Секрет фирмы

Остаток дня мужчина поглядывал на Йованну, но в кабинет больше не приглашал. Нарастающее чувство вины, неприятия и дискомфорта окончательно пригвоздило к стулу вечером. В конце рабочего дня, Христофор поспешил удалиться, не пересекаясь с кем-либо и быстро проскочив мимо недоумевающей Йованны. Та ещё какое-то время смотрела вслед, задумываясь о том, что произошло и происходит сейчас перед ней. Студентка ещё не знала, что её новый возлюбленный обременён кольцом на пальце. За все несколько месяцев работы новенькой секретарши, Эмилии ещё не приходилось появиться на работе, а кольцо на пальце предмета воздыхания или не замечалось, или намеренно игнорировалось.

***

Каждый шаг казался всё тяжелее, расходясь гулом по пустой парадной. Матиас не понимал перед кем чувствует большую вину: перед собой, супругой или Йованной. Сегодня, мужчина нарушил всю рабочую этику закрутив быстрый «секс по службе» в своем кабинете. Христофор не находил себе оправданий, но немо давал слово о том, что это произошло в первый и последний раз. да, определённо. Ключ проворачивается в замочной скважине, бизнесмен ступает внутрь. Свет во всей квартире приглушён, в дальней комнате тихо играет мелодичная музыка, в воздухе витает запах ароматических масел. И вот, из комнаты ступает, нет, не принцесса — Королева. Эмилия, как и всегда, идеальная. В момент, когда та замирает в проеме, мужчина успевает приметить чёрное кружевное белье, покрытое полупрозрачной бордовой тканью длинного изящного пеньюара на поясе. Пеньюар струился по плавным изгибам большой груди супруги, талии, сползал по бёдрам и колыхался по стройным, упругим икрам. Стопы, облачённые в домашние туфли с помпоном на маленьком каблучке казались кукольными. Женщина сделала пару лёгких шагов, оказываясь возле Христофора и обнимая того за плечи. Красные губы коснулись щеки мужа, и женщина вновь отстранилась, подзывая за собой. Иногда, Эми могла вскружить голову не хуже, чем восемь лет назад, когда они только познакомились. Жена трепетно подготовила праздничный стол в честь годовщины свадьбы. Кухня с приглушенным светом старательно обставлялась свечами и живыми цветами, что играли симфонию ароматов, вкупе с подожжёнными в лампе маслами. Пара села за стол, принимаясь за, в начале, молчаливую трапезу. — У тебя что-то случилось? — Наконец, подаёт голос Эмилия. Губы слаживаются в теплую улыбку. Женщина склоняет голову вбок, трепыхаются и прямые смольные волосы. — Что-то на работе? — Нет, милая, я просто устал, — Отвечает Христофор. — Я люблю тебя. Христофор признается не только в любви к Эмилии, но и напоминает себе об этом. Позднее, супруга встает, приглашая на танец. Мужчина не отказывается, мягко подхватывает женщину за талию, привычно-нежно прижимая к себе, но в один момент понимает, что всё это получается автоматически. Брюнетка же прижимается к плечу, качается в танце, гладит плечи и шею супруга. В какой-то момент отстраняется, подталкивая любимого в кресло, Христофор поддается, пытаясь расположиться в комфорте. Эмилия, что отошла на несколько шагов и замерла в свете огоньков свечей выглядит просто великолепно. Женщина начинает плавно двигаться, не попадая в такт музыке, а сливаясь с ней. Свет скользит по выпирающим ключицам, изгибе скулы, талии и впадине живота. Пальцы с аккуратным красным маникюром в пару движений стягивают пояс пеньюара, тот соскальзывает на пол, наконец, позволяя полностью лицезреть красоты жены — зрелой, оформленной женщины, с круглыми бёдрами, небольшим, но аккуратным животиком и большой налитой грудью. Любой мужчина бы позавидовал. Вскоре, женщина избавляется и от кружевного бюстгальтера, отбрасывая тот в сторону и красуясь розовыми, пухлыми сосками. Брюнетка подступает к мужу и беря за руку, ведёт