***
Эндрю был альфой.
Грубостью его не обделили, но Миньярд редко пытался кого-то задеть. А смысл? Опасность ему не угрожает, а грубить сокомандникам желания не было. Ну зачем? Они и так отбросы с трагичной историей детства, может и жизни. Как и он сам. Кто бы мог подумать, что блондина так и потянет на эту рыжую проблему?
Так было до тех пор, пока не появился
он, с Кевином на банкете. Натаниэль был недосягаем, смотря на него можно было ослепнуть и умереть от увиденной грации.
Плечи хоть и расправлены, как два крыла, но на вид такие хрупкие... Шея тоненькая, казалось, что вот-вот, она и сломается. Не стоило забывать, что на вид он мог и казаться стеклянной статуэткой, он все еще являлся сильнейшим защитником-нападающим.
Контур лица, острые скулы, аккуратный носик, медные брови, пухлые розовые губы и... Глаза, льдинки, озёра, небеса. Все, что душе угодно. Они синие, было ощущение, что эти озёра в душу смотрят... В искалеченную душу, черствую и гнилую, но эти глаза видят во всем этом мусоре прекрасное, то, на что хочется смотреть.
Вокруг него витал запах. Возможно черники, кофе и дождя. Аромат кружил голову, забирался под кофту и дразнил бледную кожу. Щекотал ребра, мял плечи и царапал руки, на них и так заживших ран много, неужели появитcя еще?
Для Натаниэля не жалко.
Рыжий улыбался лучезарно, весело, живо... То, чего не хватало Эндрю. Они были созданы друг для друга, точно созданы. Миньярд мог почувствовать это безобразие за несколько сотен метров, что иногда мешало на поле.
Видимо птичка тоже почувствовала его запах и заулыбалась ещё ярче. Миньярд хотел его коснуться, хотел, но не мог. Комфорт Натаниэля был превыше его желаний, да и тем более вряд ли он смог пошевелиться под чутким взором Веснински.
Боялся, не беспочвенно боялся, что спугнет и больше не увидит. Рыжий подошёл ближе, не касаясь Миньярда, и губами игриво прошептал:
- Можно?
Он замер, рвано и скомкано кивнул, принялся наблюдать за действиями защитника. Ниэль его обнял, слабо, давая возможность отойти, но тут уже не выдержал Эндрю, сам крепко сжал талию Веснински, та была натянута словно струна и четко под руками чувствовались накаченные мышцы.
"Холодно" - Только эта мысль посещала светлую голову. Натаниэль холодный... Казалось, что он тут же распадется на тысячи льдинок.
Они простояли так около пяти минут, за это время уже сбежались и Лисы, и Вороны. Да, Джозеф не пожалел, что пришел на этот чертов банкет,
Люди уже начали шептаться, но никто не смел остановить командных психов. Вороны лишь покорно замерли, пока Лисы ахали и шептались.
Они нашли друг друга, Эндрю хотел завалить Натаниэля прямо здесь, но блядский француз оттащил нападающего.
- Нат, нам пора. - Жан был омегой умной, но в делах амурных он полный ноль. Твой друг встретил своего истинного, прояви ну хоть немного снисходительности!
- Подожди, багет. - Омега снова подошел к нему, пока Моро стоял рядом. Его теплое дыхание обожгли ухо сладким. -
Да или нет, Эндрю?
У Джозефа перекрыло дыхание, он просто не мог дышать. Лишь выдохнул тихо, тихо...
- Да, чертов наркоман.
Рыжий коснулся его губ и оставил легкий поцелуй. Незаметно сунул в карманы его брюк визитку с номером и захихикал. Эндрю трясло, дико трясло. Его щеки горели, он, блять, был смущен.
- Напиши мне, Дрю.
Куда же он денется? Напишет, может и позвонит. Миньярд яростно игнорировал заинтересованные взгляды кузена и брата. Рене, не-его-подруга, прикрыла глаза и пыталась сдержать улыбку, плохо пыталась. Предательница, ты должна была помочь ему, а не стоять там со всеми!
Он попал. Попал с этим ебучим Веснински, он нашел своего истинного и счастлив, но не полностью. Ему его и на свидание звать, зарекомендовать себя как альфу, да и поревновать успеть, планов много. Эндрю готов отправиться осуществлять их хоть сейчас, но подошел Аарон.
- Я, конечно, не против, но... - Близнец откашливается и продолжает, чуть громче. - какого хуя, Эндрю? - Это было не похоже на ласковое "Дрю" от Ниэля, так что Джозеф и бровью не пошевелил.
- Завались, Аарон. - Он готов прибить брата, но тот успел скрыться за спиной Ники.
- Эндрю... Это твой... - Джозеф угрожающе на него глянул. - Истинный?
- И ты завались, как же я вас ненавижу. - Почти, но об этом он им не скажет. Эндрю тонул в запахе его феромонов... Натаниэль пах черникой, кофе и дождем.
