Память сердца

— Ладно, окажу тебе милость раз ты потерял память. Твой дом здесь. — Да неужели? — не смог сдержать улыбки в ответ Натаниэль. — Рядом с тобой, так? Веснински показалось, что Эндрю сейчас начнёт всё отрицать. Говорить, как он его терпеть не может и выгонит из машины. — Да. — единственное, что послужило ответом. Единственное тихое «да». Натаниэль вскинул брови и удивлённо посмотрел в глаза Миньярда через зеркало. Ничего не выдавало в нём эмоций. — Я… О. Неожиданно. — собравшись, ответил Нат. — И как давно? Ты же… Ты же вроде ненавидел меня, нет? — Чертовски верно. — хмыкнул Эндрю, приподняв уголок губ. — Но это не значит… — Стой. — нахмурился Веснински. — Похоже у меня дежавю. Хотя, нет, продолжай. Миньярд задержал на нёс взгляд, прежде чем перевести его на дорогу. — Знаешь, я думал, что ты изменился. — заговорил Эндрю спустя несколько минут. — Самодовольный кретин, избалованный деньгами и привыкший получать всё, что хочет. Хотя я и не совсем понимал как можно настолько измениться просто потеряв память. Но в тот момент, когда получил смс от тебя, то показалось, словно Нил никуда и не пропадал. Словно ты пытаешься строить из себя другого человека не больше, чем глупый спектакль. По Натаниэлю прошёл холодок. — Я не Нил, чёрт возьми! — рявкнул Веснински, разьярённый очередным разговором про «Нила», злость кипела по венам, заставляя говорить, говорить и говорить. — Я не помню ничего! Абсолютно ничего! Моя жизнь началась с того момент, когда я очнулся в больнице. Я не помнил ни тебя, ни дядю, ни даже своих родных родителей. Но знаешь, что было самым страшным? Я не помнил себя. Мне было страшно. Я не понимал, что произошло… Я пытался вспомнить хоть что-то… Но воспоминания просто оставили меня. И я чувствую, что не верну их, чтобы врачи не говорили. Он слишком долго молчал. Он слишком долго заставлял себя терпеть всё и сдерживать эти чувства, что сжигали его изнутри. Но как только он позволил им выплеснуться, то уже не мог сдержать себя. — Это больно, Эндрю, очень больно, когда я пытался собрать себя прежнего по кусочкам, но меня словно не существовало. Дядя говорил мне, кем я был. А я этого не чувствовал. Я пытался хвататься за кусочки себя, про которые мне рассказывали, пытался убедить себя, что это я. Но это, блядь, определёно не работало. И мне приходилось жить с этим. Становиться настоящим собой, тем человеком, которым я являюсь сейчас. А потом это дурацкое шоу про экси. И я впервые почувствовал это. Когда увидел тебя в телевизоре. Я захотел увидеть тебя, захотел попробовать вспомнить. Конечно, ничего не вышло. А затем всё полетело к чертям. Я думал, что… Думал, что встретившись с тобой, я всё пойму. Я… Я, видимо, ошибся. Ведь я по-прежнему не Нил. И я по-прежнему не тот человек, которого ты хочешь видеть. Веснински пытался превести дыхание в порядок, после такого потока слов. И если бы они не ехали, а стояли на месте, то Натаниэль безусловно покинул бы машину. И вот Эндрю затормозил, свернув на обочину. Натаниэль усмехнулся, осознавая, что Миньярд всё понял. Что он собирается его отпустить и не мучать ни себя ни его. Не успел Натаниэль сообразить, как Миньярд в одно мгновение открыл заднюю дверь и ухватив парня за подбородок, приподнял лицо, заставляя смотреть прямо в глаза. — Эй. — сурово произнёс Эндрю. — Кажется ты кое-чего не понимаешь. Ты абсолютно прав, ты ни черта ни похож на Нила. Ты гораздо тупее и несноснее, хотя мне казалось, что более уже невозможно. Когда я говорил, что вы похожи, то имел ввиду огромную тягу к саморазрушению и любовь к притворству. Ты никогда не сможешь быть им. Но… Если ты действительно представляешь из себя хоть что-то, то ты не сдашься. Натаниэль поражённо смотрел на Эндрю, внимая каждому сказанному им слову. Буря эмоции, что недавно заставляла нести его всё подряд начала отступать. Непонятное чувство облегчения наполнили Натаниэля. Он успокоился. Успокоился благодаря Эндрю. И тот это увидел и усмехнулся. — Я не собирался сдаваться. — возразил рыжий. — Я собираюсь сражаться до последнего. — Чтож… Тогда я буду рядом, пока это зрелище не наскучит мне. — После своих слов, не думай, что теперь сможешь легко отвязаться от меня. — хитро улыбнулся Веснински. — Ты слишком самоуверен для того, кто недавно рыдал у меня в машине. — отозвался Эндрю, вновь сев за руль. — Я не рыдал. — закатил глаза Натаниэль. — Думаю, ты собирался. — Я тебя ненавижу, придурок. — сердито буркнул Нат. И, боже, как же Эндрю на него посмотрел. *** Миньярд подвёз его домой и протянул влажные салфетки. — Это на случай, если у тебя вновь начнётся период самобичивания. — Ой, иди нахуй, Эндрю. — усмехнулся Натаниэль, отпихнув руку Миньярад. — Только недавно хотел меня трахнуть, а сейчас посылаешь? — притворно удивился блондин. — Одно другому не мешает. — хмыкнул Натаниэль и прежде чем уйти в дом приблизился к Эндрю, пользуясь тем, что тот не спешил его отталкивать, опустил голову к шее парня, и сделав небольшой вдох произнёс. — Так и знал. Ты пахнешь домом. Эндрю ничего не сказал, лишь нечитаемым взглядом наблюдал как Натаниэль заходит в здание. — Ты тоже. — еле слышно произнёс Миньярд.