Записи в тетради

Не знаю, кто это будет читать, но скорее всего я уже умер.....или лежу где-нибудь в канаве, будучи пьяный в сопли, не понимая, где я, что происходит и кто я. Но это всё неважно. Ты уже начал читать этот текст и будь добр дочитать его до конца. Не хотелось бы мне, чтобы мой читатель остановился на первой строчке. В каков же смысл в этом тексте? Правильно, кормление собственного эго и банальное занятие себя чем-то, помимо проживание этой жизни. Хоть это и основной смысл этого текста, но также суть его в том, чтобы рассказать историю о том, как я докатился до такой жизни, и что со мной происходило по сей день....... Да, проще говоря, кормление собственного эго. Тяжело найти точку отчета, когда жизнь пошла не по тому сценарию, который мне бы хотелось проживать, но видимо, не всё в этой жизни находится в наших руках и те лицемеры, которые с пафосом и серьезными лицами загоняют нам, что всё в наших руках и только мы пишем свою историю, является жестким наебаловым. Если вы слышите такое, то проверьте собственные карманы, возможно, каких-то купюр уже недостает, а вашей голове не ваши мысли, а их. Но всё же, где начало? Можно начать считать, что само моё рождение и есть начало, когда всё пошло что-то не так, а это 1992 год 25 марта. Моё пребывание в утробе матери уже было моментом, когда мне не стоит жить. По словам моей мамы, я перестал двигаться в утробе, одна женщина врач уверяла, что всё в порядке, но как оказалось, что я там задыхаюсь. Но меня спасли от такой глупой смерти, а может так у всех происходит, что не родившись мы уже сталкиваемся с реальностью, где Смерть это наш спутник до конца дней. Возможно, люди когда-нибудь придумают лекарство от смерти и тогда мы избавимся от экзистенциального ужаса перед Смертью. Не знаю, но точно знаю, что мой брат или сестра явно мне были не рады. Если существует Рай и Ад, то он или она сидит с небес и охуевают с того, как такой человек, как я, получил право на жизнь, а наша мать обрекла их на не-бытие, сделав аборт. Что же могу сказать этим неудачникам........Я получил право прожить эту жизнь за вас, поэтому смотрите молча, завидуйте и думайте, какой я долбаеб или гениальный человек. И вот я всё это расписал, но все же не нахожу нужной точки. Её возможно и нет, а я занимаюсь тем, что ищу черную кошку в темной комнате. Но проблема в том, что я не помню всей своей жизни, а только конкретный момент, когда начался именно Моя история. Всё, что было до этого будто является обычным предисловием, которое можно было и пропустить, если только была возможность. И в процессе размышления о своем прошлом, я вспоминаю только моменты. Сексуальные домогательства, родительская жестокость, первое осознание страха перед высотой, социальная неловкость и всё такое прочее. Это моменты, в которых уже нельзя уловить логику. Но они закрепились в моей памяти, а значит мой мозг считает, что именно эти моменты больше всего повлияли на меня. И эти моменты привели к той точке, которую могу считать истинным началом своего Я. Вот она эта точка, а конкретно моё 15-летие. Нельзя сказать, что проживал очень увлекательную жизнь, но именно этот момент я считаю началом того, что мой разум стал сбоить. Как говорил какой-то чувак: «Кто не был в юности революционером, у того нет сердца. Кто в зрелости не стал консерватором, у того нет разума». Ну или как-то так. Кажись, это сказал Черчилль. У этого алкаша порой проскакивают умные мысли. Жаль эта не из таких. Я перефразирую его: «Кто не был в юности революционером, у того нет сердца. А кто стал в зрелости консерватором, того поглотило безумие». Потому что я такой. В моем 31-летним сердце живет революция, а разум каждый раз подвергается нападкам безумия. Реальность каждый раз пытается свести меня с ума, что порой у неё получается. Живя в такой реальности тяжело не подвергнутся влиянию безумия. Все это понимают, но никто не сознается в абсурдности происходящего. Люди бегут от неё в церковь, на дно бутылки или в наркотрипы. Так как всё это гораздо лучше, чем нам предлагает современное общество. Но всё я начал писать этот текст о своей истории, а не революционный памфлет. Поэтому переключим