Легенды Анелинов

      Деревня уже давно погрузилась в сон. На улице не было ни души, разве что несколько собак проверяли свои ряды громким лаем. Как только весь мир поглощает ночь, редко найдутся желающие покинуть свои дома. Ночь всегда таит в себе опасность, глупо добровольно отправляться на ее поиски.       Ночное умиротворение разрушилось тихим звуком шагов. В дневное время никто бы и не услышал негромкий хруст песка под подошвами старых кожаных сандалий. Несмотря на душный воздух, женщина, которая быстро шла по пустым улочкам, набросила на плечи плащ. Ее голова была спрятана под темной накидкой, а руки крепко сжимали веревки от мешка, который женщина забросила за спину. Никто не должен был стать свидетелем её ночного путешествия.       Женщина торопилась. С каждым новым шагом её дыхание учащалось, но времени на отдых не было. Как единственный лекарь на всю деревню, она не могла не заметить очевидного. С Розой точно было что-то не так. Или не с ней, что означало еще большие проблемы.       Эта пара, Роза и Мэтрим, всегда держались особняком. Появившись внезапно несколько лет назад, они поселились в доме на самом краю деревни. Поначалу всем было любопытно, кто они такие и почему оказались здесь, но эти двое не сильно хотели рассказывать о себе. Вскоре расспросы прекратились, как и любые другие попытки познакомиться ближе с новыми жителями. И все же, несмотря на трудные отношения, было в них что-то цепляющее. Многие заметили, что даже просто находясь рядом с этой парой, на душе сразу становилось как-то легче. Как будто кто-то невидимой рукой смахнул все горести и тревоги. Сама жизнь ощущалась легче. Этого оказалось достаточно. Для всех.       Женщина поднялась на гору и наконец увидела нужное место. Небольшой домик на самой окраине. В его окнах горел свет, но он не дарил чувство безопасности и домашнего уюта. Даже с такого расстояния от него веяло тревогой. И ночь почему-то внезапно стала очень холодной.       Дверь дома распахнулось в ту секунду, когда женщина собиралась постучать. Она ожидала чего-то подобного, но все равно оказалась не готова.       — Тильда, прошу, скорее, — мужчина, который открыл дверь, сделал шаг вглубь дома. — Она так ослабла.       Женщина вздрогнула, услышав свое имя от этого человека. Мэтрим. Никогда раньше она не видела его так близко. Эта пара неспроста держалась в стороне. Длинные светлые, едва ли не белые, волосы мужчины были собраны в высокий хвост. И даже так они спускались ниже лопаток. Легкие светлые одежды, всегда выглядевшие идеально, сейчас представляли собой беспорядок. Даже привычный спокойный и глубокий взгляд пронзительных синих глаз теперь был растерянным и испуганным. Если бы не чувство тревоги, что с каждой минутой становилось всё более осязаемым, Тильда вряд ли бы смогла сдвинуться с места. Но сейчас нельзя было упускать не единой секунды.       — Куда?       Мэтрим махнул рукой в сторону лестницы. Тильда сбросила плащ и сразу же побежала наверх. Слова были излишни. Уже наверху женщина пошла прямо по коридору. На слабый свет из дальней комнаты.       Картина перед глазами была ужасной. В маленькой комнате, на смятой постели, лежала беременная женщина. Света от пары свечей было совсем немного, и все же в этой ослабленной женщине трудно было узнать ту Розу, которая несколько дней назад гуляла по улице. Ее ночная рубашка промокла от пота. Длинные светлые волосы разметались по подушкам. Роза тяжело дышала, а на лице застыла гримаса боли. И все-таки она нашла в себе силы улыбнуться, когда Тильда остановилась рядом с ней.       — Мне нужны чистые простыни и таз с теплой водой, — лекарь постаралась отбросить все лишние мысли, взяв Розу за руку. Сейчас не время думать о том, насколько прекрасны были ясные голубые глаза несчастной. — И поскорее.       Мэтрим бесшумно исчез, а через несколько минут уже вернулся со всем необходимым. Он ничего не говорил, но это было и не нужно. Тревога разъедала его изнутри. Слишком рано. Роза еще не должна была рожать. Тильда продолжала заниматься своей работой. Она помогла Розе удобнее лечь и приступила к осмотру. Руки женщины бережно и заботливо осмотрели живот. Мэтрим неосознанно затаил дыхание, а Роза просто прикрыла глаза. Осмотр не занял и пары минут. Ситуация была скверной. Ужасно скверной.       — Тильда, прошу, спаси моего малыша, — тихий голос Розы прозвучал как гром. — Даже если Мэтт будет против. Мэтрим сел рядом с женой и обнял её за плечи. Страх заставлял его сердце бешено стучать, но ради Розы, ради их еще не рождённого ребенка, мужчина держал его под контролем.       — Все будет хорошо, — столько тепла в голосе Тильда еще ни разу в жизни не слышала.       — Не будет, — Роза грустно улыбнулась. — Я знаю.       Она нашла руку Мэтта и крепко сжала её. В следующее мгновение, Роза судорожно вздохнула и, к ужасу Тильды, на простыни появилась кровь. Пугающее красное пятно с каждой секундой угрожающе увеличивалось.       — Небеса! — Тильда не смогла удержать вскрика.       Она снова начала осматривать живот. Крови на простыни становилось все больше, а ребенок внутри Розы не шевелился. Малыш еще не был готов прийти в этот мир.       — Тильда, прошу тебя. Пожалуйста, — Роза угасала прямо на глазах. — Не дай нашему ребенку умереть.       Мэтрим на секунду закрыл глаза, но когда он снова посмотрел на Тильду. В синих глазах застыла безысходная решимость.       — Ты можешь что-нибудь сделать? — тихо спросил он.       Женщина растеряно смотрела на них обоих. Даже в минуту отчаяния невозможно было не восхититься искренней любовью, которая связывала этих двоих. Вернее — троих.       — Срок слишком маленький. Шанс того, что ребенок выживет невелик, — Тильда виновато опустила глаза. — Роза теряет кровь слишком быстро. Боюсь, я не могу помочь им обеим.       — Неужели совсем ничего нельзя сделать? — столько отчаяния лекарь раньше ни от кого не слышала.       — Есть один способ, — неуверенно начала Тильда. — Я о нем только слышала. И не разу не применяла в действии. Нет никакой уверенности, что это сработает.       — Сделай это, — Роза с трудом цеплялась за остатки сознания. — Умоляю тебя. Если есть хоть один способ… Мэтт, пожалуйста.       Тильда смотрела на них обоих. Мэтт крепко сжимал руку жены и уже оплакивал свою потерю. Бледная рука Розы, сжатая в его ладони, выглядела почти безжизненной.       — Сделай все, что возможно, — когда Мэтт снова посмотрел на Тильду, его глаза ярко сияли. — Я постараюсь помочь.       — Нам придется разрезать живот и вытащить оттуда ребенка, — лекарь сама не понимала, откуда только у нее нашлась смелость произносить эти слова вслух.       Мэтт позволил себе секундную слабость, прикрыв глаза. Когда он снова посмотрел на Розу, его взгляд был спокоен и полон решимости.       — Что мне нужно сделать?       — Ей будет больно. Безумно больно.       — Я позабочусь об этом, — Мэтт не отрывал взгляда от Розы, стараясь каждую секунду рядом с ней сохранить в своей памяти. — Приступай.       Тильда нашла свой мешок в нескольких шагах от кровати. Немного поискав, женщина вытащила оттуда кожаный сверток. Тихий лязг инструментов заставил Мэтрима вздрогнуть. Мужчина не мог поверить в то, что сейчас должно произойти. Его Роза, милая и нежная Роза, скоро умрет. Даже ему не под силу спасти двоих.       