Восьмеричный Путь / The Eightfold path

* * * Тэйлор спустилась вниз, готовая к школе. В её комнате царил беспорядок, но это была проблема на потом. На её учебники и конспекты в основном не обращали внимания, просто разложив их по местам. Кто-то пролистал, по крайней мере несколько штук и небрежно бросил их на стопку оставив открытыми, но это не имело значения. Медсестра действительно выбила её из колеи. По дороге в школу Тэйлор решила, что стоит предупредить его, что она не оставит это просто так. — Медсестра, которая мне звонила. Которая органировала всё это. Она была не такой. Звучала по другому. Вежливо. Профессионально. Не думаю, что она знала. — Тэйлор сказала отцу. — Она не казалось человеком, который закроет на такое глаза. — Может ей положено. Медсестрам и докторам хорошо платят. Броктон не может позволить потерять их. — ответил он. Тэйлор знала эту игру. Он играл адвоката Дьявола. Может быть, она потеряла невинность, но контаргумент находится очень легко: — Могут ли они позволить себе медсестру, которая, возможно, принимает наркотики? Которая замешана в чём-то? Гримаса на его лице — это весь ответ, который ей нужен. — Ты уверена? — Вопрос неуверенный и неуклюжий. Возможно, он тоже не мог в это поверить. Тэйлор и сама не ожидала этого. Если бы не её способности, она бы и не заметила. — Да. Она пошутила об этом. — Отец на мнгновение оторвался от дороги. — Её хромота. То как она привыкла к ней. Некоторое время он не отрывал глаз от дороги, ведя машину. — Я могу позвонить им завтра утром. Он согласился. Она знает, что он взрослый и всё такое. — Но я это видела и я сообщу об этом. Дело не только во мне, но и в других. А что если из-за неё кто-то пострадает, из-за того, что она угашенная. — Дело то серьезное и касается не только тебя. — Они могут перезвонить тебе, если решат, что это просто шутка подростка. — Добавила она в конце. Её бесит то, что из-за того что она не достигла какого-то произвольного числа лет, с ней обращаются как с чем-то. Никто не спрашивает детей в странах раздираемых войнами, сколько им лет. Им дают оружие и отправляют убивать и умирать. Так и происходит, когда война стоит у ворот. Все сражаются. В глубине её сознания зазвучало тихое эхо далекого гимна. Я уже не ребенок. Я готова убивать. Я знаю, что могу умереть. Нет смысла пытаться защитить мою невинность, когда её уже нет. На этот моменте беседа умерла. Но Тэйлор не позволила вернутся неловкому молчанию. Не угрюмому, разочарованному или злому. Он делает всё, что в его силах. Просто этого недостаточно. Она коснулась его бедра, на мгновение сжала и рассеянно похлопала в знак благодарности и извинения. Тэйлор погрузилась в свои мысли, готовясь к школе. Но та часть её души, которая всегда была настороже, все равно заметила. У него перехватило дыхание от ее жеста, он на мгновение замер, машина сорвалась в легкий занос, но отец быстро восстанавил контроль. Тэйлор постаралсь не обращать на это внимание, сосредоточившись на школе. Она не хотела доводить отца до слез. На прощание он крепко её обнял. И поцеловал в щеку. Для чего ему не надо даже слишом наклоняться. — Ты позвони им, и если они спросят, я тоже с ними пообщаюсь. Ты слишком быстро повзрослела. — И в его голосе звучат смешанные эмоции. Счастье и грусть, разочарование и гордость. — Уже устроилась на работу. Заступаешся за других. Тэйлор. — Он осторожно поправил ей очки, его глаза заблестели от непролитых слез. — Она бы гордилась тобой, Совушка. . . . Тэйлор успевала только на третий урок. Они приехали чуть раньше, но она потратила время на то что бы привести в порядок ее «лузерский» макияж и собраться с мыслями. — Удар ниже пояса, папа. — с улыбкой сказала она зеркалу. * * * Конечно, улыбка задержалась не на долго. Она спрятала её глубоко внутри, там где они не могут её достать. Не смогут испортить или осквернить, как делали