Ее взгляд

Нет, она была не такой, как о ней отзываются большинство людей. Она была совершенно другой, нежной и до глубины души ранимой. Но зачастую это все скрывалось за маской бесчувственной личности. Грубая, непоколебима и, наверно, беспрекословная. черты характера, которые были известны большинству, и только некоторым открывались другие. Наверное, Маше повезло вдвойне, ведь именно она смогла получить доверие и увидела женщину с совершенно другой стороны.

*** Вечер. 15 мая. Белокурая чуть ли не бегала по своей комнате в поисках нужных материалов. Пару минут ранее это был холст небольших размеров, сейчас же она пыталась найти краски и кисточки. Рисовать это было главным увлечением в ее жизни. Да и рисовала она практически везде, будь это чистый белый лист бумаги или полуисписанный и исчёрканный тетрадный. В художественные школы она не ходила, предпочитая работать самой, полагаясь на слухи, что там сильно портят твой талант и индивидуальность. А в планах на жизнь никаким великим художником стать не было, только если для одной женщины, но это исключение. Спустя десять минут она вытаскивала небольшую коробку с разными цветами красок и пару кисточек. Завтра будет день рождение у ее любимой преподавательницы, а времени для создания подарка было немного. Именно поэтому выбор сразу же пал на легкий рисунок — портрет своей строгой Лауры Альбертовны. Это произошло еще четыре года назад, когда у них в первые началась химия. Маша не была ярой любительницей первых парт, из-за этого предпочитала занимать места в конце класса на втором или третьем ряду. Волнения особо не было, она, как и всегда, была расслаблена. И вот звенит звонок. Из лаборантской выходит статная женщина лет тридцати. Она была прекрасна, и то, как она была одета, только подчеркивало ее утончённость фигуры. Черный брючной костюм, Под низом пиджака был белый топ, а поверх ткани на талии покоился ремешок. На ногах у нее были надеты черные лодочки, которые добавляли ей пару сантиметров в росте, хотя и без них она была обладательницей высокого роста. Рассматривая ее лицо, можно было заметить очки. По всей видимости, у нее были какие-то проблемы со зрением. Несмотря на это, очки только подчеркивали и лаконично завершали полученный образ. Весь класс поднялся, приветствуя нового преподавателя. — Добрый день. Правды в ногах нет. Садитесь, — произнесла своим строгим громким голосом, в котором уловимо чувствовались некие нотки власти над подростками. — Меня зовут Лаура Альбертовна Лукина. С этого дня я буду вести у вас химию. Сопли и слезы не терплю. Скажу сразу, если у вас не та оценка, которую вы бы хотели видеть, за мной бегать не надо, исправить не дам. И прошу уроки не пропускать. Отстанете от нас, а потом не догоните и не поймете. — она прошла к своему столу, присаживаясь за него и открывая в своем ноутбуке электронный журнал, взглядом плавно пробегаясь по списку, где было около двадцати пяти человек. — Что ж, начнем. Вижу я вас впервые, поэтому как кого зовут, понятия не имею. Следовательно, сейчас я называю фамилию, а вы встаёте или же поднимаете руку, чтобы я могла вас увидеть, — Закончив речь, и оглядев класс, новая учительница перевела взгляд на экран ноутбука, начиная по списку называть фамилии, а далее смотреть на человека и стараться запомнить его. Следующей по списку шла Мария. Услышав свою фамилию, девушка аккуратно поджала губы от волнения, которое слишком резко овладело ее телом. Но не смотря на то, что творилось у неё внутри Третьякова не спеша поднялась из-за парты, потупив взгляд в пол и не решаясь взглянуть в ответ в небесно-голубые глаза шатенки. Светлоглазая же, без доли стеснения рассматривая блондинку. Изучение ученицы затянулось дольше, чем