Однажды встал вопрос

Кабинет был погружен в полумрак. Тихая музыка и отдаленный гул промышленных механизмов, доносящийся из рабочей зоны, служили аккомпанементом мрачным мыслям. Остывший кофе на столе и полная окурков пепельница говорили о том, что владелец кабинета несколько не в себе. Особенно кофе. К нему притрагивались только в двух случаях: когда не удавалось проснуться после особенно тяжелых бессонных ночей или же во время эмоционального раздрая. Эмоциональный раздрай был налицо. Ризли измерял шагами не такое уж и большое пространство. Ладно, большое, но именно сейчас он считал, что места недостаточно. Раз, два, три, пять, девять… Почему девять? Почему так быстро? Кто построил эти стены? Нельзя было сделать, ну, скажем, раза в два больше?! Проблема, тем временем, была явно не в размере кабинета. …И почему так не вовремя уехала Клоринда?! Можно было бы попросить ее помочь, получив бонусом щелчок по беспокойным мыслям и шуточную пикировку в придачу. Лучшая разрядка, лекарство от почти любого эмоционального взрыва. Но абсолютно внезапная поездка Клоринды в Мондштадт перевернула более-менее реалистичный сценарий с ног на голову. Ризли в очередной раз затянулся и поморщился: переборщил, слишком резко вдохнул. Горький дым обжег легкие, принося лишь досаду. Жуткая отрава, конечно, но психологическое и физиологическое облегчение это компенсировали. Обычно. Почти всегда. Но не сегодня. Голова, тем временем, пульсировала. Проблема — реальная или же просто сгенерированная беспокойным мозгом — занимала все мысли. Ризли не любил, когда приходилось решать свои вопросы подключая кого-либо. Одно дело, когда речь шла о крепости. Тут можно задействовать все: от грубой лести до шпионажа, шантажа и запугивания. Это его работа, а какими способами она выполняется, если все идет, как надо: документы в норме, а в Меропид поступает доход и приходят новые руки — кого это волнует? Личные же вопросы… здесь показывать слабость или оставаться должным Ризли просто не имел права. Первой мыслью было обратиться к Сиджвин. Во-первых, она одно из доверенных лиц, тех самых, кто мог и не одобрять некоторые методы, но помогать водворять их в жизнь. Во-вторых, она никому не расскажет. Никогда и ничего. В-третьих, мелюзины хоть и в чем-то странные для человека, но однозначно мудрые создания. Она бы поняла. Она бы помогла. Она, в конце концов, всегда помогает. В любой ситуации, кроме этой. Именно сейчас Сиджвин была бы бессильна. Перебрав все возможные варианты, отметая нереалистичные, позорные и просто глупые, Ризли понял, что у него остается один-единственный. Тот самый, который он так упорно гнал из головы. Тот самый, который и заставил его нервничать настолько сильно. Сигарета была смята в пальцах. Остро хотелось достать новую. Что угодно, лишь бы оттянуть неизбежное. Величественный и прекрасный дворец Мермония. Настоящая противоположность крепости Меропид. Светлый, сияющий, до зубовного скрежета логичный, полный бюрократии и зачастую бессмысленных телодвижений, на которых держался правовой институт Фонтейна. Нет-нет, не подумайте, никакого осуждения — всего лишь резкий контраст с крепостью, которая, находясь под толщей воды, лишена лоска и изящества. Бумажная же волокита вызывала зубовный скрежет даже у его светлости герцога Ризли. Свет и тень, возвышенность и глубины, порядок и хаос, закон и наказание. Однако сегодня во дворце творилось нечто странное. Нет, на первый взгляд все было прекрасно. Закатное солнце окрашивало мрамор коридоров в золотисто-розовые цвета. Сотрудники Палаты Жестьон завершали свой рабочий день и, весело переговариваясь, расходились по своим делам — кто-то спешил к семье, кто-то в кафе с друзьями, а кто-то домой, гладить любимую кошку. На своем неизменном посту оставались мелюзины и некоторые высокопоставленные персоны, которые жили при дворце. Айви тоже почти закончила свой рабочий день. Провела она его в архиве, по поручению юдекса. Оказалось, что подборка дел за последний год превышала по объему почти три ему предшествующих. С чем это было связано: с увеличившимся количеством преступлений, любовью госпожи Фурины к ярким шоу или же возросшим количеством абсурдных законов — им еще предстояло разобраться. Скорее всего, имели место быть все перечисленные пункты, а, возможно, что-то еще. Требовалось найти это самое «еще» и определить, что же оказало самое существенное влияние. На Айви лежала подготовка и доставка сжатого аналитического отчета: сколько, когда, за что и как именно шло судебное заседание. Радостная Айви направлялась к месье Нёвиллету. Рабочий