со многим другим. Сегодня среда, и игра начинается снова. Шепот в коридорах, на уроках. Почему она опоздала, где она была. Что она слаба. Что она наркоманка. Каким-то образом мельница слухов узнала, что это из-за доктора. Она никому ничего не говорила. Отец сообщал только школе. Тэйлор сомневалась, что медсестра или агенты ПРТ стали бы рассказывать старшеклассникам. Значит, должна была произойти утечка. Винслоу — не самая лучшая школа. Но правила все же есть. Одно правило особенно бросается в глаза, когда она думает о нём. Оно вдруг просто появилось. Сегодня она хочет проверить подвал. Но перед этим ей нужно зайти в библиотеку и поговорить с секретарем. Если она доживет до обеда. К сожалению, она красилась в спешке из-за того то папа её ждал да и на парковке не очень вышло подправить макияж. У Тэйлор не очень получается смешиваться с "Лузерами", но она и не собиралась. Самая большая проблема, в том что макияж не помогает в промежутке между уроками. Может быть, она могла бы рискнуть и исправить его, но, когда у нее остался лишь последняя порция света, ей не хочется тратить его если это не вопрос жизни и смерти. Тэйлор не поняла как это случилось. Может, она слишком сосредоточилась на загадке подвала. На том, что бы следить за тем что происходило позади и вокруг неё, наблюдая за всем сразу. Она слишком увлеклась наблюдением за толпой. Тэйлор забыла, что в среду её путь пересекается с Софией. София появилась из ниоткуда. И с силой врезалась в неё плечом. Тэйлор не готова. Она не сопротивлялась и не искала драки. Попыталась приспособиться и проскользнуть обратно в толпу. Но она не просто приняла этот толчок. В переполненном холле, за те секунды, что они рядом, Тэйлор ответила. Все получается не совсем так, как она планировала. Её замах хорош. Удар сзади по левому бедру Софии с вложением веса. София заметила и сделала быстрый шаг назад. Но Тэйлор не успела проскользнуть обратно в толпу. Пытаясь восстановиться, ударить Софию и уйти, она ошиблась и отскочила не туда. И вляпалась прямо в драку. Это дикая схватка в тесноте. Тэйлор смогла инстинктивно уклониться от первого удара, а второй удар прошел мимо ее плеча, едва ощутимый, потому что их толкают. София набросилась на нее с кулаками, и Тэйлор не собирается превращать это поножовщину. Она ответила тем же, оказавшись втянута в импровизированный круг. Рука вернулась из обратного удара, так как она уже пригнулась. Тэйлор бьёт будто на руке кастет. Удар приходится в заднюю ногу, и София не успевает переместиться достаточно быстро, застигнутая врасплох тем, что Тейлор действительно осталась драться. Тупой звук удара заставил Тэйлор резко остановиться. София сделала небольшой подшаг вбок, подволакивая ногу. Танцуя, она сделала шаг назад и тряхнула ногой, по которой ударила Тэйлор. Можно развить успех. Броситься на неё и попытаться повалить. Но она защищается, и неважно, какую чушь будут нести популярные девочки и толпа, она знает себя. Тэйлор здесь не для драки, но она больше не будет это терпеть. Она подняла руки в естественной для нее стойке. Одна рука — для защиты, парирования и захватов, другая для атаки. Тэйлор не насмехалась и не подначивала Софию. Она просто смотрела на нее и отказывалась отступать. Она в любом лучае воспримет это как оскорбление, но не я затеяла это. София выпрямилась, напряжение рассеивается. Она немного припадает на правую ногу. — Наконец-то отрастила немножко воли, Хэберт? — Спросила она и голос у неё немного необычный. В нем нет обычной насмешки и издёвки. — Жалкие подъёбы школьных задир — одно, Хесс. Я могла там умереть. София пренебрежительно фыркнула. — Это уже переходит все границы. Видя что драка не развивается, толпа расходится. Более или менее. София оценила её стойку. — Ты занималась тайком. — Обвиняюще бросила она, как будто Тэйлор, научившаяся защищаться, каким-то образом