других. Поставив коробку с нужными принадлежностями на край кровати, изначально решая сделать эскиз. Удобнее, расположилась на стуле, и беря простой карандаш в руки, девушка начала выводить до боли знакомый силуэт лица, при этом слабо кусая нижнюю губу, прокручивая в голове моменты, когда она и ее объект воздыхания были наедине, пусть и по каким-то учебным вопросам. Потратив около часа на создание портрета простым карандашом, она достала краски нужных оттенков и поставила их на поверхность стола, доставая кисточки и наливая воды. Присев обратно за стол, услышала звонок телефона. Прочитав на дисплее, кто ее беспокоит и немного поразмышляв, ответила, тем самым прекращая проигрывание мелодии. — Привет, Мари. Ты что-то хотела? Обычно в такое время до тебя фиг допишешься, а тут сама соизволила мне позвонить, — воодушевлённо произнесла, отводя взгляд в сторону и задумываясь над действиями подруги. — И тебе привет, подруга. Вообще-то я уже отхожу ко сну, поэтому ничего не удивительного. Я вспомнила, какой завтра день по твоим рассказам. Вот и звоню спросить. Ты уже придумала, что будешь ей дарить? — Обижаешь. Мой подарок в процессе создания. Я подарю ей ее портрет и цветы, за которыми завтра перед школой сбегаю. Планирую с утра к ней забежать. — Опустила взгляд на свой рисунок, с легкой улыбкой рассматривая его, подмечая, как сильно тот был схожий с реальной женщиной. — Хочешь задобрить ее перед нашим уроком? Он, кстати, третьим в расписании стоит. А первая история. Если что, так уж и быть, прикрою тебя, — раздался смех Мари по ту сторону телефона, из-за чего появилась легкая улыбка на лице Маши. — Не думаю, что задержусь с ней так долго. Мне порой кажется, что либо она не замечает моих действий, либо френдзонит. — А может, просто боится. Сама же видишь, как она смотрит на тебя. Вроде бы это ты мне пол-урока рассказывала, как вы встретились в коридоре, и кое-кто буквально таял от одного ее взгляда, а после лёгкого прикосновения к плечу. Значит так. Завтра ты обязательно расскажешь ей о своих чувствах. — Нет, Мари, ты чего? Как ты себе это представляешь она же засмеет меня. А если я этим сделаю только хуже? — Если только лучше. Ладно, это все в твоих руках. Подумай над моими словами. Спокойной ночи, подруга. Завершая телефонный разговор, отложила устройство в сторону. Сама же достала колонку и, включив ее в розетку, включила один из своих любимых плейлистов. В нем было множество песен, которые, на взгляд кареглазой, прекрасно передавали те чувства, которые излучали взаимоотношения с Лаурой. Однако большинство из них были на грустном мотиве и несли за собой понятие невзаимная и безответная любовь. Но также в плейлисте была парочка нежных и ванильных песен. Именно с них в этот раз начала колонка, раздавая негромкую мелодию песни. Все же, как не крути, на улице уже достаточно стемнело, а время давно показывала ночное, что сулило скорее ложиться спать, если хочешь выспаться и набраться сил. Девушка опустила кисточку в воду, немного смачивая ее после в краску, начиная наносить цвета на белый холст бумаги, делая портрет более ярким. — If you go I'll stay, You come back I'll be right here. Like a barge at sea, In the storm I stay clear. Подпевала в такт песню, входя во вкус и уже более точными движениями прокрашивая пустые белые места. Таким образом закончила добавление красок в портрет. Оставалось только добавить теней в некоторых местах, а где-то немного осветлить и прибавить искры. Но, решив дать себе немного отдыха, встала со стула, немного размяв спину, что затекла от столь длительного сидения в одной позе. Неторопливым шагом поплелась на кухню, дабы заварить кофе и взбодриться. Стоя возле столешницы и размешивая