Ausländer (Иностранец)

      За спиной, помимо чехла с гитарой, куча вёрст, стран и историй. Историй разных, но с одинаковым концом — она просыпается, а рядом никого, ни вчерашнего гостя, ни записки с объяснением его исчезновения, и только обрывки эмоций свидетельствуют о том, что здесь был тот музыкант-странник. Ему вообще ни капли не стыдно, слишком обыденным было для Алекса всё это: пришёл, сыграл на гитаре, спел, навешал на уши лапши, завалил, удовольствие получил и ушёл. Так было и в Париже, и в Лондоне, и в Пекине, и в Токио. Тысячи дорог ради нескольких минут ощущения экстаза, ради которых Алекс жил. И жил бы он только ради этого дальше, если бы не случайная встреча в России, а конкретнее в её северной столице. Дело было так:       Алекс шёл по парку, высматривая новую красивую незнакомку, и вдруг услышал как кто-то играет на гитаре. Дело было поздним вечером, поэтому Ал не сразу разглядел силуэт в свете фонаря. Любопытство взяло вверх, и он подошёл ближе, чтобы рассмотреть игравшего получше.       На скамье сидел молодой человек, примерно одного с ним возраста, то есть лет тридцати, высокий, худой и с тёмными волосами, достающими до плеч. — Hey! — окликнул его Алекс. — Классно играешь. — Сказал американец, подойдя ближе. Сказал, разумеется, с акцентом, но прозвучало в целом ободряюще и немного кокетливо, поскольку привычка говорить таким манером сильно закрепилась, и с ней Алекс не мог поделать ровным счётом ничего. Незнакомец остановился и посмотрел на странника. На лице парня с гитарой были различимы дорожки от слёз, но при этом он вдруг заулыбался. — Спасибо... — отреагировал он на похвалу. Алекс, будучи не совсем уж бесчувственным идиотом, поинтересовался, почему тот плачет. Незнакомец принялся рассказывать о том, как от него ушла девушка, как он узнал о её изменах и о прочих бедах в личной жизни.       Алекс внимательно слушал, при этом вглядываясь в черты лица случайного собеседника. Чем-то он его привлекал, и не в том плане, в котором обычно привлекают его все случайные вечерние собеседники, в 99% случаев девушки, нет, это ощущение было новым... Алекс сел рядом и положил руку на плечо незнакомца. Тот от неожиданности остановил словесный поток и посмотрел на сидящего рядом слушателя удивлённым взглядом. Алекс заполнил неловкую паузу: — Я слышал историю о том, что жизнь... Like a fortepiano, has got чёрные и белые клавиши... So, всё будет хорошо, you will see. — Алекс посмотрел в глаза напротив, ошарашенные тем, что какой-то иностранный незнакомец не только выслушал всё нытьё, но и поддержал, как мог. Ал мысленно усмехнулся, уж очень умильным показалось ему выражение лица сидящего рядом гитариста. — Спасибо... Но... Знаешь, не стоило мне всё тебе рассказывать, ведь мы не знакомы, а я дурак, сваливший на тебя свою тяжесть... Простите, просто накатили эмоции. — Незнакомец взял гитару и собирался встать со скамьи, но ощутил, что его держат за запястье. Алекс сам не понял, как взял его за руку, просто рефлекс. — We may to meet, if you don't object. - Сказал странник и представился. — Я Алекс. — Я Миха. — Новый знакомый снова сел на скамейку и пожал руку Алексу. Полчаса пролетели за разговорами, Миха оказался довольно порядочным человеком. Он когда-то ходил в консерваторию, но его отчислили за неугодное педагогам отношение к обучению, хоть и утверждали, что тот бы стал отличным музыкантом. Сам Миха считал, что глупо изучать теорию, не применяя её на практике, поэтому ничуть не жалел об исключении. И вообще, он музыку пишет и у него рок-группа есть своя, когда у его однокурсников по консерватории только диплом и никому нах не нужная оркестровая партия из двух нот на произведение. Алекс тоже поверхностно поведал о своей судьбе, что ходит по миру и покоряет сердца.       В тот осенний вечер была темень. Холод пробирал, и под конец разговора новые знакомые уже сидели в обнимку в свете фонаря. Они даже не сразу сообразили, что прижимаются слишком близко для случайно встретившихся, да и когда поняли, то забили на это, всё равно рядом никого. То один, то другой рассказывал истории из жизни, и вот, на одной из историй Алекса, Миха уснул.       Просидев час со спящим Михой на плече, Ал задумался, не пора ли ему валить, как обычно, но что-то его сдерживало. Неужели совесть проснулась в охотнике до случайных потр@хушек? А может и реальные чувства? Всё возможно. Алекс всё сидел, обнимая Миху и разглядывая его каштановые пряди, и наконец, с рассветом, прошептал, почти без акцента: — Я люблю тебя...