Я люблю тебя. Будь счастлив

Да, играем мы припогано, Вот только любим по-настоящему…

После столького времени Какёин решился написать Джотаро письмо. В нём он изложил свои чувства во всех красках. Он не ждал от своего возлюбленного взаимности, но и держать это в тайне больше не мог. Письмо гласило следующее: «Дорогой мой Джотаро, я устал притворяться. Мы дружим уже больше года, и за это время я узнал много нового. Ты открыл мне неизведанный мир, где я наконец обрел покой и счастье. Каждый миг с тобой наполняет мое сердце радостью. Если ты – луна, то я – твое солнце. И я хочу светить для тебя всю жизнь. Моя мечта неосуществима, я в этом уверен. Ведь ты не такой, да? Хотя что я могу решить, даже не поговорив с тобой… прости. Я всегда таким был: неуверенным в себе, отчасти трусливым и несчастным. Но рядом с тобой я набрался храбрости жить так, как мне всегда того хотелось. Ты моя любовь, Джотаро, моя страсть, жизнь моя. Прошу тебя, не сердись слишком сильно. Я пишу это из-за того, что я слаб. Мне не вынести молчания. В последнее время мы мало общаемся, ты всегда занят. Я уважаю твое время, и надеюсь, что ты найдешь свободные несколько минут, чтобы прочесть это. Я люблю тебя… и всегда буду любить. Навечно твой, Какёин Нориаки». *** Юноша решил отдать свою рукопись при встрече в институте. Он ждал подходящего момента, но Куджо не явился на занятия в тот день. Какёину не хватило смелости написать сообщение, и он решил выждать. Вечером он пришел домой уставшим, полным раздумий и сомнений. Он колебался, сердце дико стучало. Пока он сидел в своей комнате, его мама пришла домой с работы. – Сынок, иди сюда. Нориаки прошел в коридор, где встретил свою мать. – Привет, мам, – без особого энтузиазма произнес парень. – Как твой день? Что нового? – Да как всегда…ничего нового, – он опустил глаза в пол и замолчал. – Идем на кухню, попьем чаю, я как раз проходила мимо пекарни и купила твой любимый тарт с вишней. Семья собралась за кухонным столом. На фоне шумел электрический чайник, запахло сладким. Ванесса достала свою любимую коллекцию китайского чая, а Какёин вытащил их семейный сервиз. На нем были изображены пасущиеся на лугу овечки, на фоне которых были живописные альпийские горы. Когда чай уже был готов, они принялись за пирожные. – Ну что, дорогой, рассказывай, – мама посмотрела на сына с теплотой, при этом сохраняя настойчивость. – Что рассказывать? – Я заметила, что ты очень поменялся за последнее время. Ты не похож на себя. У тебя что-то случилось? – Нет, – он сделал глоток и поперхнулся. – Я твоя мама, я знаю, когда тебе плохо. Просто не хотела давить, поэтому молчала. Но это продолжается уже слишком долго. Я хочу помочь, дорогой, давай поговорим? Какёин не знал, что сказать. Его мать всегда была мудрой и понимающей, но он не мог допустить, чтобы она узнала его секрет. Никто не должен этого знать. «Она не поймёт. Это плохо кончится», – раздалось в его голове. – Просто устал. – У тебя что-то случилось с Нелли? Нориаки сглотнул. Он не говорил матери о расставании с ней. А ей это точно не понравится. Деваться было некуда. – Мы с Нелли расстались… – Сынок, когда? – Месяц назад…не помню точно. – Мне жаль. Но все к лучшему, верно? – Ванесса улыбнулась. – Ага. Нориаки прикончил парочку сладостей с любимой ягодой, поблагодарил маму и решил, что пора. Тянуть было уже некуда. *** – Мам, я ненадолго, пойду прогуляюсь перед сном, – он говорил это уже обуваясь. – Хорошо, только не задерживайся. Юноша вышел на улицу. Снова осень. Он поправил клетчатый шарф и направился в сторону остановки. В такой час транспорт ходил редко, но делать было нечего. Какёина трясло, он не понимал, что делает. «Черт. Я могу отдать ему это письмо и на следующей неделе». Но он не остановился. Холодный ветер шевелил ветки деревьев, шуршали листья. Некоторые медленно падали на землю. Парень еле дождался автобуса. «Обратного пути нет». *** Бешеный ритм сердца. Тихая улица, освещаемая фонарями. Звук шагов. Нориаки остановился недалеко от квартала Джотаро, сжимая конверт в руках. Он достал его из кармана, взглянул. Бумага была слегка помята, на середине красовалась наклейка в форме сердца. Какёин усмехнулся. «Я идиот». Вдруг он услышал смех. До боли знакомый звук голоса. Он смешивался с женским. Парень посмотрел на противоположную сторону. Джотаро шел в компании девушки. Волосы были подстрижены по плечи, она носила черное пальто…Стелла. Нориаки узнал её. Это было несложно. Юноша смотрел на лицо Куджо и видел, как оно сияло от счастья. Боль. «Это невозможно». Он держал конверт в руках, будучи не в силах пошевелить хоть пальцем. Брюнет взял девушку за руку, затем прижал её к своей груди. Нориаки сделал точно также. «Джотаро, нет…». На глаза навернулись слезы. Он увидел, как блондинка потянулась к лицу Куджо. Сквозь пелену Нориаки увидел, как их лица слились. Он отвернулся. Ноги понесли его в другую сторону, он побежал что есть мочи. Конверт сжался в руках. *** Юноша сидел на детской площадке. Качели чуть поскрипывали при движении. Нориаки достал пачку сигарет, ловким движением схватил одну и поджег. Он посмотрел на небо. Оно было обсыпано миллионами звезд. Заплаканные глаза предательски щипало. Какёин затянулся. «Я не могу разрушить твое счастье. Это уже слишком. Ты заслуживаешь этого, как никто другой. Спасибо тебе. Спасибо. Я всегда буду рядом, где бы ты ни был. А ты навсегда поселился в моем сердце. Даже если оно вдребезги разбито. Прости, Джотаро. Я всегда буду любить тебя». Юноша поднес конверт к горящей сигарете. Он смотрел, как конверт медленно начинает загораться. Пламя начало расти все больше и больше, с каждой секундой пожирая бумагу. Нориаки разжал два пальца и конверт упал перед ногами. В васильковых глазах отражался свет от огня. Он улыбнулся. «Я люблю тебя. Будь счастлив»