С чистого листа

* * * *

Бомгю стоял на балконе, сжимая меж двух пальцев дотлевающую сигарету. Он стоял и смотрел вниз, наблюдая за проходящими людьми и проезжающими на дорогах машинами. На дворе был холодный ноябрь, ветра которого заставляли кожу покрываться мурашками даже в тёплой куртке, а руки автоматически обхватывать себя же в объятия, дабы хоть немного согреться. Но это совсем не волновало Бомгю, который спокойно стоял на этом самом холодном ветру в одной тонкой футболке, домашних трико и босиком. Ему было на это мягко говоря плевать, так как на душе у него было не спокойно. Лодыжки ног начинали замерзать, а тело продрогать от холода, но Бомгю продолжал стоять, поднимая голову и смотря на яркие огни ночного Сеула. Поднося к губам сигарету, Гю делает последнюю затяжку и выкидывает окурок на улицу, выдыхая едкий дым через нос. Это была уже третья докуренная сигарета за последний час. Бомгю смотрел на город, вспоминая то, как когда-то смотрел на него с восторгом и детским счастьем. Но сейчас, это всё не приносило ему того самого былого счастья, так как сейчас на его душе скреблись кошки обиды и разочарования в самом себе. Снова опуская голову вниз, Бомгю прикладывает ладонь к глазам, прикрывая их. Голова начинала постепенно болеть от усталости и сильного недосыпа. Бомгю уже две недели не мог нормально спать. Соседняя часть его двуспальной кровати эти самые две недели пустовала. Гю не мог спать, ему не хватало тепла, любви и ласки от его дорогого человека, который для него стал самым родным. Ему не хватало нежного поглаживания теплой руки по голове, которое помогало быстро засыпать. Ему не хватало тёплых объятий, которые заменяли ему самый мягкий плед. Ему не хватало сладкого голоса над ухом, который убаюкивал лучше всяческих колыбелей. Ему так не хватало Ёнджуна, который заменил ему всю его семью. В глазах неприятно защипало от подступающих слёз, но Бомгю смаргивает их, не позволяя тем скатится по щекам. — Как же я по тебе скучаю. — произносит Бомгю свои мысли в слух, поднимая голову и щурясь от ярко ударившего света в глаза. Разворачиваясь и опускаясь вниз, Бомгю садится на дощатый пол, облакачиваясь спиной о холодные железные перила. Чхве отдёргивает спину от перил, так как неприятный и внезапный холод обжог его спину под тонкой футболкой. Поёжившись немного, Гю снова облакачивается, но уже аккуратно. Ему сейчас не хотелось возвращаться обратно в квартиру. Доставая из кармана трико свой телефон, Бомгю включает его, замечая то, что время уже давно перевалило за час ночи. Разблокируя телефон, первое что видит Бомгю, это открытый чат его переписки с Ёнджуном, последнее сообщение в котором гласило "Как же я по тебе скучаю". Но оно было не прочитано, помечаясь красным значком заблокированного пользователя. Ёнджун заблокировал его после сильной ссоры, из-за которой тот и ушёл. В этой ссоре Бомгю винил самого себя, так как именно он и раздул в тот день из мухи слона, начиная обвинять Ёнджуна в измене, которой на самом деле то и не было. Бомгю даже понять не мог того, почему вообще подумал про то, что Джун ему изменял. Гю даже не знал, где сейчас находится Ёнджун. У кого ночует всё это время? Как он вообще себя чувствует? Узнать Гю этого не мог, так как его номер телефона Ёнджун тоже заблокировал. Сгибая колени и обнимая те руками, Бомгю кладёт голову на них, позволяя всё-таки эмоциям выплеснуться наружу. Слёзы больше не было сил сдерживать, и те всё таки покатились по щекам, обжигая собой холодную кожу. Сердце неприятно