Орган добра

/\/\/\

       Гулял промозглый ветер, поднимая пыль с дороги и сдувая желтые листья с деревьев, что стоят на пути играющей стихии. Легко подчиняясь его потокам, на полянах шевелилась трава, заполонившие небо тучи предвещали скорый дождь, а еле пробивающиеся сквозь них лучи солнца создавали непередаваемую по красоте картину.       Возле небольшого сарая, где обычно хранили еду для животных, сидел человек в белых одеждах, подогнув одну ногу в колене. Склонив голову на бок, придерживая доули, лежавшую на земле, одной рукой, юноша спал, иногда вздрагивая от сильных порывов ветра. Его одежды были грязными, а сны беспокойными, но несмотря на все это, он спал беспробудно и крепко, словно не желая возвращаться в явь.        Особенно сильный порыв ветра принес с собой первые капли и запах дождя. Юноша сонно проморгался и размытым взглядом проследил за пролетевшими мимо его лица листьями. медленно вытянув дрожащую от холода руку в направлении листьев, он попытался ухватиться за один из них, но, не успел он дотянуть до них руку, как его внимание обратилось к стоящему впереди мужчине. Он стоял, скрестя руки на груди и внимательно следя за действиями мужчины в белом оценивающим взглядом. Несмотря на явно прохладную погоду и скоро начинающийся дождь, мужчина был легко одет и выглядел никак не озабоченным возможностью намокания одежд.       — Ты долго еще будешь тут лежать? — Увидя, что юноша проснулся и смотрит на него, мужчина спросил заносчивым голосом, с явной ненавистью в нем. — Старейшина сказал, что дал работу какому-то бедняку, говорил, что весьма приятная личность. Этот старик ничего не понимает, но я то вижу тебя насквозь, сволочь.       Юноша посмотрел на человека перед ним недоуменным взглядом и мягко улыбнулся.       — Я не понимаю, о чем вы. Должно быть, вы меня с кем-то спутали. Я…        Мужчина в мгновенье ока оказался на расстоянии вытянутой руки с юношей и разъяренно ударил его ногой в живот со всей силы. Юноша закашлялся то ли от боли, то ли от неожиданности и согнулся пополам.       — Молчать! — Со всей злостью в голосе прорычал мужчина. — Сволочь! Я сразу понял кто ты! Ты можешь даже не пытаться скрыть это от меня! Ты!.. Без добра!       Мужчина продолжал стоять рядом. Подождав пока юноша прокашляется, он занес руку для повторного удара, но так и остался стоять, смотря на избиваемого им человека.       — Хотя, что с тебя взять? — Вместо удара мужчина махнул рукой и ухмыльнулся. — Без добра, и есть без добра.        Сказав это мужчина последний раз посмотрел на юношу, развернулся и быстро пошел обратно в сторону деревни. Через несколько минут от неприятной встречи не осталось и следа. Хлынул сильный дождь, даря природе свою свежесть. Юноша тяжело вздохнул, поднялся с земли, прихватив с собой доули, аккуратно надев ее после, небрежными движениями рук отряхнул от пыли свои одежды и легкой поступью скрылся в лесу под шум дождя.

/\/\/\

       Восемьсот лет назад на центральной равнине раскинулось древнее государство, названное Сяньлэ.       Государство Сяньлэ занимало обширные и богатые территории, народ его жил в мире и радости. Государство владело Четырьмя Сокровищами: несметное множество красавиц, что своей красотой затмевали небеса, блестящие музыканты и поэты, чья музыка и чей слог дарили успокоение души, горы драгоценностей и самоцветов, которые могли позволить королевству все дальше и дальше процветать. А четвертым сокровищем являлся прославленный Его Высочество наследный принц. И в этом государстве зародилось популярное и по сей день мнение.        В те далекие от ныне дни люди, что исследовали тела умерших на предмет болезней, обнаружили странный орган в животе трупов. Сначала те люди не нашли схожесть тех или иных. Казалось, будто орган находится не в зависимости от чего-либо: просто, у кого-то он был, а у кого-то — нет. Позже исследователи заметили, его не было у тех мертвецов, что при жизни были людьми, творящими зло, какое бы то ни было. Тех же некоторых, которые не были известны как злодеи, стали считать людьми, которые в каком-то роде совершали злодеяние и не творили добро за всю свою жизнь. Стало быть, если орган есть — человек может творить добро и творит его всегда.        И так все стали считать, что «люди без добра» злые. Подобных стали угнетать и ненавидеть. Ведь они не могут творить добро, значит им нельзя ничего доверить. Миром правили исключительно «люди с добром». Его наличие определялось при рождении и считалось, что вся королевская династия Сяньлэ никак не может быть без него. Веяние Сяньлэ распространилось по всему свету и продолжало распространятся даже после его падения.

/\/\/\

      На улице стоял жуткий ливень. Люди заперлись в своих домах или временных укрытиях, бродячие собаки жались поближе к домам, переминаясь с ноги на ногу от сырости земли, бежали по лужам мокрые кошки, торопясь занять свое место у теплой лежанки. Вечерело.        По улице шел человек. Будто не замечая ни сильного ветра, ни дождя стеной, он шел по дороге к заброшенному храму. Открылась скрипучая дверь, послышались шаги о деревянный пол. Свет от огня на руке человека осветил людей, сидящих в дальнем углу храма. Увидев, кто вошел, люди сразу же расслабились. Один из группы сказал:       — Напугал.       — А чего бояться-то. Вас же всё равно не видно.       — Ой, спорить с тобой бесполезно. Садись.       Человек послушался, положив на пол бумажный свиток.       — Вы слышали? Говорят, он снова на небесах. — сказал один бог средних небес полушепотом.       — И что он только забыл здесь? Мало ему было что ли тогда, восемь сотен лет назад? — сказал второй, говоря таким же тоном. Вся группа богов замычала в согласии. Но первый возразил:       — Да вопрос даже не в том, мало было или не мало. Он же как-то на небеса-то в третий раз попал.        — А что не так? — спросил кто-то из группы.       — А вы что, не знаете? — человек посмотрел вокруг и, увидев непонятливые лица, наклонился поближе, произнося громким шепотом, — Говорят, он один из них.       — Из них? Мы об одних и тех же думаем?       — Ну конечно, о ком ещё можно думать? А как он на небеса смог пробиться? Ни духовных сил, ни чести, ни добра, право дело, невозможно.       — В любом случае, с таким наборчиком небожителем ему долго не быть. Готов поспорить, его недели через две обратно, в низ. — Человек многозначительно свистнул. Послышались смешки.       — А как он его лишился-то, говорили что-нибудь?       — Тут версий много, а кому верить — неясно. Одни болтают, что лишился он его после второго низвержения, так как Владыка его сильно огрел, вторые судачат, что ему белое бедствие его вырвал, во время одной из их стычек, а третьи говорят, что его и не было у него никогда.       — Да как же могло не быть? Он ведь принц какой-никакой.       — А вот так, мол, ошибочка вышла, и не все из рода императорского с добром были.       — Ну оно и правильно. Не мог человек с добром таких дел натворить, даже если бы его кто контролировал.