оскорбила её. — У меня были месяцы и горы мотивации. — Ответила Тэйлор, тщательно обходя тот момент где она провела эти месяы тренируясь. Сны считаются. София бросила на нее острый взгляд. Тэйлор его проигнорировала. — Мы закончили? — Раз и навсегда. Глупо на то надеяться, но какая-то часть Тэйлор надеется. — А что если нет? — с угрозой ответила София, в её взгляде предвукушение и голод. — Тогда я отвечу втройне. Мгновение застыло, балансируя на грани. Тэйлор чувствовала, как он ускользает, как горячий ответ подливает бензина в огонь. София восприняла это как вызов, как провокацию. Ее глаза загорелись дикой радостью. Она улыбнулась, прежде чем отвернуться. Она вернётся, и в следующий раз будет еще хуже. Легкий дрожь в паутине света — все, что ей нужно для напоминания. Тэйлор использует последнюю порцию света, чтобы получить хоть какой-то шанс закончить все это. Мир дрогнул. — Тогда я отвечу втройне. Мгновение — и она застыла на месте, балансируя на грани. Её голос — это факт. Ни холодный и не резкий. Просто ровный, констатирующий факт. Попробуй убить меня еще раз и я убью тебя. Ее резерв света использован полностью, упущенный момент стал мимолетным воспоминанием, но это неважно. Конечно, София не испугалась. Ничто и никто не может её испугать. Она может опасаться Империи, но не боится. Это то, что она видит сейчас. На её глазах происходит какой-то непостижимый, огромный сдвиг. Предвкушение и голод сразу остывают, остаются только угли, и она становится настороженной. — Жалкие подъебы школьных задир? — Переспросила София. Обманчиво мягким голосом. Кто-то из толпы, все еще наблюдающей за происходящим, закричал им: — Давайте уже, деритесь! — Да. — Тэйлор ответила единственному человеку, который находился в поле ее зрения и имел значение. София усмехнулась и хмыкнула. — Увидим, Хэберт. Посмотрим. — Ответила София, качая головой. Она уходит, прекращая противостояние. В словах Софии звучало веселье, но в кои-то веки оно не направлено против неё. Тэйлор немного ослабила бдительность и поспешила в свой класс, массируя ушибленные костяшки пальцев. Она не совсем уверенна в том что же произошло. Кроме того, что она защищалась и выиграла. Это может выйти ей боком, скорее всего, так и будет, но она победила. Нет никаких звонков в учительскую или сообщений о том, что её избили на перемене. Вместо этого по школе пошли слухи об их «драке». Тэйлор старалась не обращать на это внимания и сосредоточилась на занятиях. Шалости не прекращались, но их количество упало. Ни Эмма, ни Мэдисон, похоже, не верят в эти слухи, судя по тому, что ей удается подслушать во время занятий. * * * Она пообедала под землей. В подвале темно, но сухо. В углах пыльно, но видно, что уборщики или персонал все еще регулярно совершают здесь обход. Большинство лампочек работало, по крайней мере, в главных коридорах. Некоторые комнаты заперты, другие завалены хламом, лишними столами, стульями, а в одном случае — чистящими средствами. Одна из дверей помечена как каморка уборщиков. Тэйлор подозревала, что это еще и раздевалка. Она видела в какой форме работают уборщики. Не может быть, чтобы они приезжали в этом из дома. Она взяла один из старых эвакуационных планов и обошла подвал из одного конца в другой. Опробовав по пути все двери. Заглянув во все комнаты, стараясь понять что же тут не так. Она не пыталась найти информацию у секретаря. От этого были бы одни неприятности. У нее есть только час, поэтому она не могла потратить время на обыск каждой комнаты. Переходя из комнаты в комнату, она начала обращать внимание на детали. В одной из комнат что-то не так. Стена на небольшом участке коридора немного отличается, совсем чуть-чуть. Как будто краска на этой части коридора нанесена в другое время. За ней, насколько она может судить, находятся две комнаты. Снаружи через небольшие окна просматривается что-то вроде