в спальню. Эми плавно опускается на колени, попутно стягивая джинсы с мужчины, который опять ненароком начал погружаться в мысли о произошедшем с Йованной. Но теплый, влажный язык, касающийся головки члена путает мысли в тумане, заставляя забыть. Женщина умело работает языком, проводя им от самого основания до налившейся головки, а позже, обхватив член губами погружает его в рот. Ствол, обхваченный влажными губами и языком пульсирует, выводит Христофора на стон. Мужчина сжимает руки на волосах супруги и наматывает те на кулак, начинает движения бедрами, полностью проталкиваясь в глотку Эмилии. Такой оральный секс — не первый раз в сексуальной жизни супругов, женщина стонет в то время, как мужской стержень пропихивается в горло, упирается в щеки и все больше пачкается в липкой слюне. Иногда, Христоф ослабляет хватку, отводя голову Эми и позволяя той отдышаться, а себе — лицезреть красивое личико со следами слюны, смазанной губной помады и подтекающей тушью. Бизнесмен с огромным удовольствием водит членом меж надутых губ, похлопывает по щекам. Через время, девушка просит остановиться и достав из ящика две плотные красные ленты, протягивает супругу. Кратко ухмыльнувшись, Матиас выхватывает ленты и толкает жену на кровать, разворачивая к себе спиной и давя на лопатки, вынуждая лечь грудью на кровать. Запястья жены были стянуты лентой и зафиксированы к кровати так, что у Эмилии не оставалось возможности поменять позу. Пристроившись сзади, Христофор снимает чёрные кружевные трусики и пальцами ласкает влажную промежность, ладонью обхватывает свой член и начинает делать поступательные движения. С глухим стоном, Христоф, наконец, сжимает бедра супруги и достаточно резким движением входит в намокшую вульву. Та протяжно стонет, сжимается, поднимает голову. На время замерев, мужчина чувствует, как тазовые мышцы обхватывают член, а после, начинает быстро, словно вколачивать, член в женщину. Каждый толчок сопровождается прерывистым дыханием самого Матиаса, громкими стонами Эми. Страстные всплески голосов путаются с хлюпаньем и хлопком тел друг о друга. Вот только, шальная мысль о Йованне вновь посещает голову и Христоф чувствует, как и без того затвердевший орган буквально каменеет, а нервы кажутся оголенными. Бедра сжимаются ещё сильнее, а сам бизнесмен двигается ещё быстрее, еще более резко. Стоны мешаются с криками удовольствия и восторга, наманикюренные пальчики до рези в ладони сжимают ленты. Матиас чувствует, как ствол наливается и делает еще несколько грубых толчков, прежде чем прижмется лобком к заднице Эми и с рычанием изольется внутрь. Мужчине тяжело дышать, тот ещё какое-то время стоит, возвращая дыхание в норму и, наконец, отстраняется, развязав ленты Эми, с выдохом падает на кровать рядом. Женщина кажется все равно довольной, пусть и не испытала оргазма. Она укладывает голову на плече супруга, ее дыхание прерывистое. Пальчики бегают по груди мужа. — У нас снова не получилось, — Выдыхает Христофор, давая понять, что подобная ситуация с отсутствием оргазма — не впервой. — Ничего страшного, ты же знаешь, всё в порядке, — Девушка вновь улыбается, прижимается ближе. Она выглядит умиротворенной и по — своему симпатичной, с растрепанными волосами и смазанной косметикой. Моменты, когда Эмилия выглядела такой неидеальной, такой естественной — мужчина ценил. Вскоре, женщина ушла в душ, а Христоф, закинув руки за голову лежал и думал, какую же глупость, всё же, совершил там, у себя в кабинете. Матиас клялся себе больше не думать об этом, вот только мысли сами ядовитой змеёй прокрадывались в извилины, то и дело показывая отблесками сцены, как Йованна краснеет и стонет, как её округлые ягодицы покраснели от сдавливания, какие на ощупь были ее волосы и губы на вкус.