Спасти за полчаса

      Тихо звякнул колокольчик, когда в кафе зашёл посетитель. Порыв осеннего ветра налетел на ряды пустых столиков, вспыхнул вечерним гомоном улицы и тут же рассеялся в глухом хлопке двери. Блеснула светоотражателями тонкая куртка на вешалке, проскрипел паркет, и тёплый диванчик у батарей заняла мрачная фигурка морфа.       Недовольно зашипела кофемашина, раздражённо прогудел морозильник, патефон демонстративно отвёл иглу от колеи. Переворачивая пластинку, Сильвер глянул на часы на ингибиторе. До закрытия оставалось пять минут, а посетитель вряд ли собирался обойтись одним кофе на вынос.       Ещё с порога бариста подметил у морфа выцветший галстук и потёртый портфель, лямкой перекинутый через плечо. Лучший университет города раскинул свою ограду прямо напротив, а потому студенты часто посещали скромное кафе на крае улочки. Сильвер соврал бы, сказав, что не рад такому соседству.       Он любил играть в детектива. Наблюдать за посетителями, слушать их разговоры и по крупицам составлять образ каждого завсегдатая, его привычек и предпочтений.       Именно благодаря блестящей наблюдательности ещё до заказа Сильвер знал, что хмурый чёрный ёж никогда не попросит добавить в экспрессо даже каплю молока, его друг, шумный и приставучий герой Мобиуса закусывает исключительно чилли-догами, а мятный чай одной ежихи никогда не узнает сахара, если после бариста не хочет час оттирать липкие пятна от стола из-за очередной ссоры-побега синеиглового гонщика.       С барной стойки Сильвер видел почти каждый уголок зала, обзор загораживали лишь рамка со свежим кленовым листом, несколько детективов и сборник сказок братьев Г. Самые скрытные посетители рассаживались именно за ними, но как раз для таких случаев у баристы было припрятано маленькое зеркальце.       Блеснул солнечный зайчик от потолочной лампы, немного геометрии, и на зеркальной глади отразилась фигура молодой кошки, что тихо сложила руки на коленях. Школьная рубашка в мягком свете слишком отчётливо отливала бурым, с кончиков штанины брюк стекали невесомые капли, фиолетовый мех мазком потемнел от щеки до виска. Создавалось отчётливое впечатление, что морфа резко окатило шлейфом воды от проезжавшей мимо машины.       Но куртка же была сухой…       Сильвер нахмурился, когда подметил, что кошку пробивает мелкой дрожью. Захотелось с силой врезать себе по лбу и мокрым выгнать в заморозки. Руки тут же бросились к кофемашине. Проскрипели дверцы под стойкой, тихо пискнул дисплей, и по залу разлился невесомый звон колокольчиков.       Посетитель с удивлением отвела пустой взгляд от окна, и серебряный ёж добродушно махнул ей рукой. С лёгкой настороженностью кошка встала и подошла к стойке. В зеркальном отражении золотые глаза оттаяли, когда Сильвер с улыбкой протянул согревающий латте.       — День не задался, правда?       Не сразу, но бумажный стаканчик зябко сжали в руках. Уже вблизи Сильвер рассмотрел перчатки кошки, одну белую и парную бурую с болотным оттенком.       — Что-то и вся неделя… тоже…       На тихое бурчание Сильвер ободряюще усмехнулся. Фиолетовый хвост слабо вильнул вбок, и кошка поспешила за напитком. Нахмуренные брови взлетели вверх, когда по телу разлетелось тепло от горячего молока, смешанного в идеальной пропорции с пряностями так, что тона зёрен совсем не ощущалось. На удивлённый взгляд Сильвер смущённо потрепал иглы на затылке.       — Вы явно студентка и едва ли успеваете высыпаться, — красноречиво кивнул на тёмный мех вокруг глаз. — Допуск к сессии на носу, а кофе уже заменил вам воду. Мне показалось, что приятный напиток не только успокоит, но и согреет. А последнее вам особенно важно.       — И не поспоришь, — промозгло дёрнула ушками морф, что тут же встали торчком, — но почему именно… молоко?       — Потому что вы — кошка.       В ответ на исчерпывающее заключение морф не могла не улыбнуться. Она не знала наверняка, из-за чужой добродушности её холодные руки потеплели, или же из-за детской наивности. Переплетая пальцы на бумаге, ей искренне захотелось усмехнуться простоте. Простоте, которой кошка могла только позавидовать.       Тускло блеснул аквамарин на галстуке. Сильвер перебрал пальцами по витрине. В отражении начищенного стекла уголки его губ дрогнули.       В кафе часто заглядывали хмурые посетители. Сильвер на своем мехе ощутил все прелести студенческой жизни, а потому для него было особенной целью рассеивать эти серые тучи. Обычно ему хватало пары слов и чая, но сейчас он просто не знал, за что ухватиться.       Взгляд цеплял краешек бумаги из приоткрытого портфеля.

