семёрка

      влад робко переворачивает семёрку, на обратной стороне которой расположено фото димы. сам пару вздохов сделал, медлил, перед тем как посмотреть в его глаза.       матвеев ухмыляясь сжимает кулаки с уверенностью увидеть родную десятку, но сейчас он прищурился, дабы рассмотреть иную цифру в руках чернокнижника. кривит брови, смотря на влада с весьма озадаченным видом, а тот в ответ улыбается неловко. череватый оглядывается и смотрит на высшие оценки от экстрасенсов, и смеётся, что оказался белой вороной. — ну вот на владе чувствую негатив какой-то. — серьёзным взглядом сверлит чернокнижника матвеев. — на самом деле всегда ставил десять, в этой серии я не согласен с тобой, что там вообще было какое-то проклятие…— не прекращая добро улыбаться, искренне отвечает влад.

«— да чистить надо влада. — влада надо чистить? — спрашивает марат, глядя на обоих. — да в беде, не видит ничё, помощь нужна человеку. — с лёгкой насмешкой и долей печали отвечает дима. — вы готовы оказать эту помощь? — да он не примет.»

      а влад возражать не стал, как делал это ранее. именно по причине очередных выяснений несправедливо низких оценок влада, они и начали общаться в самом начале съемок битвы сильнейших.       смотря на диму, любому, ни то чтобы череватому, легко было понять скрытое значение последних слов. «да он не примет» — «я готов сделать ради него всё, но он не готов это принять.»       диму огорчила оценка влада, ведь тот, ради кого он так старался, был именно он.       следующую девятку, принадлежащую саше, влад перевернул, почувствовав покалывание в сердце. да и дыхание сбилось, почувствовав предсказуемый, жалкий взгляд чернокнижника.       съёмки завершились. череватый не успевает моргнуть, как от димы не осталось и следа. спешит как можно быстрее объясниться перед матвеевым, который уже оказался быстрее его. влад неряшливо накидывает пальто и быстрым шагом направляется на выход, попутно прощаясь со всеми. — за димой бежит небось. — обращается к олегу лина. — наверное. — олег смотрит в сторону куда умчался влад. — да уже в субботу каждый перерыв болтать будут без умолку. — верю.       а череватый гадает, увидит ли диму на их месте, у входа в готический зал. там они встречались каждый раз после окончания съёмок, и часто шли вместе к владу домой.       идёт быстрым шагом и улыбаясь останавливается, глядя на знакомую макушку в бежевом пальто. до чего спокойно и тепло на душе стало, что хотелось отдаться этой нежности со всеми потрохами. череватый медленно приближается, и со спины аккуратно обнимает, кладя голову на плечо чернокнижника. вздох. — ну как можно на тебя обижаться… — мягко и воздушно, сразу прощает дима, поддавшись на кажется, простые, но самые приятные объятия.       влад подходит спереди и ставит такие тёплые и родные руки на щёки матвеева, передавая лёгкую улыбку другому. — дим, я тебе ещё в самом начале отношений сказал, что не буду ставить десятки лишь за то, что мы просыпаемся в одной кровати. — правда. — я ценю твою работу и восхищаюсь твоими способностями, но в этот раз я не согласен, прости.       дима молча приобнял влада, оставив мимолётный и сладкий след на губах другого. не дав ничего предпринять, матвеев уткнулся носом куда-то в шею, согревая собой родного чернокнижника. — я люблю тебя. — прошептал на ухо дима. — и я тебя.