своё внимание на меня. А именно на то, что я такой же человек, как и все вокруг. Моё сознание подвергается ещё большему испытанию, чем у человека, который вообще в хуй не дует о том, что жить можно по-другому. Проще говоря, да, я начал много пить и употреблять героин. Черт его знает, как мне удалось выжить до этого момента, но видимо история о моем пребывании в утробе повторилась. Мне тупо повезло. Хоть я и закрытый человек, но добывать героин, не имея каких-нибудь знакомств, очень затруднительно. Поэтому, не по своей воле, я обзавелся некоторыми связями. Это были такие же потерянные люди, которых не устраивала реальность. Они полностью себя отдавали наркотикам. Крайне унылые люди, стоит сказать. Но был среди этих наркоманов один человек, который был очень красив. Его внешность сочетала в себе женственность и мужское начало. В этот момент я потерялся. Будто что-то во мне дало трещину. Это не была любовь, оставьте это для тех, кто хочет закрыть человек в клетке, назвав его своей собственностью. Это было что-то противоречивое, что из-за собственной безграмотности я вряд-ли смогу описать так, чтобы меня поняли. Это было всеохватывающая свободная страсть. Её сила сдавила моё сердце и вызвало безумное желание притронуться к нему, увидеть его голое тело, попробовать его на вкус, понюхать и оказаться среди многих, как он. Его присутствие было, как черное пятно на белой стене, но наоборот. Среди грязи он был чистым местом, которое хотелось бы показать всем, что можно быть такими же. Да, этот парень был таким же искателем укромного места от реальности. Но его отличие заключалось в том, что он своим внешнем видимо так же бунтовал против места, где мы все обитали. Этот притон был ужасно сер, а люди становились неотличимые от друг-друга и стен. Они вызвали представления, что вот-вот и они полностью потеряют своё тело, и станут одним целым с этим местом. Я подошел к нему и у нас завелась обычная светская беседа. Не могу сказать, о чем мы конкретно говорили, так как не помню. Видимо, мозг мой посчитал её крайне унылой. Ну и хуй с ним. Мы много раз встречались и с каждым разом я менял своё отношение к нему. Если раньше я мог сказать, что мне хочется заняться с ним чувствительным сексом, то сейчас моя страсть переросла в платоническую, хоть мне до сих пор хотелось прикоснуться к его голому телу, секс с ним стал для меня чем-то противным. Не знаю, понимал ли он моих чувств, но, думаю, на бессознательном уровне чувствовал, что во мне творился сущий пиздец. Но мне не хотелось бы, чтобы читатель посчитал, что он был интересен мне только внешне, хотя можно было понять, что не только внешность привлекло моё внимание. Он ебанный безумец, но не те, которые обитают во внешнем мире. Кто на полном серьезе считает, что они свободные люди, которые имеют власть над собой, при этом постоянно находят на нелюбимую работу, участвуют в выборах государства, которые они всем сердцем недолюбливают, покупают автомобили с мыслью, что вот они умные, теперь им не придется находиться в пробках, сидя в набитом автобусе, а в собственном автомобиле. Проститутки для них враги, но сами не против обратиться к их услугам, а к своим женам относятся, как к вещам. Их Бог есть Порядок, которому нельзя сопротивляться, а иначе грех. Адам и Ева взбунтовались, что Бог выгнал их из Эдема. И теперь из-за таких бунтарей мы в полной жопе. Что же, если Адам и Ева смогли устроить бунт против Бога, то чем мы хуже? Прекрасный человек говорил, что Бога нет, а значит и нет Порядка, Абсолюта, который бы установил необходимость в существования нашего мира. Нет, говорит он, мы не-необходимо существуем, но возможность нашего существования есть необходимость. Древние понимали это, мир не был создан Богами, они не являются нашим первоначалом. Первоначалом является Хаос. Только ему по силу создать то, что может содержать в себе противоречие, но не являться полностью противоречивым. В этом мире нет чего-то такого, что могло быть необходимым, кроме необходимости контингентности. Из этого следует, что догматическая метафизика, а за ней современная философия, которая ставит в абсолют корреляцию, является хуитой. Мир может