«Закономерности рас…

драгоценных место..

      Титульный лист проектной работы. Сильвер попробовал закинуть удочку на удачу:       — Ждёте напарника по команде? — Хмурый взгляд из-под латте стёр улыбку баристы окончательно, — Если опишите его, скажу, захаживал ли он…       Глухой стук стаканчика оборвал его.       — У меня одиночный проект.       Теперь настала очередь Сильвера растерянно распахнуть глаза.       — Такого не может быть, — помотал головой бариста, — сами правила кафедры запрещали это, пока я там учился.       — Учились? — Переспросила кошка; тонкая радужка на мгновение вспыхнула интересом. — И когда же?       — Больше десяти лет назад, — смущённо поскрёб щёку Сильвер, — пятнадцать, если не ошибаюсь…       Фразу баристы невозможно было воспринять всерьёз, а потому кошка не удержалась и прыснула в кулак. Прерывистый смех разогнал нити пара над стаканчиком. Утерев перчаткой уголки глаз, морф с усмешкой подметила:       — Похоже, для нас обоих сделали исключение.       — Я лишь присматривался к факультетам, — развёл руками, словно оправдываясь, бариста, — а вы…       Отражение в зеркале распрямило идеальную осанку и печально улыбнулось. Едва слышно звякнули бубенчики, когда кошка поправила лямку, тяготившую плечо.       — Не желала обременять напарника, — тусклые огоньки задрожали на золотой радужке. Трудно было понять, в смешке или же от иронии. — С теорией если я и могла помочь, то вот на защите ему пришлось бы выступать самому.       Напрашивающийся вопрос застрял у Сильвера где-то в горле.       Вид побледневшего лица, заострившихся черт и дрожащих пальцев на бежевой бумаге заставил баристу тихо выдохнуть и сжать руки за спиной. Собственное любопытство нужно было засунуть куда подальше, когда морфу напротив едва удавалось согреться. Не понаслышке ёж знал, что слова иногда терзают душу ярее холода.       Взгляд глухо застыл на стопке любимых книжек. Сильвер редко встречает посетителя, о котором его наблюдательность может сказать ровным счётом ни-че-го. Обычно сложная загадка подстёгивает мозг, заставляет его работать на полную катушку, но сейчас разум упорно отказывался искать новые зацепки и детали. Надёжная наблюдательность впервые дала сбой.       Ингибиторы кольнули током. Раскалённым золотом сдавило запястья и виски в ожидании неизбежного. Люди называли это шестым чувством. Сильвер называл это предсказанием.       Дождь застучал по стеклу. С отчётливым капающим звуком мигнула энергосберегающая лампа. Тихо пискнули часы на запястье Сильвера. С трудом отведя взгляд от завораживающей глади, кошка встрепенулась и огляделась.       Пустой зал, в кладовке и на кухне потушен свет. Рабочее время давно кончилось, а она грубо на сверхурочных задерживает баристу.       — Я заплачу.       — Это за счёт заведения!       Два голоса эхом отразились от стен. Кошка настойчиво вперила взгляд в собеседника. Сильвер в защитном жесте поднял руки, чуть склонил голову, но из последних сил держал давление кошки. Звякнула пара колец об прилавок, выброшенная из опустевшего кошелька. Похоже, кто-то проиграл.       — Хорошего вечера.       Морф уже соскочила со стула, но умоляющий голос остановил её:       — Возьмите хотя бы печенье с предсказанием!       В недоумении кошка застыла.       На первый взгляд это кафе ничем не отличалось от сотни других. То же меню, та же музыка, схожий серый персонал. Кошка просто отказывалась верить, что пять минут, проведённые здесь, не только согрели, но и навсегда врезались в память. Скупо пожав плечами, она медленно кивнула.       Вероятно, потому что ей было уже нечего терять. Возможно, ей просто хотелось ещё раз увидеть ту ободряющую улыбку.       Сильвер искреннее улыбнулся маленькой победе и отступил на другой конец стойки. Звякнул патефон, заготовленная фраза выбежала из тонкой щели, и через пару мгновений перед Блейз поставили тёплый пакет на вынос. Кошка на минуту задержалась, чтобы допить латте. Золотистые глаза с интересом пронаблюдали, как бариста выключил все приборы, задвинул ящики и скрылся в комнате для персонала.       Хлопнула дверь, и Сильвер облегчённо выдохнул. Он себя бы не простил, если бы не смог уломать кошку на предсказание.       Насколько бариста любил играть в детектива, настолько он ответственно относился к достоверности предсказания. На первый круг у каждой бумажки была одна и та же надпись: «Всё наладится». Иногда она менялась ещё за стойкой, но, когда посетителя не удавалось расколоть, Сильверу приходилось играть ещё и роль сталкера. Не больше тридцати минут, чтобы перенестись обратно на второй круг со знанием будущего.       На плечи набросили серое пальто. Прошипели алые духи, чтобы отогнать приставучий запах кофемашины. Cеребро игл дополнил белый парик с фетровой шляпой, острый взгляд скрылся за чёрными очками, и перед зеркалом прокрутилась фигурка старика, никак не молодого баристы. Оставался последний штрих.       Пискнули ингибиторы под манжетами рубашки. Сочленения вспыхнули, и по дисплею пробежалась короткая надпись:

