Выживают лишь сильнейшие

Кнайф вышел на улицу, держа подмышкой книгу. Он посчитал её обыкновенным бредом, придуманным каким-то сумасшедшим фанатиком, он хотел было её оставить, но любопытство давало о себе знать. В нос ударил землистый запах, что говорило о недавно прошедшем дожде. Тучи ушли также, как и пришли. За горизонт садилось солнце, выпуская свои последние лучи этого дня. Парень направился в сторону леса, видневшегося справа от дома. Оглядываясь, чтобы никто не заметил его вечерние похождения, тот рысцой дошёл до леса. Кнайф спокойно вошёл в лес, вдыхая приятный аромат, исходящий из хвойных елей. Парень шёл в одном направлении, подмечая выделяющиеся детали, чтобы потом без проблем найти обратный путь, например овраги, коряги торчащие из земли и многое другое. Перчаткорез шёл не спеша. Ему не было страшно, даже наоборот, ему было намного спокойнее быть одному. Кнайф понимал, что Краткий навряд ли запихнет хищников в данное испытание, хотя на это и был шанс, мало ли, что уж от него ожидать... Долго ли коротко ли, Кнайф пришел на обширную поляну. По середине неё стоял вековой дуб, а возле него, тут и там, были разбросаны камни, от маленьких до больших. Кнайфу же приглянулся валун валун, лежащий под тенью дуба. Это было просто прекрасное место для данного время препровождения, конечно, ведь ни жар, ни лепящий свет, ничто, из ныне перечисленных, не могло помешать ему. Парень сел на камень, пытаясь принять удобное ему положение. Наконец он смог усеться, затем раскрыл книгу, на страницу на которой остановился. «Он убивал и создавал их, раз за разом, веками за веками, пока те не упирались в потолок своих возможностей. При создании он наделял их характерами, и у каждого разный. Кто-то был более мягок и покладист, кто-то жесток и лицемерен. Вместе с характером появлялись и новые способности, и также, вновь и вновь, разными. У кого-то они были многочисленными, а у кого-то их и вовсе было мало. Но у многих выявлялись схожие друг с другом, например: вселение тела живых, так и усопших, воскрешение, превращение в тело, не имеющее души и наоборот, перемещение вмиг на разные расстояния. Создатель не мог контролировать процесс, поэтому многие выходили более женственными, но, не смотря на это, они были мужчинами, братьями по крови. В это время создатель понимал, что всё могло повториться. Повториться, не смотря на его попытки образумит их. Он боялся ощутить вновь то чувство, чувство вины за сыновей. Он создал им пороги в действиях, создал мир, ограждающий их от мира людского. Симбалары не могли покидать его, не смотря на все свои усилия, приложенными ими. Но он дал им шанс. Они могли общаться с ним, спрашивать его, просить. Так и появился «Обряд сокровенний». Данный обряд был священным ритуалом среди существ. В данной церемонии присутствовали все. Они всё разработали поэтапно, точнее их лидер. Во-первых, проводился сбор вопрос и желаний, конечно-же мудрый лидер сам принимал какие вопросы более выгодно было спрашивать, к ним же относились и действия, совершаемые ими. Во-вторых, проводился сам обряд. Одного из симбаларов выбирали, после чего помещали того на жертвенный круг. Участник подвергался сильнейшим страданиям со стороны лидера, чаще всего жертвой выступали низшие по иерархии существа, после доводил жертву до полумертвого состояния, благо, те не могли погибнуть от рук собрата. Душа жертвы освобождалась от тела, примыкая к создателю, ожидающего его. Симбалар задавал определенные вопросы, интересующие остальных, после чего получал от него либо ответы, соглашения или отказы, все зависело от вопроса...

