Скованный бог

      — Ну наконец-то! Во славу Жаждущего Принца! Я уже и видеть не могу эти поганые, уродливые, зеленокожие морды! Но ничего, мы им ещё покажем! Ещё как покажем! Эти твари познают такую боль, которую их слабый недоразвитый разум даже осознать не сможет! Я устрою этой стальной банке такие пытки, что он…       Люций Вечный, расхаживающий по капитанскому мостику своего корабля, праздновал завершение победоносной компании. Его щупальцы были полны разнообразной выпивки, которая была в состоянии пробрать даже порождение Хаоса, пока он сам с безумной улыбкой произносил свои речи под аккомпанемент Шумовых десантников.       — Конечно, какой-то немытый ксенос может казаться умником, но куда ему до гения, вознёсшегося над простыми смертными людьми и даже Астартес? Мой интеллект недостижим даже для отца, что уж говорить о каком-то отсталом зелёном уродце. Они просто пыль под моими ногами. Жалкие жуки, которых раздавит моя благородная длань…       — В-владыка…       Чемпион Слаанеш, до этого праздновавший свою победу и расхваливающий себя, нахмурился и с остервенелым взглядом посмотрел на своего раба, на коленях приползшего к нему и отвлекающего от Великого празднования.       — Если твои вести не обрадуют меня, я разорву тебя на части и медленно сожру их на твоих глазах. — резко переменив настроение, с усмешкой ответил хаосит. Его слуга, до этого невероятно боявшийся своего господина, сейчас затрясся как лист на ветру.       — В-владыка. наши аусп-п-пексы показывают наличие н-новых целей в стороне план-неты, куда мы движемся. М-мне кажется, ч-что орки с-специально нас о-отпустили в эту часть космоса…       Люций не стал его дослушивать и одним быстрым движением щупалец просто разорвал незадачливого подростка на части. Тот чудом всё ещё был в рассудке, но мог лишь кричать, чувствуя как острые зубы хаоситы вгрызлись в его кожу.       Люций с расширенными глазами смаковал каждый кусочек плоти и каплю крови своего небольшого угощения. Но закончив процесс, облизнувшись, он с ещё большим безумием в глазах оглядел своих рабов, начав кричать со всей возможной яростью.       — НИКТО! Никто во всей галактике не является равным мне! Ни в битве, ни в стратегии! Никто не догадался бы до того, что я придумал! Мы скроемся в этом поясе астероидов, перегруппируемся и затем разобьём всех уродов, ПОСМЕВШИХ! — Люций практически трясся от гнева и злости, переполнявшей его после долгой неудачной войны. — ПОСМЕВШИХ ПОМЕШАТЬ МОИМ ПЛАНАМ! ТАМ МЫ ВСТРЕТИМ ВСЕХ ВРАГОВ И РАЗОРВЁМ ИХ НА ЧАСТИ! ВО СЛАВУ ПРОКЛЯТОГО ПРИНЦА!       В очередной раз издав яростный крик, Люций своим щупальцем выхватил череп, который до этого держала одна из его рабынь. Он был полон розовой пыли, смешанной с небольшими сияющими кристаллами и чешуйками неизвестного существа.       Люций просто вдохнул эту смесь, после чего вся его ярость мигом пропала и он начал смеяться как безумный. И в этот момент, даже другие хаоситы и колдуны не желали подходить к своему лидеру.

. . .

