жалкий зритель своего провала

      тяжёлые капли бьются об окно, настукивая мелодию. дождевая вода стекает со стекла. рыжие листья срываются с деревьев, летят на землю, кружатся в воздухе в такт каплям и опускаются на поверхность лужи. ветки деревьев качались, хотели улететь вместе с ветром, тянулись за потоком, но ствол крепко держал. чей-то кроссовок сорвался с ветки и с брызгами упал в лужу.       я смотрела в окно, сонно моргая. я чувствовала запах сигарет, дезодоранта и мятной жвачки слева от себя, но никак не реагировала. облокотившись на подоконник, я смотрела на капли, играющие в догонялки, и ощущала себя призраком.       – бурное сегодня утро, чарли – питер стоял рядом и тоже смотрел в окно. его чёрные густые волосы были насквозь мокрые, как, впрочем, и его одежда. наконец, я одарила парня взглядом.       – ты весь мокрый.       – я в курсе, – взгляд гота стал серьёзней. – мать снова зажала зонтик.       – как сестра?       – поправляется. скоро уже выйдет в школу.       я подошла к питеру и посмотрела на его волосы. порылась в рюкзаке и достала оттуда носовой платок.       – не знаю как тебе это поможет.. держи, – я протянула парню небольшой кусочек ткани.       – думаю, как-то и без него высохну.       – как хочешь, – я убрала платок.       гот снял свою укороченную толстовку и остался в чёрной оверсайз футболке, которая была значительно суше. передняя часть волос, в районе чёлки, уже высохла, и парень поспешно её поправил.       класс был полупустой. некоторые ребята сидели, сгорбившись, за своими делами, кто-то расслабленно что-то делал в телефоне. время до начала уроков оставалось много, учитель, очевидно, сидел в учительской. я осознала, что без понятия чем мне заняться оставшееся время.       – питер, – парень уже сидел за партой, также задумчиво смотря в окно. услышав своё имя он дернулся и повернулся на меня. – как тебе предложение сходить прогуляться по школе?       – херня предложение.       – как скажешь. я не пойду одна, – я снова повернулась в окно. мне давно наскучило это дело, но делать было больше нечего. я, не поворачивая головы, посмотрела на питера.       он вёл себя странно. обычно он шёл мне на встречу, принимал помощь, и уж точно не абстрагировался от меня. раньше он вёл себя, как друг, как единственный друг. что-то определённо случилось. и надо бы спросить, но вот только... почему мне так страшно? ничего не случится, если задать один вопрос.       – питер... – я поправила рыжую прядь. – ты ведёшь себя немного.. странно. что-то случилось? – я говорила отрывисто и тихо, и я сама не поняла, почему.       питер посмотрел на смутившуюся меня.       – нет, – гот снова отвернулся к окну, – просто я не выспался. – он говорил твёрдо и с ноткой безразличия, от чего казалось, что он не врёт. а может, не казалось?       – ладно, извини, – я отошла к парте. я чувствовала что-то очень странное внутри себя.       я вся съежилась. поправила чёрные очки. достав из сумки блокнот, я стала что-то черкать в нём. хотелось чем-то занять руки, но идей что нарисовать не было. я делала бесссмыленные отрывистые штрихи на бумаге.       я провозилась со штриховкой довольно долго. в класс заходило всё больше людей, шум увеличивался. школа проснулась и завелась, в ней зашевелилось множество механизмов. только дождь за окном всё шёл, правда, превратился в мелкую морось.       прозвенел звонок, в класс вошёл учитель, дон уильямс. дети сразу замолчали и встали около своих мест. я, конечно, тоже встала, а питер, естественно, остался на месте. учитель прошёл к столу, положил пару бумаг на рабочее место.       – садитесь, – класс разом сел. – могу вас поздравить, в классе появилась новенькая! заходи.       в класс зашла робкая девушка. она осторожно, будто боясь спугнуть кого-то, прошла к учителю. по её немного сбитому дыханию можно было понять, что она взволнована. класс зашептался, зашуршал, обговаривая девушку. кто-то захихикал. дон нахмурился.       – тихо, – класс замолчал. учитель снова улыбнулся – знакомьтесь, это т/и, теперь она будет учится в этом классе. я надеюсь, трудностей не возникнет. сади-ись... – Дон обратился уже к т/и, немного протянув звук «и» и наводя на себя образ задумчивости, – за чарли. первый ряд, последняя парта.       новенькая кивнула и прошла по указанному направлению. я наблюдала за каждым шагом девушки, любопытно изучяя новую знакомую, уже сооружая план в голове, как на перемене подойти к новенькой и познакомится с ней. в груди сразу запылало, сердце с трепетом заполнилось нетерпением и любопытностью.       только после того, как я и т/и поравнялись, и последняя заняла своё место, я обратила внимание на своего друга. питер внимательно смотрел за каждым движением девушки, вздохом, но не так, как делала это секунду назад я: его взгляд многим отличался от его обычного состояния. гот был даже слишком наполнен любопытством, трепетом и нежностью, что было ну очень ему не свойственно.       — привет, – шепнул он, надеясь, что новенькая заметит. он подняла голову на зов и приветливо улыбнулась.       — и снова привет. ты уже высох?       они знакомы?       меня бросало то в жар, то в холод, но я этого особо не замечала под потоком мыслей. моё эмоциональное состояние за несколько минут успело сменится несколько раз, отчего голова еле ощутимо закружилась. я тяжко вздохнула и всё же вернулась в осязаемый мир.       совсем не заметив то, что на доске уже решали очередную геометрическую задачу, я бессмысленно вывела в правой части страницы «классная работа» и число, а после чего вновь стала сверкать на полях ручкой, внимательно вслушавшись в разговор рядом.       — так.. — переходя на шёпот питер всегда имел мягкую интонацию, и это был один из малых признаков, что он не умел контролировать. – почему ты перешла именно в нашу школу?       — я же уже говорила, — её голос имел врождённую нотку невинности, что меня мимолётно раздражало, — мой папа раньше учился здесь. мама настаивала на соседнюю школу       квадрат пять на пять клеточек уже был заштрихован тёмными синими чернилами. интересно, что на это скажет отец, если увидит тетрадь?       — кстати, куда ты так торопилась на перемене? — . — и почему пришла так рано?       — мне нужно было договорится с учителем, да и было бы не плохо изучить школу, но я так этого и не успела.       — я могу помочь тебе!       этот разговор был дотошно милым, поэтому я поспешила отречься от мысли внимать каждое сказанное ими слово. странно, что питер никогда не говорил в таком тоне со мной, но я надеялась, что дело в шёпоте. сердце сжалось при мысли, что они могли быть в отношениях, поэтому, чтобы не расплакаться на глазах у всех, я поспешила заняться решением задачи, хоть и ничего в ней не понимала.       в задаче требовалось начертить фигуру, и тут мне вспомнилось, что я забыла дома свою единственную линейку. начертить более-менее ровно мне, конечно, было не трудно, но отказаться от столь удачной возможности заговорить с питером уж точно я отказаться не могла. не то чтобы я боялась или стеснялась заговорить с готом, нет, он ведь мой единственный друг, которому я могу доверять, но в такие моменты перебивать их просто так выглядело плохой идеей. собрав волю в кулак, мне удалось влезть между паузами перед ответом.       — питер, — парень совсем не обратил внимания и продолжил общение с собеседницей, стараясь из всех сил не замечать меня, но по лицу легко пробежала раздраженность. я списала всё на слишком тихий шёпот. – питер!       — что? — он ответил слишком рано, чуть не перебив меня.       — у тебя не найдётся линейки?       — нет, — почти рявкнул он. — ты же знаешь, что я редко и карандаш с собой беру, — перейдя на более спокойный тон, ответил он.       — ладно, извини.       я хотела печально отвернутся к тетради, но т/и остановила меня.       — подожди! — она повернулась, — вроде бы, я брала с собой мою линейку.       порывшись в рюкзаке девушка достала пятнадцати сантиметровую тонкую деревяшку.       — спасибо, — без особого энтузиазма, но с натянутой улыбкой проговорила я. я кивнула и отвернулась.