Новые боги

Создатель понимал, что людям некому молиться, в некого верить им, в того, на кого они могли положиться. Поэтому он создал «Новых богов». Тела Новых богов были совершенными, именно над ними он проделал большую работу, именно в них он заложил свою любовь. Они должны придавать людям силы на жизнь, силы на борьбу и надежду. Их было четверо: Суши Бог, Хре'Найф, Сан'Флауер, Хач'Ха. Люди не доверяли им. Думали, что они принесут проблемы, также, как и прошлые. Народ разделился. Кто-то затевал против них замысел, кто-то же наоборот, верил и почитал новых богов. Люди возводили в честь них храмы, проводили обряды, молились во имя их. В замен на это, они даровали им покой, защиту, плодородие, всё то, что люди так и желали. Но время шло. Многим не нравилось, что они должны почитать их, так и было посеяно семя раздора. Начались войны между людьми на почве религии и исповедания. С началом войн, люди все больше теряли в веру в богов.Люд ополчился на них, перестав молиться во имя них, ведь они не получили поддержки, обещанной богами. В свою же очередь боги не стерпели такого. Они покинули мир, переместившись во мглу. Но они оставили свой остаток, властвующий законами природы...» Перевернув страницу, Кнайф лицезрел мужчину. На голове человека сияла корона, по видимому, состоящей из лезвий, впивающихся в его голову. Из ран, образованных странной короной, струйкой текла кровь. На лице мужчины была маска спокойствия и умиротворения. Также, художник сконцентрировал внимание на его губах. Губы мужчины были достаточно большими, не такими как у обычных людей. На теле мужчины было одето мешковатое одеяние с каплями впитавшейся в ткань крови. Справа от рисунка следовало описание: «Хре'Найф - Бог плодородия, похоти и милосердия. Уверование в него было распространено еще в Древнем Риме. Многие народы поклонялись ему, проводя обряды связанные с групповым половым сношением участников, вне зависимости от половой принадлежности. Даровал плодородие почв и новую жизнь среди поколений. Изображался в роли мученика.» —Ну и напридумывают бредятину... -пробубнил Кнайф, дочитывая описание. Кнайф перевернул страницу, как из книги выпал листок бумаги, явно не принадлежащий к произведению. На нем он разглядел молодого парня на котором была напялен «Килт». Справа, также, как и в книге было описание: «Кнайф'Ей - является отпрыском Хре'Найфа и женщины, принадлежащей к человеческому роду. Был зачат вовремя одного из обрядов с участием его отца - бога...» На этом описание точно не заканчивалось, ведь на месте продолжения виднелись пятна, явно появившиеся при вмешательстве. Казалось, что кто-то пытался скрыть какую либо информацию по данному поводу. Кнайф отложил страницу, перелистывая книгу. Он остановился на мужчине. На нем также виднелась маска спокойствия и умиротворения. Телосложение человека было упитанным, а на нем была изображена роба монаха. Также следовало описание: «Суши Бог - Бог умиротворения и сокровенных знаний. Уверование в данного бога было распространено в Китае в конце восемнадцатого века. Обряды в честь бога проводились жертвоприношением животных. Изображали в роли монаха. » Следующая страница. На ней же был изображен также мужчина. На нем не было одежды, поэтому можно было разглядеть его половые принадлежности. Кожа мужчины была бледной, будто был чем-то болен. Его глаза были закрыты, будто в процессе сна. Также следовало описание: «Сан'Флауер - Бог плодородия и созидания. Уверование произошло в Индии. Был тесно связано с природой. Обряды содержали в себе жертвоприношение, чтение молитв. Изображали в виде молодой девушки или парня, в зависимости от народа. В близких связях с Хач'Ха.» На следующей странице был изображен мужчина с довольно атлетичным телосложением. На нем, будто у викингов, был одет меховой капюшон, его тело оплетали кожаные ремни, скрепляя что-то за спиной. Бардовые волосы мужчины колтунами свисали с его головы. Его глаза были налиты кровью. Описание: «Хач'Ха - Бог кровожадности и разрушения. Был очень почитаем среди кочевых народов. Обряды в честь него проводились в виде массового истребления определенных населений, обусловленных жертвоприношением в честь него. Был изображен, как рогатый демон с головой волка. Тесно связан с богом Сан'Флауер, в процессе вечного разрушения и созидания мира.» —Ну и бред... -захлопнув книгу пробурчал Кнайф. С него было достаточно сказок про богов и сотворение мира. Он сам не понимал, какой сумашедший мог написать это. Но уже была ночь, а значит, что пора на боковую, в дом. Идя по лесу Кнайф обдумывал, что скажет остальным. Он на ходу придумывал всякую брехню о том, что якобы хотел обследовать лес, мало ли, вдруг медведь или волки. Впрочем он сам понимал, какую глупость он сочиняет, но попытка - не пытка. Кнайф шёл по дороге, которую запомнил еще утром. Уже доходя до выхода, тот почувствовал странный аромат. Пахло чем-то сладким и притягивающим. Запах опьянял, и ему ничего не оставалось, как проверить, что там находится...