      — Босс! У нас тута снова ничо кроме этой сигналки! А ещё абломки… Похади, этож наш другой разведачный?! А это чо такое?!       Удивлённый орк, спустившийся на поверхность астероида и рассматривающей поломанный источник сигналов, непонимающе смотрел на остатки машин, явно созданных его расой. Технологии орков, кроме неказистости, также выделялись зелёными клыкастыит мордами, которые они любили рисовать абсолютно везде.       И эта морда стала последним рисунком, что он увидел в своей жизни. Через секунду связь резко пропала, так как их корабль встретился с разогнанным до полной скорости астероидом. Тот разнёс вместилище зеленокожих, часть обломков которых задавила разведчиков ксеносов, а также окончательно поломала источник сигналов.       Ну ничего, он уже перевыполни свою работу, приманив целых два разведывательных корабля орков. Останки прошлого и так едва удалось спрятать, а теперь это вообще будет невозможно. Необходимо было поменять позицию и дожидаться прибытия новых врагов, «так и ждущих», когда в них я очередной астероид отправлю.       Мной уже уничтожены целых шесть кораблей орков, но каждый из них был небольшим и выполнял исключительно разведывательную функцию. И это главный показатель того, что местного ваиводу нельзя недооценивать.       Орки очень редко опускаются до подобной «трусливой» тактики и нужен действительно экстраординарный лидер, чтобы заставить зеленокожих не бросаться в бой по первой же возможности. Даже эти отряды погибли больше потому, что были откровенно тупыми и рвались исследовать астероиды до последнего камешка.       Но даже так они действовали невероятно осторожно и приходилось скрываться до последнего, чтобы те не успевали уходить с траектории посылаемых мной астероидов. А двигать километровые булыжники было непросто даже для меня.       — Господин, ауспексы с главного корабля передают, что к планете совсем скоро окончательно подойдут неизвестные корабли, до этого сражавшиеся с орками у первой к звезде планете. Также стало известно, что силы, недавно прибывшие в систему, отчаянно движутся в нашу сторону, но ксеносы отвлекают их, нанося быстрые удары и сразу же отлетая к другим небесным телам. Похоже, они не собираются останавливаться, чтобы сразиться с зеленокожими. — ответила мне Мелисса.       — А значит, что к нам далеко не идиоты двигаются… И им явно что-то указывает прямо на нас. — задумавшись, проговорил я.       К сожалению, ауспексы хоть и могли определить движение пустотных кораблей, но не в состоянии определить, кто конкретно. С такого расстояния не увидеть опознавательные знаки и можно только переговорить через вокс-связь.       Однако в таком случае слишком высок шанс, что сигнал перехватят и нас заметят орки. А эти твари использовали очень опасную тактику — они небольшими группами рассредоточились по системе и не желали вступать в крупное сражение.       Атаковали только когда противник был отвлечён чем-то или когда имели стратегическое превосходство. Максимально далёкая для обычных орков стратегия, что ещё сильнее смущало.       — Сколько к нам идут кораблей? — спросил я по вокс-связи, уже летя к нашему челноку. Космическое пространство было огромной штукой, но варп служил идеальным инструментом, если нужно сократить путешествие в нём.       — Со стороны звезды к нам движется сильно потрёпанные остатки армады, от которых остался один большой флагман и четыре тяжёлых крейсера, если судить по их размерам и массе. «Новеньких» в несколько раз больше, но они продолжают сражаться с орками, так что неизвестно, сколько их прибудет к нам. — в этот раз мне ответила эльдарка, причём её тон был скучающим и даже немного обиженным. Казалось, ей не особо нравилось сидеть и ничего не делать, пока другие сражаются.       Я задумался над тем, что нам делать дальше. Важнее всего сейчас — определить, кто к нам движется. К сожалению, рядом со мной предвиденье было бесполезно, так что второй по распространённости способ определения врагов отпадал. Они также находились слишком далеко, чтобы их можно было увидеть, а ауспексы оставались мало полезны здесь.       Одна из главных проблем галактики в том, что неизвестно, кто может вылезти из ближайшей планеты. Буквально каждый день находят новые империи ксеносов, остатки человечества, даже не знающие ничего про Императора и просто всякие странности вроде пространственно-временных аномалий.       Так что к нам могут направляться как боевые силы человечества, так и хаоситы, пришедшие за моей душой, так и совсем неизвестные нам ксеносы. Конечно, они все будут реагировать по-разному, если… Хм, а это идея.       — Хм, я придумал план, что нам делать. — уверенно сказал я, встретившись с эльдаркой и ведьмой вживую. — Придётся, рискнуть, конечно, и сгонять на обратную сторону этой планеты, чтобы случайно не раскрыть главный корабль. Зато может получиться устроить ловушку, с помощью котором можно будет разом разобраться с большим количеством врагов…

. . .