день закончен! Отдать отчет — и можно идти в кофейню лакомиться вкуснейшими пирожными! Айви уже почти взялась за дверную ручку кабинета, как замерла, услышав что-то странное, подозрительно напоминающее стоны и звуки борьбы. Или не борьбы, но чего-то столь же эмоционального и страстного. Не веря своим ушам, девушка вслушалась чуть внимательней, покраснела, но от шока не смогла сдвинуться с места. Подслушивать нехорошо, но она и не хотела! Это вышло случайно. Случайно же, правда? Тем временем, нечто за дверью продолжало твориться: — Прими другую позу, — произнес голос, явно принадлежащий Нёвиллету. — Какую? У тебя тут не очень удобно. Ты не пробовал приобрести новый диван, который не будет так отчаянно впиваться в… — ответил ему кто-то. Голос был смутно знаком, но не очень привычен. Одновременно ехидные и уважительные интонации, мягкий и вместе с тем звонкий… Неужели его светлость? — Пробовал. Прошлый был еще хуже. — М-м-м, так тебе нравится страдать? — Кажется, в данный момент страдаем мы оба. — Так я о том и говорю! Давай я подарю тебе шикарный широкий диван, который не будет давить на все филейные и не очень места? А еще на нем можно будет удобно разместиться вдвоем. — Ризли, ты можешь не дергаться? Если продолжишь в таком духе, вся затея обречена на провал, — холодно произнес Нёвиллет. «Ну точно, Ризли!» — подумала Айви, мысленно хлопнув себя по лбу. — «Архонты, чем они там занимаются и хочу ли я это знать?». — А ты можешь целиться точнее? — Могу, но ты должен перестать дергаться. — Ваша честь, виновен! Но давай пока вернемся к теме дивана? Если не хочешь брать еще один не разобравшись, мы можем отправиться в Меропид. Я как раз недавно поставил новый, опробуем его вместе. — Да? Звучит неплохо, — явно оживился юдекс, а Айви поняла, что если себя выдаст, то ее не просто уволят. Ее сошлют в тюрьму, где Ризли отыграется по полной программе. За то, что слышать нельзя ни при каких условиях. — Только представь. Мы втроем: я, ты, диван… И чай, разум… О-о-ох, а, а-а-ай! Ты что делаешь?! Кто же так целится?! — Я уже просил тебя перестать дергаться. — Ты метишь не так! А если застрянет, а мы потом не вытащим?! — Все будет в порядке. Ну хочешь, я использую смазку? — Нет, я хочу, чтобы твои пальчики были нежнее и аккуратнее! О-о-о-у-у-у, ну облизывать-то зачем?! — Тебе не понравилось? — Мне кажется, этим ты только сделал хуже. Но мне понравилось. Очень. Ладно, продолжай. — Ляг иначе. — Твой диван кусает мою жопу. — Ризли, мы на боку. — Вот и представь, насколько мне тут неудобно, если при лежании на боку диван лишает меня задницы?! Не считая моих мозгов, она мое достояние! — Общественное. — Что? — Не твое достояние. Твоя жопа — достояние общественности, — на этой фразе Айви чуть не откатилась в обморок. Во-первых, представить, что Нёвиллет в принципе может сказать слово «жопа» было чем-то невозможным. Во-вторых, тот, чью жопу они обсуждали… Неужели юдекс и его светлость настолько близки?! В мыслях Айви ее голова уже отлетала от лезвия гильотины. Потому что нет, ее не посадят. Таких свидетелей убирают. Быстро и чисто. Без суда и следствия. — Не могу не соглас… О-о-о-о, о да, продолжай, вот теперь ты все делаешь правильно, ах! — из кабинета донесся стон то ли боли, то ли наслаждения. — Не дергайся, — сквозь зубы невнятно процедил Нёвиллет. — Я не дергаюсь. — Дергаешься. — Я тебя сейчас покусаю! — Тогда я прекращаю с тобой возиться. Ты правда хочешь заниматься этим самостоятельно? Уверен, что твои пальцы так этого хотят? — Не уверен. Но я не дергаюсь! — возмущенно простонал Ризли. — Ты на каждой фразе слегка подергиваешься! Бездна! Опять не туда. Ризли, клянусь, у тебя сейчас станет на одно отверстие больше! — Как будто это что-то плохое. Ну и ты же понимаешь, что в отсутствие Клоринды тебе придется обслуживать все мои отверстия самостоятельно? — Ты невыносим. — Так ты и не выноси. Просто вставь уже, как надо, быстренько закончим, а я и пойду к себе. — Тогда замолчи. — Но… — Ризли. — Ну… — Ризли! — Ваша честь, а вы меня накажете? — Это ты меня наказал, — проворчал Нёвиллет. — Стой, не шевелись, вот оно! — О-о-о-о-о да-а-а-а! Да! Мы сделали это! Нёвиллет, ты прекрасен! Архонты, мне нужен чай и сигарета. — Только не в моем кабинете. — Даже чай?! — Знаю я твой чай… Ты меня потом снова заставишь что-нибудь куда-нибудь вставить. — Нёв, клянусь, я не думал, что заменить серьгу будет такой проблемой! Не мелюзин же просить? У них лапки! Айви решила, что на сегодня с нее хватит работы. А отчет она завтра отдаст. Мало ли, вдруг ей тоже что-нибудь вставят?