в кружке крупинки кофе, невольно задумывалась насчет завтрашнего дня. Все ли правильно делает, не отреагирует ли женщина в плохом ключе. Очень хотелось подольше постоять и поговорить с ней, снова обняться, ощутить эту холодную, но в тоже время слишком теплую шатенку рядом. Чувствовать ее руки на своей талии, вдыхать и заполнять свои легкие ее дурманящими разум духами. Очень хотелось повторять такие моменты как можно чаще, но это было невозможно. Или возможно? Одному Богу было известно, но далеко не ей. Тяжело выдохнув и взяв кружку с горячим напитком, вернулась в свою комнату. Заходя в которую все также прикрыла за собой дверь. Все таки не хотелось, чтобы мама знала, из-за кого ее дочь не спит ночами, из-за кого так светиться и с радостью в любой подходящий момент рвётся в школу. Закрыв дверь, взглядом рассматривала окно, что было наполовину закрыто жалюзи. Подходя ближе, немного приподняла жалюзи, открывая вид на картину за окном. — Каждый год перед и в день ее день рождения царит прекрасная атмосфера. А ее образы каждый раз все лучше и лучше. В прошлом году она была в красном брючном костюме, а в позапрошлом — в черном платье. До сих пор помню, как оно идеально подчеркнуло ее фигуру. Она слишком прекрасна. На ней все смотрится идеально. Грустно усмехнувшись, еще пару минут рассматривала улицу, после чего опустила жалюзи обратно и присела за стол, отпивая кофе из кружки. Ей оставалось буквально немного, и она бы могла ложиться спать до утра, но у нее были совершенно другие планы. В этот раз должно быть все идеально. Взяв кисточку в руки и открыв новую баночку с краской, принялась добавлять различных оттенков коричневого цвета, прокрашивая волосы. На это ушла не совсем много времени, однако, закончив это, началось самое сложное на ее взгляд, добавить тени и света на лицо. На часах время плавно перекатывается за 2 часа ночи, и только тогда Маша расслаблено выдыхает, с восхищением рассматривая свою работу. Она была обязана показать это Мари и, не медля ни секунды, взяла мобильное устройство, начиная записывать кружочек в чат с подругой, показывая портрет Лауры, а следом отправляя короткое. «Как тебе? Надеюсь, ей понравится? (» Выключив телефон, завела будильник пораньше, после чего поставила его на зарядку и расправила постель. Беря сменную одежду и покидая свою комнату. уходя в ванную. Где поочерёдно скинув одежду и весьма быстро смыв макияж, Третьякова настраивает тёплую воду, встаёт под струи душа, тяжело выдыхая. Получая расслабление после тяжелого учебного дня и не только. Нанося гель на свое тело аккуратно массирующими, после чего смывая его и начиная мыть голову. Первым вход шел шампунь, а следом бальзам с приятным ягодным запахом. Надо соответствовать своей голубоглазой любви. Принятие душа заняло около 20 минут, не больше. Замотав волосы в полотенце, надела нижнее белье, а сверху натянула свою пижаму. Из шкафчика достала тканевую маску для лица, открывая ее и как нужно располагая ее на своем лице, после чего выходя из ванной комнаты, уходя к себе. Пройдя до кровати, легла в постель, укрывая половину тела. Пару минут и в руках Маши удобно располагался телефон, а пальцы быстро печатали в поисковике нужный текст. Переходя по первой ссылка, слабо закусила губу, выбирая какой букет подарить Лауре на этот раз. Множество композиций из роз, но это не привлекало внимание. Розы слишком банально. Пролистнув десятки букетов, наткнулась на этот, который сразу же запал в душу. Сочетание белой, розовой и голубой гортензии в слияние с парой веточек гипсофил. Упакован в бумагу розовых и голубых тонах, а перевязан белой лентой. Нажав на кнопку заказать, поставила адрес и время, к которому надо привести букет. Дальше