      Мелиса с очарованием смотрела на экран, показывающий бесконечное космическое пространство. Когда они только поднялись и взлетели за пределы небес, она могла часами завороженно глядеть на эти бескрайние просторы. В детстве она мечтала однажды увидеть небо и бесчисленные звёзды. Но вот странствовать посреди них — это было далеко за пределами её даже самых несбыточных желаний.       Для девушки, всю жизнь проведшую под стенами подулья, оказалось безумно думать о том, что в космосе отсутствовали границы. Она могла отправиться куда бы захотела. Любой уголок галактики был в пределах её возможностей…       Но у неё была Миссия. Её Крестовый поход. Задание, которое нельзя бросить или провалить. Величайшее испытание её веры и способ очистить грехи.       Она до сих пор помнила тот момент, когда святой явился к ней и предложил отправиться странствовать меж звезд. Спустившийся с небес, посреди пламенных руин Мальфи, он выглядел как никогда серьёзным. Его слова были полны силы отчего казалось, словно сам бог снизошёл до неё.       И как в таком случае можно отказать?       Их странствия были одной из лучших вещей, случившейся с девушкой в её не очень длинной жизни. Пропали угрозы умереть от голода, холода и четвертования злобной толпой, ненавидящей любое проявление псайкерства.       Они будто бы жили в её мечте. В месте, где простые люди были лишь редкостью, а большинство населения корабля составляли фелиниды, чудные нелюди из другой части галактики, и псайкеры, которых наставлял их Ангел. Их крохотный рай, где не было гонений из-за того, что они отличались от остальных.       Сама же Мелиса впервые со времён раннего детства почувствовала… свободу и принятие. Никто, казалось, не мог остановить её и навязать притесняющие её порядки. Космос не находился под чьим-то контролем, об этом даже нельзя было подумать.       Правда, кое-что продолжало волновать её. С той поры как Ангел сразил представителей пагубных сил, он как будто изменился. Стал куда жёстче обычного, реже улыбался и смеялся, а его наставления обрели более серьёзный тон. Если раньше она сама не была уверена, что он действительно серьёзно настаивает на соблюдении религиозных догм, то теперь при их обсуждении в его глазах появлялся какой-то огонь.       Даже в том, как он обучал её, появились изменения. Он продолжал объяснять ей таинства Имматериума и учил как использовать свои силы, но теперь он больше походил на строго учителя, а не доброго наставника. Возможно, это был даже более эффективный подход, но Мелису больше интересовал сам факт наличия изменений.       И то как Ангел встретил врагов это хорошо показывало. Узнав про напавших на них ксеносов, святой проявил несвойственную себе ярость и раздражение. А ведь ещё этот посох…       Мелиса чувствовала, как от него просто веет тьмой. Могущественной, древней и смертельно опасной. Но в руках святого он казался простой вещью, покорной своему хозяину.       Возможно, что святой вновь был прав, решив оставить проклятый предмет, ведь он сильно пригодился в сражении. Сама Мелиса обратила в пепел сотни зеленокожих, но имела возможности убить и на порядок большее число ксеносов.       Вот только сражаться посреди корабля было ей очень неудобно и непривычно. В подулье она уже привыкла не сдерживать силу и испускать из рук целые огненные шторма.       Однако ангел их спас и предложил план, как расправиться с ещё большим числом врагов. И она стала избранной, которую он выделил отправиться вместе с собой! К ним также присоединилась эльдарка, но Мелиса старалась не думать о ней.       Вообще, отношения между ними были довольно сложными. Их души сияли в варпе с примерно одинаковой яркостью, отчего их психический потенциал можно было признать примерно одинаковым. И пусть у Алэ’даис куда больше опыта, Мелису учили действительно лучшие.       Поэтому эльдарка не решалась как-либо провоцировать рыжую ведьму, пока та сторонилась       неизвестной ксеноски. Она никогда раньше не видела пришельцев столь близко и оттого даже не знала, как себя вести. Священное писание уверяло, что их всех надо сжечь, но святой зачем-то терпел её.       И раз идти против его слова она не хотела, то решила просто не обращать внимания на странную знакомую, которая словно бы решила также себя вести по отношению к ней.       Вот только когда после того как они сменили дислокацию и стали следить за убывающим Ангелом, сохранять отречённое молчание было сложно. Они переглядывались и словно бы оценивали друг друга. Определяли, баласт ли напротив них или потенциальный союзник.       — Просто хочу сказать, что меня не интересует вся эта ваша религия и я не имею против неё ничего плохого, — первой прервала молчание эльдарка. — Наши наставники учат нас, что без человечества мы не проживём и лишь сгинем в пучину пагубных сил. Так что… надеюсь, что мы сработаемся.       — Догмы, конечно, твердят, что любой ксенос заслуживает только погибели… но если им следовать до последней буквы, то и я должна разделить твою судьбу. — тихо ответила Мелиссандра. — Меня волнуют слова настоящего вестника веры, а не ложных жрецов и пророков. И пока он поддерживает тебя, буду и я.       Они обе резко прекратили разговор, так как почувствовали необычные колыхания Океана душ. Казалось, нечто сильное и могущественное начало создавать волны чистой психической энергии…       Вспышка, казалось, осветила весь варп. Конечно, это лишь заблуждение, вызванное тем, что они находились очень близко к яркому источнику золотого света, но это было бы не большим преуменьшением.       Каждое живое существо в этой звёздной системе должно было почувствовать лёгкое прикосновение чего-то внеземного. Лежащего за пределами обычных смертных и являвшихся главной наградой для праведных. Прикосновение чего-то… божественного.       Совсем другое ощущали культисты и колдуны, для которых золотой свет подобен мучительной пытке. Их тела кривились от боли, искажались под силой, столь противной для них. И если на одном корабле яркую боль приняли с парадоксальным наслаждением, другой же направился к цели с большей яростью и желанием битвы.       Ксеносам он тоже не понравился, но орки просто зажмурились и зарычали, почувствовав что-то странное. Их чудики забились от боли и словно бы ослепли на время, но скоро пришли в себя и стали рассказывать безумные бредни про явление злого бога огня и света.       Страннее всех отреагировал гигантский орк в стальной броне, сидевший в это время на своём кресле. Он лишь спокойно прикрыл глаза, после чего коснулся своей головы. Но стоило вспышке погаснут, открыл глаза, которые излучали прежний холод и спокойствие.