Анархия именующяяся войной

Не осторожный скрип железа, прервал многочасовую тишину обвала. Где-то под несколько огромными балками, застряла фемская фигура. Её корпус был по пояс погребён, в то время как передняя часть жутко болталась, как труп оставленный на трибунале. Кто-то мог бы подумать что она погибла, но она была достаточно живучий чтобы пережить даже такой обвал. Весь корпус сводило судорогой и болью, словно по ней каждый наноклик били железными, раскалёнными прутьями. Особенно болели крылья, она чувствовала что они были надломлены, разбиты как стекло. Несколько кусочков которые остались от них, держались исключительно на мышцах и сухожилиях, протоформа в тех местах выпирала говоря об очевидном открытом переломе. С её спины ручьём стекал энергон давая хоть и малое но освещение. Было до безумия больно, настолько больно что он она не могла даже закричать от боли, она просто находилась в таком состоянии и открывала рот не издавая ни звука. Она затряслась, зашевелилась под слоями и пластами железа, требуя своего освобождения от стальной тюрьмы. Арси заныла, заскулила от боли, которую испытала в момент болезненного пробуждения. Она искорёжила гримаса страданий и отвращения с страхом, когда своей здоровой оптикой увидела как из её глазницы падают кусочки обожженной плоти. За кусочками плоти неизбежно последовали плотные, склизкие комки из энергона, который скопился в ныне пустой глазнице. Ладони горели жуткой болью от ожогов и ранений, а о оптике она и не хотела думать. Она только чувствовала что она явно не подлежит ремонту или восстановлению. Безусловно, Арси была полностью убеждена что зрение не вернуть. Такие глубокие раны органов чувств никогда нельзя было восстановить. Но сейчас её это не особо беспокоило, всё что для неё было важно так это её неутешительное состояние. Под ней была грязь, которую развёл её энергон который смешался с металлами и мусором. Она с трудом подняла свой шлем, струйка энергона свернула со своего вертикального потока и полилась ровно по подбородку, а с него на шею и в лужу. Она прижала один из манипуляторов к своей оптике, чтобы уменьшить напор боли. Но нужно было выбираться, даже несмотря на боль или то в каком она была положение. В ней всё ещё горела воля к жизни и тяга к тому чтобы выбраться отсюда, да и тем более связист тоже мог выжить и ей бы, не хотелось пересекаться с ним в данном состоянии. Она потянула второй манипулятор к штырю торчащему из земли неподалеку. Когда она прикоснулась к нему, почувствовала как его заострённые зубцы впиваются ей в ладонь. Но это не остановило её от того, чтобы обхватить его и начать использовать его как точку опоры. Конечно было больно, но не настолько чтобы задаваться и позволить себе умереть так нелепо. Арси сделала несколько рывков чтобы вырваться из руин, но всё четно, она конкретно застряла под толщей металлолома. Её педы немели, и она чувствовала как из них сочится холодный энергон, как силы покидают её и как все фибры искры кричали, о том что если она не выберется точно умрёт. Железо скрежетало, разрывалось в неодушевленных стонах, когда она начала активно пытаться вырваться из своей клетки. Протоплоть в области живота и талии надрывалась как шёлковая ткань, когда она начала делать жёсткие рывки во все стороны. И вот какая-то часть конструкции, которая придавила её пед с грохотом упала на землю, временно оглушая её. Но она быстро оклемалась, предпринимая новые и новые попытки побега. Конструкция спала со второй ноги, и фем словно улитка выбравшаяся из своей раковины, выползла из-под завала. После того как она выбралась, за ней пополз ленивый ручей из энергона. Фемка сумела только немного отползти от теперь уже бесформенной кучи металла, как корпус снова свела отвратительная судорога. Она своим плечом приземлилась на грязную землю, вверх вздымались пыль и искры от трения железа о железо. В раны быстро заползла грязь оккупируя их края, забираясь внутрь, мерзко прилипая и вызывая прочие негативные, дискомфортные ощущение. Это ощущение было похоже, на то будто мелкие частицы ржавчины воспалились в стыках брони, вот только теперь она распространялось чуть ли не на весь её корпус. Она была словно парализована, её манипуляторы, сервоприводы не могли двигаться, их словно ампутировали. Но она могла чётко разглядеть их своим единственным окуляром, пусть его и заливал хладагент, пусть он и был заполнен омывателем боли, он отлично видел очертания корпуса. Мельком она взглянула на педы, это произошло по банальной случайности, и снова боль пронзила её при одном взгляде на свои опорно двигательные конечности. Множественные их части были растерзаны, там