Один день до премьеры

Аккуратно уложив белокурого на кровать, К'санте направился в соседнюю комнату, дабы не разбудить спящую красавицу. Ёнэ спал очень беспокойно, поэтому у мужчины в запасе было немного времени, чтобы привести себя в порядок и организовать поздний ужин. Быстро приняв контрастный душ, К'санте направился к холодильнику, ещё со вчера, после очередного совместного ужина, там осталась паста с брокколи и немного овощей, на салат вполне должно хватить. Пока паста грелась на плите, мужчина ловко нарезал овощи и заправил салат ароматным маслом. Поздний ужин был почти готов. Из напитков была бутылка белого вина, тоже с прошлого вечера, несколько видов чая, кофе и вишневый сок. Выбор был очевиден — бутылка белого отставлена в сторону. Полностью погрузившись в процесс перемешивания пасты, К'санте не заметил, как неторопливыми шагами, протирая глаза после короткого сна, на кухню вышел продюсер. Его присутствие мужчина ощутил только лишь после того, как тот положил ладони на его талию, а голова тихонько уткнулась между лопаток. — Проснулся, соня? — тихо, боясь нарушить лёгкую оставшуюся сонливость белокурого, прошептал К'санте. Сзади послышалось недовольное фырканье. В такие редкие моменты всё тело окутывало теплом и появлялось чувство невесомости. Всё проблемы и переживания отходили на второй план, а мир вокруг будто останавливался и затихал. Чужие руки медленно поднимаются вверх, оглаживая через тонкую ткань домашней футболки упругие грудные мышцы. Тактильный голод дал о себе знать, по телу мужчины прошёл табун мурашек, а место прикосновения обдало жаром. Прерывисто выдохнув, К'санте поставил тарелки с пастой на стол и развернувшись к мужчине сзади, нежно обнял, укладывая свои руки на изящный изгиб поясницы любимого. Ёнэ последовал его примеру, обвивая руками шею и укладывая голову на широкую мускулистую грудь, устремляя свой взгляд в панорамное окно. Ровное биение сердца вновь клонило в сон, но продюсер держался, его привлекли разноцветные огни большого города, так ярко сверкающие в ночное время. В голове было пусто, собственное тело казалось легче пёрышка. - Я готов простоять так с тобой хоть всю ночь, - прошептал К'санте нежно поглаживая спину продюсера. - Но сперва предлагаю перекусить, - руки спустились чуть ниже поясницы, легонько сжимая упругие ягодицы, действие не осталось незамеченным и шею обдало чужое прерывистое дыхание. - Готов поспорить, что кроме утренней кружки кофе ты больше ничего не ел, - Ёнэ крепче обнял мужчину проводя кончиком носа по линии ключицы, останавливаясь в изгибе шеи, вновь опаляя горячим дыханием. - Да, к сожалению ты прав... - немного хриплый голос продюсера, после длительно молчания, было почти не узнать. - Тогда прошу к столу, - в голосе ни капли укора или злости, только нежность и забота, хотя такое отношение любимого к себе и его последствия не могли не волновать мужчину. Ёнэ уже собирался отстраниться, чтобы обойти барную стойку и сесть на высокий стул, но неожиданно его подхватили под бёдра сильные руки, и чтобы не упасть, мужчине пришлось обхватить К'санте ногами крепко хватаясь руками за плечи. Такое происходит не впервые, но продюсер до сих пор не привык, в первый раз, он, от неожиданности, отругал К'санте, да так, что мужчина весь оставшийся день ходил понурым, а вечером Ёнэ долго извинялся, крепко обнимая любимого. Сейчас продюсер ограничился недовольным прищуром. Усадив любимого, К'санте подвинул ему тарелку с пастой и ароматный салат. Рассматривая содержимое тарелок белокурый понял, насколько был голоден, поэтому не медля принялся за еду. Пока за окном кипела жизнь ночного города, они уединились в своём маленьком уютном мирке. И оба с уверенностью могли сказать, что это один из лучших вечеров проведённых вместе, но что же мешает сделать вечер более насыщенным? Белая коробочка с большим алым бантом, наспех засунутая в спортивную сумку ещё в машине, скромно ждала своего часа....