машинного зала и еще одна комната, достаточно большая, чтобы быть кладовкой. Тэйлор удается попасть в кладовую с другой стороны, там есть еще одна дверь. Эта дверь тоже в лучшем состоянии, чем все остальные двери в подвале, за исключением, может быть двери в кабинет. Она находится рядом со школьным тепло- и водоснабжением, так что, возможно, в ней хранятся дорогие инструменты и детали? Сам машинный зал тоже заперт. Вот только. если простукать, кажется, что дверь из дерева. А еще дверь немного выступает, как буд-то она толще чем кажется. Кроме того, она уверена, что эта комната находится прямо под ванной для девочек на первом этаже. Она не уверена, что это имеет значение, но в голове у нее это отметилось. К сожалению, в проходе нет окошек, и, поскольку все двери заперты, она мало что смогла сделать сегодня. Уходя из подвала она все еще разышляет над планом эвакуации. Её осенило на ступеньках. По-другому окрашенная стена. Она была смещена относительно остальных, коридор здесь был почти на фут уже. Она почти не заметила этого, потому что проход между двумя опорными столбами был не шире, но здесь вся стена была такой. Но зачем? Так было с самого начала? Это что-то новое? Что происходит Зачем кому-то понадобилось перестраивать только одну комнату в подвале? Может быть, это из-за воды? Почему-то, она так не думала. * * * Только оказавшись дома, Тэйлор вспоминает, что ей следовало написать заявление о нарушении конфиденциальности. Вздохнув, она признала: — Я могу сделать это завтра. Сегодня слишком много всего случилось. Она села за учебу, надеясь, что немного спокойствия пойдет ей на пользу. Происходит нечто странное. В тех классах, где она успевала, она начала даже опережать темы. Начала проходить то, чего еще не было в классе. Тэйлор знала, что она хорошо учится, когда ей не нужно беспокоиться о Трио, о том, что ее домашние задания и проэкты будут украдены. Но было ли так всегда или мой разум изменился вместе с телом. Она никогда не была в такой форме. А что, если и её разум работает лучше? Раньше эта мысль могла бы обеспокоить её. Теперь она понимает, что это преимущества для выживания. Но все же часть её беспокоится. Сколько в этом всего — она сама, сколько — её силы, и Карта которую она использует? Это её беспокоило, но сегодня об этом говорить не приходится. У неё напряженный график. Успокоившись после школы и немного придя в себя, Тэйлор отправилась на поиски тех самых телефонных номеров. * * * Зазвонил телефон. Прошло несколько гудков: — Центральный Госпиталь Броктон Бэй. Отделение амбулаторной помощи. — Ответил скучающий голос. — Эм. Здравствуйте. Я ищу медсестру Букер. Она сказала перезвонить, если у меня будут вопросы. — Подождите. — Трубка на другом конце стукнулась о стол. — Она на совещании, перезвоните позже. Тэйлор уселась ждать, пытаясь отвлечься от школы и драки. Она участвовала в драке. Черт, она выиграла. Только тогда она поняла, насколько это было опасно. Ее учили, как причинять боль людям, поэтому она точно знает, насколько это было опасно. Они оба наносили удары так, будто хотели их нанести. Тэйлор не знает, что ей с этим делать. Со всем этим. Но она чувствует, что должна что-то сделать. Но что именно, она не знает. Не помогает и то, что единственная травма, которую она получила — это ушибленные костяшки пальцев. Время идет то рывками, то замирает, Тэйлор то набирала номер, то отдыхала. Ей еще нужно идти на новую работу, хватит волнений на один день. Она поднялась в свою комнату только для того, чтобы переодеться. Там по-прежнему беспорядок. Наконец, спустя час, медсестра Букер ответила. — Я уже ухожу. Если то не срочно, то поторопитесь. — Извините, но я подумала, что вам будет интересно узнать, что медсестра, которую прислали ко мне домой проводить осмотр, была под чем-то? — Что? — Глаза не были стеклянными. Она ведь не носит контактных