были рваные раны, там был энергон в котором плескалась ржавчина и кусочки спадшей брони. Холод или жар становился то совершенно ничем, то до дикости обостренным, настолько что её корпус иногда болезненно, хаотично дёргало, что доставляло ещё больше мук. Один из манипуляторов всё же смог пальцами впиться в зыбкую, сырую и влажную грязь, которая забилась под ногти. Вторым манипулятором она пыталась как-то удержать поток энергона, который непрерывно сочился из уже немного гноящейся раны. Если она потеряет слишком много энергона то все усилия и пережитая ею боль будет напрасно. Арси попыталась связаться с базой, или хоть кем-то кто мог бы ей помочь, но как назло, будто в качестве издёвки, доносилось лишь шипение. Но в один из моментов до неё дошёл оборванный голос диспетчера на линии, который был также прерван всё тем же мерзким гулом статистики. Это было похоже на какую-то изощренную игру, в которой ей не выиграть. Она прекратила свои попытки взять ситуацию под контроль только когда, в тени засияли тусклые блики индиго в перемешку с ярко голубым. Кольцевидные диоды ползли как змеи, откуда-то из руин послышался еле слышимый скрежет и лязг чужих педов. Это был он, она знала это и испытывала панику, ведь судя по всему она не оставила ему серьёзные повреждения если он всё ещё мог двигаться, в отличие от неё. Она застыла, замолкла, затихла словно зверёк который прятался от своей смерти. Страх затрепыхался в груди, подобно придавленной букашке или кому-то кто попался в капкан. Несколько кабелей скользнули к ней хватая за шею, они выдавили её в землю. Её обломки крыльев опустились в собственный энергон который смешался с каким-то природными элементами природы, и теперь всё это месиво превратилась в антисанитарную кашу, в которую был опущен открытый перелом. Она издала пронзительный визг отчаяния, боли, страха и отвращения к конечностям. Манипуляторы были также связаны ровно по запястьям, агония заполнила её как вода стакан воды. Связист каким-то образом, чересчур быстро и бесшумно оказался рядом и выглядел он не слишком приятно, как и всегда. Рана в животе, так же как и её собственные загноилась, обрела ржавчину по краям оборванной плоти и сожженных проводов. Оттуда всё ещё тёк энергон, виднелись даже кусочки сломанной шестерни и других органов которые задело выстрелом. Плечо, а именно стык меж крылом и незаметными предплечьями, были насквозь пробиты, провода на том месте были больше похожи на какие-то мерзкие отростки. Его плечо хоть и было пробито, но всё ещё работоспособным, он не был таким жалким как она, он не был ею. Ком обиды и зависти засел где-то в глубине искры, он колол её хрупкое эго. Он поставил на её магистраль, прямо в область искры, свой тяжёлый пед окончательно вдавливая свою мученицу в грязь. Она задёргала педами в жалких попытках освоиться от удушающих приёмов, но он был достаточно устойчив чтобы игнорировать это. Связист медленно но верно, протянул к ней свой мерзкий, обтянутый протоплотью, манипулятор. А точнее к её шеи, стремясь либо придушить её, либо напором сломать ей череп, и не то не то её не устраивало вообще. На этом моменте она, кажется снова начала обретать способность к критическому мышлению. Во время паники, можно многое забыть, из-за наплыва эмоций и непонимания что делать, под многое забыть она имела в виду острый клинок встроенный в руку. Лезвия выдвинулись из ножен, и извернувшись в хватке кабелей сумели задеть один из них. Конечность дёрнулась как в приступе эпилепсии, отступила на время и разжала свою хватку давая ей прекрасную возможность. Фем почти сразу воспользовалась этим преимуществом, недолго думая она одним резким движением попыталась отсечь его, но потерпела крах, когда он извернулся и откинул её. Она своей открытой раной проехалась по полу, разжигая искры и отрывая последние обломки бывших крыльев. Разумеется не обошлось без криков и мучительных хрипов боли. Она быстро привстала на локте со своего места готовя бластер к залпу, но самое последнее уцелевшее щупальце быстро скрутило руку и прижало к земле. Он прижал руку к правой стороне так что поднять левую не получалось чисто физически, а если бы она даже подняла то было бы поздно. Связист за считанные секунды оказался рядом уже поднимая свой пед для резкого удара в висок. Удар был просто оглушительным, но на её сожаление и его некий шок не отрубил её, а лишь пустил поток энергона на фейс. Она с трудом отвела шею назад подальше от него, но это не отдалило сам корпус, так что она всё ещё была в опасности. Энергон заливал весь обзор, своим холодным прикосновением он заставлял протоплоть в этой области, коченеть. Зрение