-0:30:00

      — Отсчёт…       По магниту демонстративно щёлкнули.       — …пошёл!       Едва Сильвер проскользнул через ход для рабочих, как из-за угла громко хлопнула дверь. Бариста шагнул из переулка, поймав взглядом удаляющуюся спину кошки. Чёрную гладь лужи разбил тяжёлый ботинок, когда охотник поспешил нагнать цель.       Даже через очки свет резанул по глазам. Перекличка белых фонарей, медовых огней забегаловок и неоновых вспышек клубов мерцала в спящих окнах искрящим калейдоскопом. Тонкое равновесие временами рассекали шлейфы автомобильных фар. Игра дождя на пересечении света навевала чарующий эффект дрожащей киноплёнки. Через дорогу рябила чугунная ограда. Двери горящего во мраке университета были открыты, но Сильвера влекло мимо.       Дождь зашелестел с особой силой, но цель, выбросил стаканчик в урну по пути, даже и не думала набросить на себя куртку. Она так и висела на правом плече, пока кошка размеренно шагала по тротуару, умышленно ступая по лужам. Мимо проносились машины, несколько раз её орошили от лёгких кроссовок до кончиков вибриссов, но морф продолжала упорно идти, балансируя по тонкой кромке тротуара. Её не заботил ни холод, ни прохожие, ни дождь. На мгновение Сильверу показалось, что даже если бы он маячил прямо перед ней, кошку это волновало бы не больше очередной капли, с падающей ей на нос.       Спустя минут двадцать бесцельного хождения Сильвер собирался проверить свою теорию, но его остановило изменение в характере цели.       Окунуться в дрожащую тишину позволил поворот на внутреннюю улочку. Сильвер едва ли мог отличить её от пройденных ранее; тот же свет фонарей посреди сумерек, теперь уже горящие витрины. Только кошку что-то привлекло у одного из магазинчиков. Сильвер осторожно присел на скамейку у увядшей клумбы, пока цель рассматривала переливающиеся камни в несколько карат. Через монокуляры очков бариста рассмотрел отражение кошки в стекле.       Благородные черты опутала прожигающая тоска. С горькой улыбкой морф провела пальцем по главной надписи на витрине. Сильвер в растерянности перебирал все варианты, как именно связана кошка с ателье «Империя Сол», но тут его голову точно пулей пробило озарением.       Блеск булавки на галстуке.       Сначала бариста не придал этому значения, но сейчас он задумался, как обычная студентка могла позволить себе явно недешёвое украшение. Перебор всех вариантов резко оборвала кошка, когда она, чихнув с облачком пара, прошла на крайнюю улицу.       Во тьме над головой пролетел магнитный поезд. С его вагонов открывался прекрасный вид на огни Стэйшн сквера, на подвесной мост между двумя частями города. По левую руку гудел железный поток. В пересвете фар Сильвер осторожно следовал вдоль перил за целью. Внизу от тысячи вспышек переливалась бурлящая волнами гладь.       Дойдя до середины моста, цель остановилась и опёрлась на ограду. Сильвер только сейчас заметил, что кошка уплела печенье, а бумажку пустила по ветру. В сердце больно кольнуло. Сильвер с сожалением взглянул на застывшую фигурку кошки, как она с печалью смотрела перед собой. Хотелось броситься к ней, закутать в тёплое пальто и снова предложить согревающий латте за счёт заведения, но до этого было ещё далеко.       Ещё две минуты.       Чтобы не привлекать внимание Сильвер нарочито заметно прохромал мимо. Прозвенел велосипедный звонок. Ёж едва успел отшатнуться, когда мимо пронёсся без тормозов спортсмен на велике. Брызнула алая в свете фар вода, неловким движением бариста ухватился за перила, чтобы не завалиться спиной. Секунда промедления, и, спохватившись, Сильвер поспешил обернуться.       Те же перила, та же каменная кладка, мёртвый свет фонаря. Цели нет.       Сердце морфа ушло в пятки. Он был готов отдать всё на спор, что кошка не могла даже в теории перебежать дорогу и скрыться в обратном направлении. Гудков машин не было, а вся полоска бордюра виднелась ежу отчётливо ясно. Так куда же она подевалась?       Слишком запоздало тонкие ушки уловили тихий всплеск. Сквозь рокот моторов и скрип шин морф услышал его пугающе чётко. Весь шум на периферии сознания смазался в режущие помехи, стачивающие дрогнувший разум.       — О, хаос…       Сломя голову Сильвер бросился к перилам. Тьма пожирала свет, не давала разглядеть и клочка чёрной воды. В стороне что-то блеснуло. Сверкнули линзы очков, и Сильвер с ужасом рассмотрел куртку, тонкие полоски светоотражателя.       — Нет, нет-нет-нет.       Пальцы как ошпаренные рванули от ограды. Грохнула назад пара глухих шагов, стук которых Сильвер едва расслышал через захлёбывающееся сердце.       Как, хаос возьми, это произошло?       Он пристально следил за целью, за каждым её шагом. Невозможно за полчаса решиться на такое, прогулки под дождём не достаточно, но тогда вина полностью лежит на Сильвере. День незадался — это же не звучало язвительно и насмешливо, да? А потом всё не пустилось по наклонной из-за него? Детская игра в детектива не могла другого довести до смерти!       Бариста делал всё, что было в его силах помочь. Сильвер не видел ни одного мгновения, где он мог стать спусковым крючком.       Или же он просто не хотел видеть?       Все мысли Сильвера рассёк свист шин и визг сигналки. Свет фар резанул по глазам. Пара шагов оказалась фатальной — вышел на проезжую часть.       Грузовик не мог затормозить, Сильвер мог только прикрыть веки. Часы скупо пискнули.