телефон был отложен на тумбочку, а Маша поднялась, уходя в ванную комнату, снимая маску и умывая лицо. Промокнув лицо, полотенцем, также освободила волосы от ткани, что ранее обволакивала их и впитывала себя воду. Возвращаясь в комнату, по пути расчесывала волосы. Оставив расчёску на своем столе, вернулась в кровать. Удобно легла на боку, укрываясь одеялом и закрыв глаза, засыпая. Утро девушки началось в 5:30 часов. Слишком рано, но все же деваться некуда. Спать дольше, может не успеть сделать все запланированные дела. Нехотя. Поднявшись с кровати, сразу же заправила постель, дабы не возвращаться к этим действиям дальше, после чего ушла в ванную комнату, умываясь. Вернувшись в комнату, переложила картину со стола на поверхность кровати, невольно улыбаясь своим творениям. Садясь за стол, решила изначально накраситься, а уже после сделать прическу. Макияж был легкий, нюдовый, однако в самый последний момент добавила стрелки, подчеркивая свой взгляд. — Будь тут, Мари, она обязательно сказала свою любимую фразу: "-Взгляд кошки." Вела сама с собой диалог, распуская волосы, что собрала в хвост, дабы они не мешали. Поставив плойку нагреваться, начала расчёсывать волосы, смотря на себя в зеркало и задумывая о том, что надеть сегодня. За этими действиями дождалась нагревания прибора и начала поочерёдно закручивать небольшие пряди волос, которые под действием, которое давала температура, постепенно закручивались и придавались нужной форме. Закончив с прической и макияжем, встала со стула, выключая плойку из розетки. Открыв дверцу шкафа, принялась выбирать образ на сегодня. Это было прозрачный лонгслив, поверх которого надета майка-корсет, а на низ надеты черные брюки палаццо. Весь образ был черных тонах. Дабы придать своему росту пару сантиметров вверх, надела туфли на каблуке, осматривая полученный образ в отражении зеркала. Удовлетворившись полученным. Облизывая губы, взяла рюкзак и картину, что решила не запаковывать, оставив так. Выходя в прихожую, накинула на плечи свое черное пальто, а после поудобнее надела рюкзак, покидая квартиру. Волнение брало тело каждый раз, когда она приходила к Лауре. Волновалась, будто впервые. Маша даже сама не могла дать ответа на это. Почему так происходило, Почему ее тело так дрожала, почему она в напряжении поджимала губы и металась взглядом, лишь бы не смотреть в глаза напротив. Закрыв квартиру, на лифте спустилась вниз, выходя из подъезда и принимаясь дожидаться свой заказ. Курьер прибыл буквально через пару минут и передал букет, дожидаясь оплаты. После, пожелав хорошего дня, сел в свою машину, отъезжая. Маша же, получив букет, не торопясь пошла в сторону школы, по пути в которую встретилась со своей подругой. — Привет, Маш. Вижу, ты при полном параде, — посмеялась Мари, обнимая за плечи в знак встречи свою подругу. — Привет. Очень смешно. Я просто хочу ей соответствовать. Ужасно волнуюсь. Вроде столько раз к ней ходила, а все равно страшно. — Да ладно тебе. Покусает тебя максимум и все. Ничего страшного не будет. — Мгм. Я бы на тебя посмотрела, будь ты на моем месте. Через пару минут они подходили к школе, заходя на территорию учебного заведения. Маша рассматривала дорогу под ногами, собираясь с мыслями, как зайти, что сказать, что сделать. А как отреагирует на это ее преподавательница Обнимет ли на этот раз. Из мыслей выводит толчок в плечо от ее подруги. Она с непониманием смотрит на Мари. — Ты не на меня смотри, а вон туда. Видела, Кто идет? Переведя взгляд, заметила, как по лесенкам на школьное крыльцо поднимается ее любимая женщина, как она проходит ближе и заходит в школу, исчезая за закрытой дверью. Третьякова вешает свое пальто в раздевалке и быстро покидает ее, дабы не