будто замылилось, размылось в край начало плыть как неудачный снимок. Системы вентиляции и искру сдавило от страха, когда он казалось, приготовил кулак уже для того чтобы точно выбить ей чуть, потухшую искру из искровой камеры. Арси зажмурила последний окуляр, она не хотела чтобы это создание из преисподни, было последним что она увидеть в своём активе. До сих пор горело горькое ощущение того что всё ну просто не могло кончиться так глупо, так мерзко и несправедливо. Хотя если посудить, то из несправедливого тут только её обвинения в том что он оказался сильнее. Она всё никак не могла принять что сама виновата в поражение, ведь именно она выбрала неверную стратегию, и сама устроила обвал, не подумав о последствиях. Жалеть о чём-то было поздно, как и пытаться выбраться из своей ситуации. Сжатая ладонь с тихим посвистыванием, из-за формы пальцев, на всех скоростях летела в грудину намереваясь, в буквальном смысле забрать её душу. Но он остановился буквально в сантиметре от её магистрали. Что-то отдёрнуло его, а именно его состояние. Это был озноб, колющие ощущение боли в дыре, которую она проделала в его животе. Мразь отступила, пытаясь приостановить поток энергона, который теперь снова активно начал сочится из ранения. Ему не стоило так резко и быстро двигаться, но в любом случае фем не стала терять времени, и предпочла сделать выстрел ровно в его проклятый визор. Но от этого движения её остановил миникон. Лазербик снова попытался выстрелить в её оптику, но она умело уклонялась даже несмотря на своё состояние, ради жизни она могла и не такое. После резкого уклонения, и попадания выстрела в груду металла за её спиной, она направила свой бластер в симбионта, она попала, но он успел сманеврировать и выстрел пришелся по крылу. Зверёк с необычайной громким выстрелом, повертелся в воздухе а после камнем спикировал к педам связиста. Он бился в агонии и просил помощи у хозяина, хотя самому связисту тоже не помешала бы помощь. Но в конце концов, он как ошпаренный снова подлетел и жбаном впилися в кучу обломков, пока Саундвейв возился над своим корпусом. Кстати о мастере разведки, он тоже не отличался самочувствием. Было видно как мерзкий корпус бьёт болезненное, сжатие и дрожь от боли. Это не могло не вызвать у неё искреннюю садиститчную улыбку на фейсе, но она быстро стёрла её напоминая замученные автоботские принципы. Его корпус пронзила ещё одна судорога которая повалила его на землю, а именно как она себе подметила, судорога произошла в правом крыле. Как раз в том, в которое она его симбиноту. Она слышала о том что такие как он и Лазербик, имели что-то типа связи между корпусами. Это доставило ей ещё больше злобного удовольствия, которое она также подавила внутри себя. Её искра кишела таким порокам как: язвительность, мстительность, долька садистичности и частое не милосердие. Она знала что всё это больше подходит идеологии десептиконов. Но фем не хотелось признавать свои пороги, она предпочитала убегать от своих демонов. И повторять себе правила, которые становились для неё чем-то вроде мантры или молитвы, которая на время заставляла её забыть о её же недостатках. А тем временем последние из его щупалец, снова начало нестись на неё. Она видела в его движениях дёргоность, тусклость софитов, неравномерность и явный не контроль, скорее всего она довела его до бешенства. Она вывела его на эмоции что играло ей на руку, и Арси не собиралась не воспользоваться этим шансом. «Если я умру от потери энергона, то ты пойдешь со мной». Вот так и можно было описать её мысли на тот момент когда она вытащила, лезвие запачканное её и его энергоном. Она подняла лезвие перед своим фейсом, в который и планировался удар. Но связист похоже не до конца потерял разум в омуте боли. Он в последний момент спикировал вниз, мимо лезвия и быстрым ударом он делает шаг хлесткий выпад по её подбородку. Удар был не слишком сильным чтобы убить её, но этого было достаточно чтобы от подбородка и губ пошли тонкие, но множественные трещины вплоть до, кончиков тусклых, розовых, вставней. И опять, удар пришёл именно на ту сторону фейса, на которой находился раненый окуляр. Снова боль поразила её фейс. Она успела отсечь клещи оптокабеля, это было спонтанное и рефлекторное движение, но оно обезопасила её на некоторое время. Этот удар заставил отступить и его, нр это не значило что она не ощущала боли. Связист споткнулся об какой-то лом, сейчас он был достаточно неуклюжим, поэтому он неуклонно упал на горб. Теперь три врага лежали на сырой, грязной земле с сочащимися, скорее всего зараженными ранениями. И всё это происходило за кротчайшие сроки в полнейшей мгле.