кольнуло, от чего Бомгю приложил руку к своей груди, сжимая футболку в кулак. Чхве знал, что эта боль была фантомной, но ощущалась она как настоящая. Бомгю так не хватало Ёнджуна рядом. Ему хотелось снова прижаться к его груди щекой, слушая равномерное сердцебиение. Ему снова хотелось ощутить тёплые и нежные объятия, прижимающие близко к родному телу. Ему снова хотелось получить сладкие поцелуи пухлых губ в макушку, лоб и щёки, которыми Ёнджун одаривал его чуть ли не каждую секунду. Бомгю хотелось прижаться своими губами к губам Ёнджуна, снова ощущая этот приятный поцелуй, ощущение которого Гю начинал забывать на своих губах. Он очень желал и хотел Ёнджуна прямо здесь и сейчас перед собой. Но он не мог его получить, потому что сам же и виноват в том, что Джуна сейчас нет рядом.  Шмыгая носом и поднимая голову, Чхве ощутил то, как ледяной ветер обдал мокрые от слёз щёки, позволяя холоду пройтись по всему телу. Полностью продрогая от этого, Бомгю обнимает себя за плечи, поднимая голову вверх и замечая миллионы звёзд, которые рассыпались по всему полотну небосвода. Сегодня небо было по особенному красивым и чистым, без единого облака. Опуская голову, Гю встаёт с насиженного места, выключая всё это время горевший телефон, и заходит в квартиру. Терпеть ночной морозный холод было уже невмоготу.  Оказываясь в тепле, которое приятно разлилось по всему телу, Бомгю подошёл к дивану и сел на него, слыша как тот неприятно скрипнул под чужим весом. Этот самый скрип разнёсся по всей гостиной, а раньше Гю даже и не замечал его, так как всегда был занят разговором с любимым человеком. Беря в руку рядом лежащий пульт, Бомгю включает телевизор, оставляя его на том канале, на котором включился. Всё равно будет играть просто так на фоне, чтобы хоть не так одиноко было. Раньше, Бомгю мог часами сидеть и смотреть по телевизору какую-нибудь мелодраму в обнимку с Ёнджуном, в итоге на середине засыпая на плече любимого, так как Бомгю никогда не любил мелодрамы из-за их скукоты.  Внезапный звонок в дверь выводит Чхве из своих самобичевающих мыслей. Поворачивая голову в сторону звука, Бомгю выгибает бровь, вставая с дивана. — Кого там принесло сюда так поздно? — спрашивает сам себя Гю, пройдясь ладонью по лицу, этим самым пытаясь скрыть недавно прошедшую истерику.  Подходя к двери, Бомгю даже не смотря в глазок, открывает её, в мыслях думая про то, что это снова пришла соседка за очередной ложкой соли. Но за дверью стояла вовсе не соседка, а человек, которым полностью были заполонены мысли Бомгю. Чхве застыл на месте, разглядывая такое родное лицо перед собой. Ёнджун стоял перед ним почти в той же самой одежде, в которой и уходил. Только футболка была другая. Рыжие волосы находились в небольшом беспорядке из-за уличного ветра, которые ни чуть не портили внешний вид парня. От Ёнджуна даже с такого далёкого расстояния веело холодом и пахло улицей.  — И долго ты будешь держать меня на пороге? — доносится до Бомгю такой родной и сладкий голос, который тут же выводит его из оцепенения.  Отходя от прохода, и вставая около стенки, Гю пропускает Ёнджуна войти в квартиру. Когда Джун заходит, то Бомгю чувствует почти выветрившийся запах чего-то сладкого от него. Бомгю не помнил такого запаха духов у Ёнджуна, но Чхве не стал зацикливаться на этом. Точнее пытался не зацикливаться. — Почему так долго не открывал? Я минут двадцать там стоял. — спрашивает Ёнджун, снимая с ног свои кросовки.  — Я не слышал звонка в дверь. — Бомгю стоял и осматривал Ёнджуна, который в это время вешал свою куртку на крючок вешалки.  — И где ты был, раз не услышал такой громкий звонок? — Ёнджун направился в сторону кухни, и от туда послышался звук включающегося чайника. Зайдя следом за старшим, Гю наблюдал за тем, как Ёнджун по хозяйски орудовал на кухне, доставая из навесных шкафчиков две кружки и два пакетика с чаем.  — Я был на балконе, Ёнджун.  — И что ты делал на балконе? — Джун поворачивается к Бомгю лицом, осматривая младшего с ног до головы. — Курил. Что за опрос, Ёнджун? — спрашивает Бомгю, хмурясь и складывая руки на груди.  — Это не опрос, и ты же обещал, что бросишь курить.  — Как видишь, не смог. Зачем ты пришёл? И где ты был? — спрашивает Гю, проходя в кухню и садясь за стол.  — Я остановился у Тэхёна на эти две недели, а пришёл для того, чтобы поговорить о нас и наших с тобой отношениях.  Бомгю боялся этого разговора. Боялся его последствий. Но этого было не избежать, от чего на душе было горько. Сердце в груди снова неприятно кольнуло, но Гю не показал этого. Не хотел показывать свою слабость и жалость. Чайник за спиной Ёнджуна щёлкнул, оповещая о том, что вода вскипела. Разворачиваясь и беря чайник за ручку, Ёнджун разлил кипяток по кружкам, разводя пакетированый чай в воде. Ставя чайник обратно на место, Джун берёт обе кружки и ставит их на стол. — Но перед разговором давай выпьем чаю. За время, что я сюда шёл по этому холоду, я успел жутко замёрзнуть. Чай парни пили молча. За это время, Бомгю успел прикинуть в голове все варианты вопросов, каждый из которых был хуже другого. Бомгю боялся предстоящего разговора. Сжимая в руках кружку с чаем, Гю этим самым пытался привести нервы в порядок, но вечно трясущаяся нога выдавала его со всеми потрохами. Смотря на Ёнджуна перед собой, Гю удивлялся его спокойствию. Будто не он сейчас начнёт говорить с ним о расставании или ещё чего по хуже. Мысль о расставании заставила вздрогнуть всем телом, этим самым привлекая внимание Джуна. — Всё нормально? — спрашивает Ёнджун, отставляя кружку в сторону. — Да, конечно. — Если ты всё, то подожди меня немного в гостиной, я посуду помою за нами. — Хорошо. Перемещаясь в гостиную и садясь на диван, Бомгю начал ожидать прихода Ёнджуна, полностью трясясь внутри. Сам Ёнджун не заставил себя долго ждать, появляясь в проходе гостиной через минут пять, не давая Бомгю времени на подготовку. Подходя к дивану и садясь на него, Ёнджун тут же начал разговор. — Как ты уже понял, я пришёл к тебе для того, чтобы поговорить о наших отношениях. Бомгю кивнул, обнимая руками подушку, которая до этого лежала неподалёку от него. — Наверное ты заметил то, что последние два месяца наши отношения состояли из вечных ссор и криков. Ты понимаешь, что это всё катит их по наклонной? — Понимаю. — Молодец. Очень рад, что ты это осознаёшь и понимаешь. — Ёнджун облакотился о спинку дивана, положив одну ногу на другую, надеясь не обидеть Бомгю своей колкостью. — Как ты мог заметить, наши ссоры всегда заканчиваются либо постелью, либо обещанием того, что такого больше не повторится, но оно повторяется каждый раз день за днём, и так не должно быть, Бомгю. Бомгю молчал, слушая Ёнджуна и соглашаясь с каждым его словом, ведь он был прав. Ведь так оно и было. Они ссорились, а потом мирились в постели, выбивая из друг друга все мысли о этих ссорах, чтобы потом это всё снова вернулось, но уже с удвоенной силой. Он устал от этого также сильно, как и Ёнджун, но он не знал, как можно было это решить. Решить эти ссоры, от которых плохо