нарваться на бушующую гардеробщицу, которая непосредственно отчитала бы ее за отсутствие сменной обуви. С помощью подруги распаковывает букет из бумаги, прося ее выбросить, дабы не тратить на это свое время. — Пожелай мне удачи. Я пошла, — произносит кареглазая на выдохе и направляется в сторону лестницы, поднимаясь на свой любимый и уже такой родной третий этаж. Поднявшись по ступенькам на этаж, дошла до нужного кабинета, читая табличку на нем «химия». За пару минут собралась с мыслями и выдохнув, легко постучалась. Лаура пришла в школу пораньше. Все-таки праздник и оставаться в школе после работы не сильно хотелось. Именно поэтому было принято решение прийти пораньше и на первом-втором уроке сделать бумажную работу. Зайдя в кабинет, прикрыла за собой дверь, проходя к столу и ставя на него сумку. Пальто, повесив на плечики, убрала к себе в шкаф. После чего села за стол, открывая тетради девятых классов и начиная проверку самостоятельных работ. От этого действия отвлек легкий стук в дверь. — Ну и кого в такую рань занесло? Открыто. Входите. Достаточно громко произнесла, переводя свой взгляд на дверь. И смотрит на входящего человека. — Лаура Альбертовна, доброе утро. Я надеюсь, не помешала? Как мне помнится, у вас сегодня день рождения, и не хочу оставить это незамеченным. Я долго думала, что вам такое подарить, чтобы вы точно приняли мой подарок, поэтому не нашла ничего лучше этого. Во время своих слов, не торопясь, проходила все ближе к столу преподавательницы, ведя с той зрительный контакт. Когда же остановилась около стола, смотрела за тем, как Лаура встает со стула и со смущённой улыбкой принимая протянутый подарок девушки. — Машенька, золотце мое. Я всегда удивляюсь и восхищаюсь тому, что ты творишь. Но это потрясло меня. Это просто прекрасно. Рассматривала картину, откладывая ее вместе с цветами в сторону. на поверхность стола. — Ты уделяешь такое внимание для меня. Мне очень приятно. Но только с чего бы? Почему это я, а не кто-то другой? Взглянула в карие глаза, что в смущении от взгляда опустились вниз. Блондинка не сильно закусила губу, начиная свою речь. — Вы достаточно талантливый преподаватель, который заслуживает уважения к себе. Вы многое вкладываете в нас. Лично для меня вы стали опорой. Можете помочь и выслушать меня. В какой-то степени я даже вас люблю. Слабо улыбнулась, поднимая взгляд на шатенку. осмысливая сказанные слова, после чего добавляя. — Нет, стойте! Я не так выразилась. Как преподавателя люблю, Вы ничего не подумайте. — Маш, не надо оправдываться. Я сама прекрасно вижу, что все это неспроста. Просто так, по несколько раз за день мимо моего кабинета ходить не будешь. Подарки на каждый праздник дарить не станешь, не будешь пытаться встретиться где-то вне школы или на каких-то школьных мероприятиях. Твои действия выдают тебя, а у меня складывается пазл в голове. Неужели ты действительно любишь меня? Слушая Лауру, чувствовала, как сердце ускоряет свой ритм, а коленки предательски косятся. Тяжело сглатывает. «Нет. Как такое могло произойти Она все знает. Как теперь быть? Как находиться рядом с ней. Я не смогу признать себе то, что она догадалась и все узнала». Рассуждала в своих мыслях. И тихо, негромко произнося. — Люблю. Вас, тяжело не любить. Со мной вы всегда были совершенно другой, не такой, как с другими. Вы давали этим надежду на взаимность моих любовных чувств. И я солгу, если скажу, что вы противны мне и я вас не люблю. Она таяла, слыша такие комплименты в свою сторону. Было слишком приятно, а ответные слова предательски не лезли в ее голову. Лаура подошла ближе и крепко обняла Машу за талию, накрывая манящие и, как оказалось, сладкие губы младшей своими, сливаясь с той в чувственном