Останься со мной до утра

      Светлые шторы качались от прохладного летнего ветра из окна. На улице, прямо перед домом стоял старенький иногда мигающий фонарь. Город укрыло лёгкой ночной пеленой, будто замедляя течение времени для жителей на время отдыха.       Прохладная, недавно перестеленная простынь на кровати совсем не помогала уснуть. Минут 20, а может и 30 назад потухла последняя лампочка в окне противоположной многоэтажки. Все люди уже давным давно спят. А я не могу уснуть. Со мной такое не впервые, когда-то я и вовсе страдал постоянной бессонницей, но сегодня причина была не в этом. Сегодня меня мучил один назойливый и не дающий покоя вопрос: «Зачем он приходит ко мне во снах?». Не то чтобы я не интересовался этим ранее, ещё в наши первые встречи, но сегодня я почувствовал особую надобность разобраться в этом вопросе.       Кто же этот "он", хотите спросить вы? Если честно я и сам не знаю. Не кто он, ни как он выглядит. Я просто знаю что он есть. И в целом, для меня такой ответ достаточно удовлетворителен. Что изменится от того что я буду знать его имя? Или цвет глаз и форму губ? Рост, вес и длину стопы? Лично для меня - ничего. Поэтому я никогда сильно и не интересовался этим вопросом. Что запомнил по памяти - то и имел.       Но вот что изменится от ответа на вопрос «зачем он приходит ко мне»?... Мне кажется многое. Ведь суть его появления намного важнее внешности. Вдруг он пытается что-то донести, а я не понимаю? Или нужен не он мне, а я ему? Или его визиты совсем не имеют смысла?       В голове слишком много сомнений, которые так и не приводят к истине. А если и приводят к чему-то, то там оказывается ещё больше вопросов и сомнений. «А что если,...», «А вдруг...»- эти слова я ненавидел больше чем брошенные фразы людей «Посмотрим». Ведь эти слова заставляли сомневаться. А сомневаться - значит не чувствовать контроль над ситуацией. А не чувствовать контроль над ситуацией всегда приводит к двум финалам - твой проигрыш, или проигрыш твоего разума в борьбе всё контролировать, и как итог - сумасшествие. Контролёры - рано или поздно становятся несчастными, но впрочем, сейчас мы не об этом.       Когда фонарь под окном мигнул третий раз за минуту я потерял связь с реальностью. И нет, не как в красивых книжках про задумчивые думы главного героя, лежащего на кровати и смотрящего в потолок. В прямом смысле. Я заснул.       Удивительный факт о человеческом (если я могу себя таковым считать) теле - первые несколько минут жизнедеятельности перед сном, и первые после сна автоматически пропадают из памяти. Просто стираются как будто никогда и не было. А проснувшись ты их не помнишь.       Вот и я тоже не помнил. Ни мудрые размышления, ни сам задаваемый и ставящий меня в тупик вопрос. Я к нему ещё вернусь, конечно, правда порядком позже. Когда приду в себя и вспомню. А сейчас меня это вовсе не волновало. Только остатки крутящегося на языке чувства важности отдалённо напоминало о ночных мыслях перед сном.       — Что-то ты сегодня долго... - прозвучал знакомый голос(?) над головой. Я открыл глаза и на меня уставились два изумруда напротив. Что удивительно, но в сновидениях его образ всегда был четким и не капли не размытым. Почти полностью людским.       — Разве у нас есть выстроенное время встречи? - немного грубовато даже для себя, я уставился прямо в глаза напротив что и не собирались отводить взгляд. Я почти никогда не отвечал ему в грубой форме или пытаясь задеть. А если и отвечал, то он не был непреклонен, но и не был груб в ответ. Он просто смотрел на меня. Долго, протяжно, улавливая мой взгляд. Иногда мне казалось что его глаза меняют форму или цвет от долгого вглядывания в радужку. А возможно мне вовсе не казалось. Я до сих пор не знаю.       Глаза продолжали смотреть, поедая и забираясь в потаённые закоулки души. Подо мной была трава. Я лежал на каком-то холмике под старым и толстым дубом. Я не видел всего этого. Просто знал и ощущал нутром. Но ещё сильнее этого я ощущал взгляд от которого не мог спрятаться даже под землёй.       — Да. - спокойно и тихо сказал он, отводя взгляд в сторону, а я по-моему только сейчас научился заново дышать. Только сейчас я увидел над головой ветки дуба. От накатившего спокойствия и облегчения сердце резко ускорило, а потом замедлило свой ход. Я почувствовал себя практически счастливым.       — Как ты это делаешь? - задал логичный для себя вопрос я, переведя дух и поднимаясь на локти с лежащего положения.       — Что делаю? - по-детски невинно спросил он, срывая с дерева абрикос(?) и откусывая половину.       — Смотришь. - всё ещё временами задыхаясь от ритма сердца выдохнул я. - Так пристально... Прямо в душу как будто.       — Не знаю. - легко пожал плечами он в ответ выплевывая косточку. Так и не скажешь, что несколькими минутами ранее его невинность убивала во мне всё живое и давно умершие в закромах подсознания. Наверное я схожу с ума. И он определенно этому сопутствует.       — Не хочешь прогуляться? В нескольких шагах отсюда я видел восхитительный гамак и книжный столик. - предложил он, поворачиваясь ко мне и вытирая губы краем рукавов темной рубашки.       — Да, конечно. - также легко согласился я, поднимаясь с мягкой теплой травы.       Я не знаю сколько мы шли до назначенного места. Возможно минуту или две. А возможно целый час или день. Счёт времени во снах всегда пренебрегается и не учитывается. Какая разница шёл ты к пункту А год или месяц? Или только час? Это в жизни люди всё время смотрят на часы, и пытаются не упустить лишние секунды складывая из них кучу минут, часов, дней и месяцев «на потом», когда у них найдется время на то, чего они так давно хотели сделать но не могли. Только к большому сожалению у некоторых людей не остаётся времени и на потом.       В какой то момент, я сам того не ожидая уже стоял перед гамаком и книжным столиком. Гамак нежно лилового цвета был развешан меж двух деревьев, что так удобно разместились на лужайке. Он (другого названия своему ночному сонному другу я пока что не нашел) разместился возле книжного столика в большом кресле-качалке. Я аккуратно попытался залезть на гамак, держа равновесие и страхуя себя руками в случае падения. Со стороны послышался тихий не то всхлип, не то смех.       — Что? - спросил я, всё ещё боязко покачиваясь в провисающем гамаке.       — Ещё никогда не видел чтобы кто-то садился на гамак с такой опаской, будто свалиться с полметра - угроза жизни и здоровью. - улыбнулся он, доставая из нижней полки книжного столика "Войну и Мир" Льва Толстого.       — Но это всё равно больно. - обиженно фыркнул я, больше для образа, чем для показа своих обиженных и задетых чувств. В глубине души я знал что он шутит, и не хочет меня обидеть этими фразами. Ведь он умеет обижать не словами. И мы это оба прекрасно знаем. — Это что там у тебя? «Война и Мир»? - продолжая подыгрывать скорчил рожицу я - Всё никак дочитать не можем, да? Айя-яй... Великое произведение!       — Как будто ты его сам читал полностью когда то... - в ответ подыграл он, закатывая глаза но всё же не сдерживая улыбки.       — А вот и читал! - победно хлопнул в ладоши я.       — Да?... - наигранно удивлённо он поднял брови и продемонстрировал свои умения в актерском мастерстве - Удивительно! Да боже ж ты, так не бывает! Я в восторге! - схватившись за сердце одной рукой зааплодировал он по столу. Меня на такие показные выступления хватило недолго, через несколько секунд наблюдения мои губы расплылись в улыбке, а потом и вовсе перестали сдерживать рвущийся смех наружу.       — Ну всё, хватит. Ты уже паясничаешь... - всё также улыбаясь но теперь уже с ощутимо покрасневшими щеками сказал я.       — Я этого и не отрицаю. - улыбнувшись краешком губ на последнию мою фразу, он снова взял в руки книгу и открыл её на закладке в конце произведения.       Ещё несколько минут я сидел в гамаке неподвижно наблюдая профиль лица в нескольких метрах от меня. Его глаза поспешно пробегались по строчкам текста, от чего брови были нахмурены. Губы почти не двигались, только иногда по ним проходился язык смачивая сухую нежную кожу. Пальцы раз за разом тихо листали страницы. Он знал что я смотрю на него. Но при этом ничего не делал с этим фактом. Вообще ничего. Просто продолжал читать, как будто меня тут и не было. А меня и правда там как будто и не было... Как будто там всегда был только он, гамак, книжный столик, кресло, лужайка и дуб. А меня там как будто никогда и не было. И не должно было быть. Как будто бы я появился тут совсем случайно. Возможно я даже не вписываюсь, но вряд-ли мне об этом прямо скажут. Но теперь у меня появилось ещё больше вопросов. «А я вообще когда-то был?... И если да, то там где нужно?...»       — О чём задумался? - из мыслей вывел неожиданный вопрос. Оказывается он уже прочитал книгу до конца и смотрел на меня в ответ. А я даже не заметил.       — Да так, о жизни... - я не умею врать, и я это не отрицаю. И он это прекрасно знает. Поэтому и не спрашивает больше ничего. Он вообще многое знает. И это в какой-то степени радует, но и пугает одновременно.       — О, смотри бабочки. - улыбнулся он, вставая с кресла и протягивая руку навстречу насекомым.       Бабочек, что летели в нашу сторону было много настолько, что я почувствовал себя принцессой из мультиков Дисней с поющими птичками. Все бабочки были разными: одни - цветные и яркие, другие - темные и уставшие, одни - совсем молодые только научившиеся летать, другие - взрослые, расправившие крылышки бабочки. Ни одна не была похожа на другую. Все индивидуальные и по-своему красивые как снежинки.       Ко мне на плечо села красивая, яркая, но очень уставшая бабочка. Её крылья косились вниз, и посмотрев на неё моё сердце невольно сжалось. Такая красивая и такая несчастная. Мне захотелось её уберечь от всего и забрать к себе.       — Так забери. - тихо отозвался голос моего сонного друга, откуда-то сбоку. Я повернулся к нему с недоумением в глазах.       — Что? - переспросил я, наивно надеясь что мне показалось.       — Забери к себе, если хочешь. - буднично произнес он, пожимая плечами. А во мне как будто что-то перевернулось.       — Так нельзя. - серьезно сказал я, наблюдая как на руку собеседника садится голубая бабочка с черными точками на крыльях.       — Почему? - не отводя взгляд от бабочки у себя на руке, спросил он.       — Потому что бабочка живёт тут. У неё наверняка есть семья, возможно дети, друзья или просто знакомые бабочки и... Какое я имею на это право? Забирать её оттуда, где ей хорошо? - будто бы в подтверждение своим словам я провел рукой по горизонту лужайки с тысячами резвящимися бабочками.       — А если ей не хорошо? Если у неё нет семьи, друзей и знакомых? Если она именно и ждала того чтобы ты её забрал? - сонный друг повысил голос, а я чувствуя как наш невинный диалог перерастает во что-то большее, поднял голову и тут же столкнулся со взглядом напротив. В зелёных радужках не плескался азарт и огонь, как бывало ранее в прошлые визиты и разговоры. В них был... Страх? Боль? Разочарование?! Всё в перемешку, сливаясь в одно огромное море чувств которые я не мог понять.       Ты ведь видишь как она несчастна... - уже тише, поникшим голосом сказал он. - Так почему не заберёшь?       В моих глазах застыли слезы. Наверное пара тройка их упало бы с ресниц на щёки, если бы не подувший ветер, смахивающий всё наваждение и эмоции. В горле застыл тяжёлый, вяжущий поперек стенок ком.       — Я... Я не... - слова застрявали в районе комка в горле. Тяжёлыми камнями опускались к сердцу, и прижимали его сверху, перекрывая вместе с этим доступ к кислороду. Я задыхался. Я не понимал что со мной. И почему так сложно ответить на этот вопрос.       Он не давил. Смирно стоял в нескольких метрах от меня, иногда посматривая за моим состоянием. Его глаза перестали излучать страх. Очередное, и уже привычное поблескивание изумрудов. Но что-то поменялось. Что-то, что приоткрывало завесу тайны на вопросы мучающие меня. Что-то, что меняло очень многое в нашем маленьком мире снов. Что-то, о чём нужно было бы подумать попозже, но сегодня у меня видимо не было «времени в запас».       — Я думаю... - начал было я, как вдруг откуда-то сверху послышались посторонние звуки и грохот. Где-то ближе начал звенеть будильник.       — Тебе пора. У нас снова не осталось времени. Но ты ведь придёшь снова, да? - он посмотрел на меня с детской надеждой в глазах. У меня самого в глазах уже начинало расплываться, а звук будильника становится всё громче. Но я всё же поборол себя и смог выговорить в ответ скромное «Да». После чего картинка мира полностью размылась, и где-то в далеке уже покидая сон доносился знакомый голос:       — Я буду ждать тебя снова и снова! Ты главное вернись...       Светлые шторы снова качались от ветра. На улице шумела проснувшиеся ребятня. Фонарь перед домом больше не мигал.       На оконной раме сидела бабочка.