✎˚ ༘♡⤾

      прозвенел звонок, разрезая тяжёлую тишину недавно проводящихся уроков. класс, как по команде, зашумел отодвигающими стульями, собирающимися пеналами и расстегивающимися и застёгивающимися рюкзаками. я, очевидно, тоже стала собираться, и, заметив не мою линейку, вспомнила о т/и. собрав всё в рюкзак я повернулась назад и протянула всё ещё собирающейся девушке её линейку.       — держи. ещё раз спасибо.       — да не за что, не благодари, — теперь-уже-одноклассница мило улыбнулась и приняла дощечку. убирая её в рюкзак, она заметила, что я уже хотела уходить, и снова меня задержала.       — постой! — я повернулась. — слушай, питер предложил мне показать школу. ты.. не хочешь с нами? в троём будет ещё веселее! — заметив не одобряющий взгляд парня, она добавила. — мне показалось, вы хорошо общаетесь... — я не поняла, говорит она это питеру или мне.       вот как получилось, познакомится хотела я, а в итоге всё делает она.       — на самом деле.. — я предварительно посмотрела на питера. он был точно не в восторге. — это просто отличная идея! я определенно за.       краем глаза я заметила, как меняется выражение лица кинга. я определенно не хотела насолить питеру, но и отказаться от столь удачной попытки узнать хоть что-то о них по-лучше я тоже не могла. хотя, что-то мне подсказывает, что он будет молчать всю прогулку, а объяснять всё придется мне.       — это просто отлично! ну тогда, давайте скорее начнём. мне не терпится узнать эту школу лучше.