поцелуе. Ни одна не хотела прерывать его, но ему следовало завершить. Первой отстранилась светлоглазая. — Милая моя, я тебя тоже люблю. Твой приход в мою жизнь принес столько радостных моментов и оставил море теплых воспоминаний. Ты сделала эти года незабываемыми. Я помню каждый момент, проведённый с тобой. Помню, как ты стояла и дрожала, боясь подойти и обнять меня. Я все это прекрасно помню. Усмехнулась. С самодовольной улыбкой на лице. Рассматривая эмоции, что выражала младшая девушка в данный момент. Отстранилась от нее на пару мгновений, беря ключи от кабинета и отходя к двери, закрывая ее на ключ. После чего вернулась к Маше, вновь целуя ее в губы, но в это раз решительнее. Кладя руки обратно на ее талию, сделала пару медленных шагов назад, доходя до парты и подняв за бедра, сажает блондинку на поверхность стола. — Ты только скажи, и я остановлюсь. Поглаживала рукой ее бедро, плавно переходя на внутреннюю часть, взглядом смотря прямиком в карие глаза. Дожидаясь ее ответа, что не заставил себя долго ждать. — Вы думаете, что я остановлю вас после всего, что вы успели сделать? Нет, Продолжайте. Прошептала и в следующие секунды с ее тела первым действием был стянут корсет и отложен на рядом стоящий стул, после чего ткань лонгслива не задержалась особо долго и была безжалостно снята. Губы шатенки легли на молочную кожу девушки. Нежно зацеловывая ее. Руками поглаживала бедра, поднимая их вверх и кладя на талию. Плавная и медленная дорожка поцелуев спускалась по шее вниз, переходя на ключицы. Все эти действия сопровождались тяжелым дыханием, осуществляемым Машей. Оставив пару десятков нежных поцелуев, отстранилась, оглядывая юное тело. Руками расстегнула застежку на брюках темноглазой и плавно стянула их, перед этим не забыв снять с ее ног туфли. — Господи, Ты просто прекрасна! Прошептала с восхищением рассматривая, как прекрасно сочетается черное белье со светлой фарфоровой кожей. — Можешь так не смотреть на меня. Ты сильно смущаешь. Опустила взгляд вниз, облизывая и закусывая нижнюю губу. После чего ощущая, как за подбородок приподнимают ее лицо и нежно целуют в губы. Не разрывая поцелуй, легко покусывала губы Третьяковой. Параллельно с этими действиями наполовину сняла трусы с девушки, оставляя их на ногах и не снимая полностью. Разрывая поцелуй, придвинула ее ближе к концу стола, опускаясь на свои коленки и окончательно снимая нижнее белье. Разведя ноги светловолосой пошире, начиная оставлять теплые горячие поцелуи на внутренней стороне бедра, спускаясь ниже к коленке. Маша старалась максимально сдерживать рвущиеся стоны наружу, предпочитая тихо постанывать сквозь тяжелые вздохи. Лаура же, дойдя до коленки, начала подниматься обратно вверх, совершив аналогичные действия с другой ногой, поднялась с колен. Пальцами аккуратно провела по влагалищу младшей, нежно и аккуратно входя в ее лоно, двумя пальцами начиная медленные движения. — Будешь сдерживаться — остановлюсь. Я хочу слышать то, как тебе нравится. Прошептала на ухо девушки, обдавая его горячим дыханием. Наблюдая за тем, как она освободила губу из натиска зубов, издавая сладкий стон. Слишком хорошо, слишком желанно. Действия, что совершала шатенка, стали быстрее. Удовольствие заполняло юное тело, давая надежды на скорую разрядку. Волна удовольствия не заставила себя долго ждать. И вот через пару минут она буквально «обмякла» в руках возлюбленной, издавая протяжный стон и прикрывая свои глаза.

*** Со мной она была совершенно другой, настоящей. Она не пыталась казаться кем-то другим, чтобы я смогла полюбить ее. Она просто была рядом. Расслабленная, домашняя и уже такая родная. Моя любимая голубоглазая шатенка. Как я рада, что нас с тобой свела жизнь.