существовать без человека, мы не были свидетелями его создания, но он являлся таковым по отношению к нам. Из этого следует, что все, во что мы безудержно верим, а это в государство, капитализм, институт семьи, Бог и прочие, не являются чем-то, что необходимо существует. Мир будет существовать без этого, а если и мир может существовать, то и мы сможем. С этого момента началось наше похождение. Мы ушли из того притона и обратили внимание на безумный мир. Первым делом мы притворились, что теперь являемся такими же как и все остальные безумцы. Устроились на работу, начали носить белые рубашки, брюки и туфли. Мы вторглись в стан врага, дав им иллюзию, что мысли об анархии нас больше не посещают. Пришлось терпеть это блядство какое-то время, но всё ради того, чтобы им подозрение насчет нас исчезло. Вот тогда мы начали свой бунт. Началось всё с простого. Частые перекуры не нравится системе, так как вы выпадаете на время из производственного процесса. Но этого мало. Мы были бы социал-демократами, у которых нет духа бунта, а только унылое соглашательство и пуки с трибун парламента. Поэтому мы стали искать тех, кто осознает всю абсурдность данного бытия и готовы на бунт. Но на идею о создании какого-нибудь профсоюза мы забили, так как это не являлось действительным проявлением нашего недовольства. Находились, как мужчины, так и женщины, чьи сексуальные потребности подавлялись под этикой корпоративной культуры. Чьи тела сокрыты под слоем одежды для яппи. Мы стали привлекать их к сексу на рабочем месте. Сперва в туалете, а затем на самом рабочем месте. Глупо было бы прямо в открытую трахаться на рабочем месте. Никому не нужны были бессмысленные жертвоприношения. Поэтому, когда был день и куча народа, то это выражалось во флирте и скрытной мастурбации. Это способствовало тому, что вечернее время, когда большая часть людей уходило домой, а кто-то оставался, так как таков есть порядок в офисе. Вот тогда оставшись наедине, один из нас занимался сексом либо с женщиной, либо с мужчиной. Далее, чем мы стали заниматься, так это воровством. Воры прекрасные люди, это те люди, которые своим существованием показывают, что собственность это бред ебанный, так и в сущности своей является кражей. Помню, как один из моих преподавателей рассказывал историю из жизни, когда та работала в офисе одного завода. Там девушка воровала разные стройматериалы, а все потому, что у неё был ремонт дома. Прекрасно, но жаль её поймали. Но долго это жаль не могло продолжаться. Работа - есть идеология современного общества, которая ведет постоянный контроль и дисциплинирует, а кто пожелает взбунтоваться, те будут наказаны. Так и произошло, начальство, узнав о нашем саботажи производственного процесса, возжелало увидеть нас за решеткой. И я не говорю о тюрьме, а психбольнице, хотя я не особо вижу различия. Что там, что здесь, ведется постоянное издевательство над разумом человека. «Здоровый человек» - это тот, который безукоризненно принял идею, что мир в порядке, а те самые «девиантные», это «безумцы», которых нужно вылечить, так как они являются тем, кто подрывает иллюзию нормальность современного мира. И, честно говоря, жизнь в этом месте давалось нам тяжело. Прекрасный человек стал терять свою красоту. Я видел, как его революционный дух, а за ним и красота, стали угасать. Он и сам это понимал. По этой причине мы решили, что ему не место больше в этом мире. Лучше смерть, чем жизнь в подчинении. Мне хотелось уйти вместе с ним, но он убедил меня в том, что я до сих пор горю, что мой дух не так слаб, как его. Уже по этим словам было понятно, что ещё немного и он полностью сломается. Тогда я собрался с духом и убил его, сломал его шею. Его мертвое тело что-то мне напоминало, будто образ кого-то умершего, но которого я никогда не видел, но знал о его смерти. Это последние строки. Я не знаю, что со мной будет. Возможно, скоро санитары найдут мертвое тело и начнут искать убийцу. Они обязательно меня найдут, я просто в этом уверен. По этой причине у меня остается два выхода. Это бежать отсюда или умереть. Каков бы не был сделан выбор, это в любом случае будет бунтом, которому я посвятил свою жизнь.