Дидэг не заметил как поднялся на холмик к дому. Калитку закрыть он и вовсе, оказывается, забыл. Зайдя домой, он останавливается перед дверцей в полу, ведущей в подвал, и делает глубокий вдох прежде чем открыть её. Только он начал приподнимать её, в мгновенье ока она распахивается полностью, а на своей шеей чувствует холодный кончик рапиры. Каллиста всё время была наготове, чтобы защищаться. — Всё в порядке, — говорит он ей с поднятыми руками, — они ушли. — Слава дракону! После этих слов Каллиста кладёт рапиру рядом, а сама падает на грудь Дидэга, обнимая его и тяжело выдыхая. — Ты всё ещё в прекрсаной боевой форме, дорогая, — он ласково взъерошивает ее шелковистые волосы. — Мы же договорились, что ты подашь знак, три прерывистых стука, — в это время она отстуччала их по его груди. — Извини, я как-то забыл… — Идиот, — Каллиста сжала мантию Дидэга, вытерла ею свои слезы, а после аккратно разгладила. Некоторое время они так сидят, не шевелясь и не издавая ни звука. — Знаешь, это мне напомнило нашу встречу. Я тогда разбирал проход в подвал в поместье. Не успел я и несколько досок убрать, как ты выскочила из них. — Тогда ведь я чуть не прирезала тебя, — Каллиста усмехнулась, прикрыв рот. — И это несмотря на твои раны, — Дидэг обнял жену посильнее.* * *
Наблюдать за этими двумя последние две недели очень занимательно. Форма тела для меня не привычная, похоже я теперь делю тело с человеческим младенцем. Хотя нет, я всё же скорее здесь гость. Всё видеть, всё слышать, испытывать эмоции, но это тело мне не подвластно. И странное дело. Помнится мир был совершенно другим. За всё время я не увидел солнца. Это сбивает с толка, оно ведь должно быть! А главное, никого не волнует, что его нет… Отец этого ребёнка интригующий человек. Я чувствую, что он сильный маг, но судя по всему пытается это скрывать, будто не гордится сей фактом. И так старательно поддерживает образ холодного и рассудительного, хотя внутри у него прямо бурлят эмоции, но их старательно прячет. А мать его не менее интересна, но девушка она славная. В отличии от своего мужчины, она куда честнее со своими эмоциями. Она хоть и выглядит нежной и хрупкой, но слабой ее явно не назвать. Да и интересней ей всё же будто заниматься растениями в саду, чем держать свою рапиру. Видимо мне не скоро удастся сделать хоть что-то, чтобы найти ответы свои вопросы. Однако интересно, что же ждёт меня в будущем. Или точнее “нас”…