линз? — Тэйлор обмерла, осознав что возможно поняла всё совем не так. — Нет. — Она ответила ей. — Что это была за медсестра? Тэйлор покраснела. — Я не знаю. Она не представилась, и я не заметила никакого бейджика. Она попыталась вспомнить детали. — У нее было ваше пальто, тёмное, но не черное-черное. Короткие черные волосы, немного ниже меня, примерно метр шесьдесят. — Я поняла. Я всё проверю. *Клац* Ну, это была смесь банальности и беспокойства. Тэйлор понятия не имеет чем то закончится. Она разозлила медсестер, и одну из них уволили? Она не знает. Она знает только, что для того, чтобы что-то изменилось в этом городе, она должна продолжать добиваться этих изменений. И она не хочет, чтобы обкуренные медсестры ухаживали за людьми, которые даже не могут лечь в больницу. Даже если это может испортить жизнь ей лично. Сделав все дела на сегодня она вернулась в комнату, отправила в стирку простыни с собачьей шерстью. Перестелила постель. * * * Пока она собиралась на работу, наполнилась вторая часть ее резерва. Отец позвонил, предупредил, что у него что-то случилось и он должен задержаться. Она все поняла. Тэйлор взяла с собой полный комплект: заточку, разводной ключ и пращу. Она откупится, если ее попробуют ограбить, но если кто-то попытается сделать что-то серьезное, она будет готова. На всякий случай она позвонила заранее. В кои-то веки старушка проявила уважение и записала телефон папы, чтобы позвонить, если она не придёт. По пути ей попадалось много подозрительных личностей, но большинство из них не проявляли интереса к такой бодрой, внимательной особе одетой как она. А те, кто видел, не были готовы бежать за ней трусцой. Она дошла до дома, в котором был встроен большой гараж. Как на автомойке или у автомеханика. Судя по размерам дверей, она предположила, что это вторая дверь. Тэйлор позвонила в звонок, согласно инструкции. Женщина, появившаяся из двери наверху, выглядела не такой старой, по сравнению с голосом по телефону. У нее были морщины и седые волосы, но она не была древней. Она не столько шла, сколько суетилась, быстро открывая ворота. — Поторопись, девочка, уходи с этого проклятого холода. — Женщина втащила ее в гараж, и она с облегчением выдохнула, оказавшись в теплом помещении. Тэйлор сразу же сняла пальто. Было не очень жарко, но довольно тепло. Висящие пластиковые листы отделяли вход от остального помещения. Пожилая женщина откровенно осмотрела ее: «Я Араи. Как шлемы. Не одна из них. Вешай пальто на вешалку и проходи. Вещи можешь оставить в раздевалке. Тэйлор несторожилась. -Раздевалка? — Переспросила она, немного повысив голос. Ее начальница уже ушла. Тэйлор последовала за ней в заднюю ванную комнату. Там была керамическая плитка и большая ванна. — Раздевайся. — Бесцеремонно сказала ей Араи: — У тебя есть шорты под этим? — И начала сама раздеваться. Она оказалась в белой блузка с короткими рукавами и шортах. — Нет. — Ответила Тэйлор, снимая свитер. Старуха Араи нахмурилась увидев её футболку. — Полиэстэор. Если будет какой-то пожар, она прилипет к твоей коже. Снимай. То, как откровенно она приказывает это сделать, очень раздражает, но раздражение помогает справиться с неловкостью. Не успевала она спросить, можно ли надевать в защитный костюм на нижнее белье, как ее новая начальница открывает ящик с футболками и шортами. — Какой у тебя размер? — О. — И в следующий раз берите с собой свои. Чистый хлопок. И нижнее белье тоже. Я обеспечиваю защиту, а не одежду. — Сказала Араи, снимая рубашку. Внезапный болезненный укол в бок завершил фразу. — Проклятые воры, подмётки на ходу режут. — Проворчала она, и это объяснение, но не оправдание. Тейлор осталась чувствуя щипок, с рубашкой в руках, когда Араи вышла, уже переодевшись и начала влезать в защитные ботинки прямо за дверью. Это небольшая комната. Если бы они оба переодевались в ней, то мешали бы