Gottkomplex

Переезд из привычного и дорогого сердцу Берлина в противоположную часть Германии был настоящим вызовом. Я никогда не любил долгие путешествия, просто не нравилось это методичное покачивание в поезде на протяжении нескольких дней. Виды за окном тоже радовать никак не могли, но возможно, что я просто боялся перемен. Приглашение работать в школу после обучения стало моим золотым билетом в хорошую жизнь. Работать вместе с родителями в небольшой юридической конторке и прозябать там лучшие годы жизни я никогда не хотел, потому видел своё продолжение в науке. Монотонный труд не пугал, но в голове всегда билась одна назойливая мысль о своём месте в жизни, и я глубоко в душе жаждал быть на вершине. Преподавание стало доступным вариантом, учитывая явную потребность в людях с образованием. Германия постепенно вставала с колен на пути к великим открытиям и свершениям, а такой стране нужны были квалифицированные кадры. Я был как раз одним из тех, кто хотел самого лучшего своей стране и самому себе в первую очередь. Конечно, легко разбрасываться такими речами когда деньги поступали из кармана родителей, но я ведь решил сразу же вступить во взрослую жизнь при первой возможности. Спасибо им за участливость, но дальше я сам. Не то что бы сейчас пойдёт речь о проблемах или же непонимании, но отец был как раз тем человеком, у которого воспитание проходило через рукоприкладство, порой он мог избить до такого состояния, что ты лежал на полу и просто не мог подняться ближайшие несколько часов. Никогда не буду как он. Утро отъезда было на удивление солнечным и тёплым, я собрал свои пожитки в небольшой чемодан и кинул последний взгляд на родительский дом. Сюда я никогда не вернусь. Мать смотрела на меня в окно с грустью и разочарованием, ее лицо и без того с явными следам старения было омрачено вполне понятной горестью. Отца не было в этот момент поблизости, да и он вряд ли хотел бы заниматься моими проводами. Слишком это для него бессмысленно. До ближайшей переправы я добрался попуткой, местный фермер с удовольствием предложил свои услуги. Не хотелось марать костюм в сене и слушать бестолковый разговор, но такой способ доставки был куда лучше и быстрее. - Уже покидаешь нас, Тилль? Вот уж не думал, что когда-нибудь буду провожать тебя в другой город, - добродушно произносит фермер, иногда поглядывая в мою сторону через плечо. Я лишь отстранённо кивал головой, прижимая чемодан к груди. - Что же ты там делать будешь? – новый вопрос не заставил себя ждать, я едва заметно закатил глаза и посмотрел по сторонам. Как долго нам ещё ехать? - Преподавать математику, учить подрастающее поколение, возможно женюсь на какой-нибудь местной красавице и заведу семью. У меня будет чем заняться. Кажется, что тон голоса выдал нежелание продолжать разговор, потому фермер многозначительно хмыкнул и продолжил дорогу молча. Лишь ржание коня и редкое поскрипывание колеса нарушало умиротворенную тишину утра. Я даже был рад такому неожиданному спокойствию, ведь с самого пробуждение внутри неприятно клокотало чувство страха. Вряд ли я сам мог признаться себе в такой слабости, но ритм сердца невольно учащался, а после резко начинало сдавливать грудь. Черт, мне стоит собраться и больше не забивать голову лишними подозрениями и мыслями. Я иду по верной дороге, начинаю новую жизнь в которой не будет места сомнению и страху. Просто нужно сделать первый шаг, и я уже его совершил. В ту минуту когда решился на переезд в другой город и работу в школе. - Спасибо, - благодарю фермера за оказанную услугу, мужчина недолго смотрит с нахмуренными бровями, но вскоре лицо озаряет простодушная улыбка. - Удачи, Тилль! Обшарпанный вокзал встречает шумными голосами и запахом гари, кругом бегают люди, создавая суету. Никогда не любил такие места и старался держаться как можно дальше. Подобное окружение разрушает ощущение стабильности и контроля ситуации, а я люблю контроль. Вероятно, что это было одним из факторов решения пойти работать в школу. Детей легко контролировать, им легко внушать свою картину мира. Мне откровенно хотелось верить, что своим трудом я сделаю будущее поколение лучше и чище. - Один билет до Мюнхена, - кое-как протолкнувшись через толпу запихиваю ладонь в окно. Женщина по ту сторону стекла устало осматривает лицо, переводит взгляд на деньги и начинает заполнять бланк. В этот момент время предательски остановилось, а гудок подходящего поезда только усилил ощущение тревоги. - Третий путь через пятнадцать минут, - голос сухой и недружелюбный, кассирша отдает билет и забирает деньги, тут же переводя взгляд на следующего. Больше меня не существует для нее. Выбраться из толпы оказалось немного сложнее, но через несколько минут я уже стоял на нужном пути и смотрел на рельсы. Скоро они затрясутся от подходящего поезда, и люди снова сломя голову будут забиться в вагоны. Почему мне приходится проходить все это – я так для себя и не понял. Сомнение закрадывалось в голову, сдавливало виски и не давало нормально соображать. Ситуация выходила из-под контроля… Что меня ждет дальше… В ушах стало шуметь от напряжения и тут я почувствовал сильный удар по ноге. Маленький мальчик со всей силы ударил игрушечным мечом и теперь смотрел на лицо с полным бесстрашием в глазах. - Ах, ты ж маленький уб…- я тут же прервал нарастающую ярость и опустил руку. Что я хотел сделать? Ударить ребенка? Пришлось выдохнуть и собраться. Через секунду я уже сидел перед ним на колене, чтобы мы были на одном уровне для зрительного контакта. - Пацан, если ты еще раз так сделаешь, то окажешься на рельсах. Поезд даже не заметит тебя, а мама будет горько плакать и переживать что не смогла уследить. Никто не поверит в преднамеренное убийство, а просто спишут на твою неосторожность и мать, - мальчик испуганно округлил глаза и тут же опустил глаза на рельсы, - твоя голова будет лежать отдельно от тела, а меч не сможет остановить многотонную машину смерти. Вновь прозвучавший гудок заставил мальчика вздрогнуть и через секунду он уже в слезах бежал к маме. Я медленно выпрямился и отряхнул колено от пыли, продолжая спокойно ждать своего поезда. Детей легко контролировать, а меня ждет очень много работы.