всем. Бомгю не знал, что можно было сказать в ответ, он просто сидел и кивал головой как болванчик, а слёзы сдерживать становилось всё труднее. — Что ты можешь предложить на этот счёт? Вот я... — Ёнджуну не даёт договорить внезапно начавший свой ответ Бомгю. — Я не знаю что можно сказать по этому поводу, ведь всё что нужно, ты уже сказал. Я не знаю, как решить все эти проблемы по поводу этих вечных ссор. Я также устал от них, как и ты. Я тоже хочу жить в отношениях с тобой также, как и все пары на этой чёртовой планете, а точнее в мире и согласии, а не трепать друг другу нервы, которые у нас и так натянуты как гитарные струны. Но я не знаю как. Всегда найдётся какая-нибудь фигня, которая спровоцирует нашу ссору. Я даже обвинил тебя в измене, хотя таковой и вовсе не было! Бомгю не мог больше терпеть. Говоря это, из его глаз катились слёзы, а истерика накрывала с новой силой. По хуже той, что была на балконе. Испугавшись слёз Бомгю, Ёнджун тут же пододвинулся к младшему, заключая его в свои объятия и близко прижимая к себе, вплетая пальци в отросшие волосы на затылке. Он не хотел так давить на Бомгю, не хотел пугать. Он не хотел доводить Гю до слёз этим разговором, а просто хотел предложить начать всё сначала. Он осознал свою ошибку, и теперь винил себя за то, что накричал.  — Если ты хочешь расстаться, то я не буду тебя держать. Ведь это я был провокатором тех ссор и твоей ненависти на меня. — Бомгю прижался лицом к плечу Ёнджуна, плача уже в него. Он так давно не ощущал тепла такого родного тела. — С болью в сердце я отпущу тебя, ведь ты заслуживаешь парня намного лучше меня. — Что за глупости ты говоришь?  Бомгю в непонимании отлепляет голову от плеча Ёнджуна, заплаканными глазами начиная смотреть на него.  — Почему ты думаешь, что я пришёл сюда ради того, чтобы расстаться с тобой?  — А разве не за этим?  — Конечно нет! Ты мне предложение тогда договорить не дал. Я пришёл сюда ради того, чтобы после разговора предложить тебе начать всё с чистого листа, а не чтобы расстаться, глупышка.  — Дурак! — Бомгю снова утыкается носом в плечо Ёнджуна, сжимая его предплечья руками. — Зачем ты тогда меня так пугал этим разговором?  — Я правда не хотел, чтобы это произошло. Я даже не планировал этого. Я просто хотел по тихому поговорить, но эмоции взяли надо мной верх и как-то само получилось. — Ёнджун положил свои ладони на спину Гю, успокаивающе начиная поглаживать её. — Прости, что накричал на тебя, зайка. Я правда не хотел. — Тебе незачем извиняться передо мной, Джуни. Это мне нужно извиняться перед тобой за то, что являюсь для тебя самым ужасным парнем. — шмыгая носом, Бомгю кладёт подбородок на плечо Ёнджуна, крепко обнимая его и не сильно сжимая в руках рубашку на спине. — Я так невыносимо скучал по тебе, любимый. — Я тоже скучал по тебе, крошка. Бомгю отстраняется от плеча Джуна, снова устремляя свой взгляд на него. Гю никогда не перестанет восхищаться и любоваться своим парнем. Он был у него такой один. Такой восхитительный и невероятный, с доброй и чистой душой. Вытирая с глаз Бомгю оставшиеся на них слёзы, а также дорожки на щеках, Ёнджун наклоняется и вовлекает Бомгю в нежный поцелуй, тут же получая ответ на него. Обхватывая руками шею Джуна, Бомгю с трепетом отвечал на такой долгожданный поцелуй, внутри себя надеясь на то, что их отношения и правда наконец пойдут в гору. Отныне они буду стараться поддерживать эти отношения, дабы они не превратились в такие же, какие были на старом и чёрном их листе отношений.

* * * *