друг другу. Тэйлор подавила свой дискомфорт. Это работа, а не отпуск. Не то чтобы она ущипнула её за задницу. Она старая, старомодная, выросла в культуры и, возможно, у нее есть свои идеи, но она здесь, чтобы работать, а не заводить друзей. На небольшом столике сбоку лежит несколько футболок и шорт. * * * В конце концов, её боссу пришлось помочь ей правильно одеть часть защитной экипировки. Противогаз ощущается странно, но не страшно. Но в костюме тело совсем не дышит. Они приступили к работе. Работать приходилось на множестве точек. Где-то были ваннами или бочками. Тэйлор не понимала, что от нее требует Арай. Её, работа заключалась в том, чтобы приносить большие партии ингредиентов и вливать их с постоянной скоростью, пока её босс смешивала, отмеряла время и добавляла другие ингредиенты в меньших объемах. Здесь приходится много носить. Много. Это тяжелая работа, и вскоре она уже промокла от пота. Она успевала вытереть пот с глаз, по спине текла река, и даже ноги промокли. Но она продолжала работать. Работа есть работа. Я и не думала, что будет легко. Если бы не костюм, то это, наверное, намного легче, чем то, что некоторые докеры делают каждый день, а они работают намного дольше. Они не говорили. Здесь не было никакой музыки, только «держи это», «наливай, осторожно! Скорость потока должна быть равномерной, ты, тупая дура», «положи на бок» и «продолжай перемешивать, равномерно! Нет, не так, хотя бы сделай вид, что слушаешь, продолжай смешивать, вот так!». Очень много такого вот. Очень много. В основном все время только это. На втором часу Тэйлор начаала притормаживать. Руки устали, спина начала протестовать против такого обращения, а ноги заболели. Она в хорошей форме, но это уже слишком. Не сравнимо со снами, конечно, но это не сон. У неё болело всё тело, некоторые мышцы, о которых она даже не подозревала. Они болят, слегка горят, но это не та боль, которая возникает, если что-то потянуть или переусердствовать. Тэйлор вся в поту, но продолжала работать. До тех пор, пока всё не сделано. Араи продолжала работать. Она смешивала и следила за процессом на разных этапах. За все время никто больше не заходил. Она махнула в сторону раздевалки. Влезать в свитер, брюки и куртку в насковзь промокшем нижнем белье? Не очень приятно. Она так промокла, что оно просочится через штаны. Босс бросила 20 долларов ей на колени. Она так и не переоделась. Тэйлор выставили сказав лишь: — Ты проработала без серьезных промахов, и ты можешь держать язык за зубами. Посмотрим, продержишься ли ты дольше или научишься. На сегодня всё. Возвращайтесь в субботу, после обеда. С этими словами она отвернулась и пошла обратно к двери гаража. Тэйлор поняла, что её работа закончена, но Араи еще несколько часов будет наблюдать за всем, что они сделали. Все эти ощущения ошеломляют. А ее брюки уже начали промокать насквозь. Обратный путь — жалкое зрелище. Это еще хуже, чем просто жалко, так как из темного переулка прямо за ее спиной появляется пара теней. Тэйлор ускоряется словно стрела. Она услышала, как они ругаясь побежали за ней. Из-за снега и её натруженых ног у неё не получается бежать так быстро как она может и они догоняют. Но прежде чем успевает запаниковать она чувствует, как зуд, затаившийся под подошвами, разгорелся с новой силой. Руки двигаются в такт ногам, каждый шаг толкает ее широкими шагами по улице. Она наконец то выбралась на одну из главных улиц где не было снега. Спринт такой быстрый, что кажется, будто она летит. Это быстро привело к тому, что она начала задыхаться и ей пришлось сбавить темп до нормального бега. Но она слышала, как преследователи ругаются далеко позади. Они сдались. Тэйлор бежала трусцой всю дорогу домой. Её сердце бешено колотилось когда она подходила к двери. Свет горел. Дэнни дома. Вопрос в том, что она должна ему сказать? Чем она готова поделится. * * *