Последующие дни были почти похожи, как один. Только с разницей в моем ментальном и психическом здоровье. В один из дней кто-то принес «игрушку». Альпинист заблудился в горах, а «добрый» кто-то решил помочь ему.
Поскольку мне было запрещено отходить от Салли, то я фактически стала соучастником их пиршества. Кровь, крики, мольбы о помощи и дикий смех смешались в голове. Я стояла и смотрела на все это не в силах что-либо сделать. Рвотный позыв все сильнее и сильнее меня одолевал, а в глазах мутнело. Истекая кровью, умирал он и, смотря на меня стеклянными глазами.
Как только он стих, то и смех, и скрежет металла мгновенно прекратились. Все стояли и смотрели на меня, потому что я каким-то образом оказалась слишком близко к трупу мужчины.
— Нервы-то у нее железные, ни разу не пискнула. — Кто-то решил высказать свое мнение.
— Ничего, скоро Он придет, тогда посмотрим.
Истерические смешки прошлись волной по залу.
— Айра. — Салли подергала меня за руку. — Вошли в комнату, поиграем. — Опять эта ангельская улыбка.
— Пошли… — получилось сказать шепотом и хрипом, но по другому бы не вышло.
В горле пересохло, пока мы шли, я пыталась прочистить горло, что получилось сделать только под конец.
И вот сегодня, спустя день после концерта, почти никто не высовывался из комнаты. Все бегали только за необходимым и сразу же уходили к себе. Салли на мои вопросы просто хихикала и отвечала «не знаю».
Из-за их странного поведения, завтракали мы в одиночестве, но ближе к обеду входная дверь открывается и с кухни я и Салли видим большую тень со шляпой на голове. Дверь захлопывается, а я уже успеваю перебрать все варианты, которые можно ждать от незнакомого мне жителя особняка.
— Здравствуйте, очаровательная леди. Как мне вас называть?
Это оказался еще один безликий в плаще, шляпе и галстуке.
— Здравствуйте, — с пониженной громкостью отозвалась я, следя за каждым его действием и готовая обороняться. — Меня Айра зовут, вас как? — он не протягивал руку, так что я тоже не хотела тактильного контакта с ним.
— Оффендер мен или можно просто Офф. Примите эту очаровательную розу, в знак нашего знакомства.
Роза на самом деле оказалась очаровательной. Она была сделана из стекла, что сверкало всеми цеветами радуги.
— Ч-что? О-отпусти меня! — голос тут же прорезался.
Я была в какой-то комнате прижатая к кровати. Он был сверху.
— Деточка, ты приняла розу, так что контракт подписан твоей кровью.
Безликий облизал мою шею своим теплым, слюнявым языком.
— К-кровью?
Я посмотрела на руку, которой держала розу, ее шипы впились мне в ладошку. Я отбросила ее в сторону, но она не разбилась, а раны заросли и образовалось тату в виде розы. Что это.?
— Это мой знак. — Заулыбалось оно хищной улыбкой.
Из-за спины вылезли вектора белого цвета. Они с подобающих склизким звуком обвили мои руки и ноги.
Последующие события были самыми мерзкими и постыдными. Я кричала и отбивалась как могла, молила чтобы он меня отпустил, а потом просто сел голос.
Его щупальцо сильно надавило на шею, и он вошел быстро, безжалостно, сразу же начиная двигаться, от этого сознание начало уплывать, но яркая вспышка боли быстро вернула меня в реальность. Время замедлилось. Ощущения слились в одну кашу. Движение его члена во мне, хлюпанье, боль и его скользкий, мерзкий язык облизывающий мою грудь.
Боль от саднящего, раздирающего от криков горла и слезы, очень много слез… После он меня отпустил.
Каким образом я попала в комнату не помню, но на следующее утро я проснулась с той самой розой в руке…
***
Глава 9
Утро выдалось паршивым. Салли громко разговаривала, играя в куклы, что давило на мозги, плюсом еще сел голос и внизу все болело.
— Айра, я кушать хочу. — Это было первое, что она произнесла, увидев, что я проснулась.
— Подожди чу-чуть… — Это скорее был хрип, чем голос. — Щас пойдем.
Салли нахмурилась.
— Плохо, что у тебя голос сел, ты играть не сможешь, бракованная. Надо бы от тебя избавиться. — И как ни в чем не бывало продолжила играть.
Мой ступор был просто… Просто был. Буквально за минуту я привела себя в порядок и мы пошли завтракать.
Сегодня было пооживленней. В гостиной смотрели телевизор, в столовой завтракали, а на кухне был Оффендер мен. Мои внутренности скукожились, к горлу подступила тошнота.
— Здравствуйте, леди, как спалось? — Ирония так и сквозила из его слов.
— Прекрасно, — шепотом ответила я, пытаясь его игнорировать.
Самый быстрый завтрак — это хлопья с молоком, так что долго контактировать с ним не пришлось.
Разложив еду по тарелкам, мы пошли в столовую. Конечно же, поесть спокойно не дали.
— Веселая ночка выдалась, Айра? Кто ж тебя так потрепал? — подколол Маски, остальные кто был в гостиной подхватили волну смеха. — Что молчишь? Ответить не чего?
— Она бракованная, Маски. У нее голоса нет, — начала жаловаться Салли. — Передай папе, чтобы искал мне новую няню.
— Салли, ты так не шути, мы тебе только-только новую привели, — растерялся Маски.
— Тогда я сама с папой поговорю. — Пожала плечами она.
До конца дня было спокойно. Играли, ели и легли спать.