-0:00:00

      Громкий хлопок сотряс стены комнаты для персонала. В бирюзовой вспышке хаоса Сильвер схватился за грудь, а невидимым ударом его впечатало в стену. Покосилась полка, и духи разбились на мириады осколков. В дрожащих зрачках ежа алая жидкость очертила кровавую лужу у ног.       Белая рубашка неприятно вцепилась со спины. Только спустя минуту дрожащий взгляд сфокусировался на прыгающих линиях дощатого пола.       Его колотило. От вида пустоты перед оградой, от врезавшегося кадра куртки на чёрной глади, от пожирающей печали на лице. Ненависть к себе стрелой пронзила сердце. Как он мог допустить это? Чёртов детектив не заметил все признаки суицида, всю боль и страх в глазах. Сейчас всё слишком отчётливо сложилось в полупустой голове.       Отражение в зеркале схватило себя за плечи. Будь его воля, он бы позволил грузовику сбить себя, за слепоту, за бессердечность, за пустопорожнюю уверенность в себе. Но он жив, а значит есть ещё шанс всё исправить.       Золотая радужка вспыхнула мёртвым золотом. Скрипнули перчатки, когда дрожащие ингибиторы скрыли за манжетами.       Одновременно хлопнуло две двери. В зал ворвался свист ветра и гомон улицы. Сердито прошипела кофемашина, раздражённо прогудел морозильник, патефон демонстративно отвёл иглу от колеи. Кошка оставила тонкую куртку на вешалке и прошла за самый дальний столик.       Сильвер с силой двинул по патефону. Через тонкую щель пробилась бумажка с единственной фразой.       Не делай этого.