Лекарь взяла в руку тонкое лезвие. Металл сверкнул в одиноком пламени свечи. Окунув свой инструмент в баночку с прозрачной жидкостью, Тильда занесла руку над животом Розы.       Глаза Мэтрима загорелись ярким огнем. Любой, кто в эту минуту увидел бы это, в полной мере смог бы осознать, что означает полыхающее в глазах пламя. Температура в комнате резко изменилась. Из удушливо-смертельной она стала приятной и прохладной.       — Это опасно, — Роза тоже почувствовала эти изменения и открыла глаза.       — Я успею спрятать все следы, — не только глаза, но и сам Мэтт теперь словно светился изнутри. Годы оставили свой отпечаток на мужчине, как и длительное избегание дара, но мастерство все еще было при нем. — Не волнуйся. Вас никто не тронет.       Роза слабо улыбнулась. Мэтт всегда держал свое слово. Ей и правда не о чем было тревожиться. Тильда изо всех сил старалась думать только о том, что предстоит сделать. А не о том, кому сейчас она пыталась помочь. Все догадывались об этом. Но одно дело догадываться, и совсем другое — знать наверняка.       — Чтобы вы не собирались сделать, сейчас самое подходящее время.       Мэтт кивнул. Дар привычно ответил на его зов, растекаясь по всему телу. С не меньшей охотой, дар направился и к Розе. Женщина замерла и перестала дрожать. Ее тело расслабилось. Боль отступила.       Тильда не стала терять время. Пока Мэтрим помогал жене справляться с болью, женщина успела освободить живот Розы от одежды. Одно резкое движение — и острое лезвие разрезало кожу. Тильда ни о чем не думала, оставив все вопросы совести и страх на потом. Крови становилось все больше, но женщина упорно продолжала работу.       Все оказалось совсем не так, как лекарь себе представляла. Внутри было слишком сколько. Ребенок находился намного глубже, чем казалось изначально. Свечение вокруг Мэтрима стало слабее. Тильда резко подняла голову, боясь услышать крик боли. Но все осталось по-прежнему.       — Тильда? — Мэтт тоже посмотрел на женщину. Та, наткнувшись на неестественно-пылающий взгляд, невольно отшатнулась. — Что-то не так?       — Мне нужно больше времени, — прошептала она.       — Тогда не трать его. Я продержусь столько, сколько потребуется.       Тильда кивнула и сосредоточилась на работе. Совершенно неожиданно вся ее усталость и напряжение куда-то исчезли. Женщина не подняла головы. Она должна спасти ребенка. Все остальное — потом.       Руки Тильды погружались глубже, пока не достигли плотной оболочки. Теперь все пойдет так, как нужно. Еще одно движение острого лезвия — и кровь смешалась с водой. А на руках Тильды появилось маленькое окровавленное тельце.       Время остановило свой ход. Мэтт в полнейшем отчаянии смотрел на безвольно повисшие ручки и ножки в руках лекаря. Их маленькая малышка выглядела такой хрупкой и беспомощной. И она не плакала.       Тильда осторожно положила малышку на чистые простыни. Дрожащей рукой, женщина сжала пуповину и провела сжатой рукой вниз. После чего — одним быстрым движением пуповина была разрезана.       — Мэтт? — в оглушающей тишине прозвучал слабый голос Розы.       — Потерпи еще немного, — Мэтрим отпустил руку жены. — Сейчас я дам ее тебе.       В одно мгновение он уже оказался рядом с неподвижно замершей девочкой. Взяв на руки свою новорожденную дочь, сердце Мэтта болезненно сжалось. По лицу скатилось две слезы. Маленькое сердечко, пусть и слабо, но отчаянно продолжало биться. Набрав в легкие воздуха, Мэтт вдохнул его малышке. Вместе с даром.       Древние силы никогда не ослабевали. Мрачную тишину комнаты разрушил детский плач. Малышка кричала так громко, словно жаловалась своим родителям на то, как сильно ей она испугалась. Мэтт бережно передал ее Розе, поддерживая их обеих.       Силы мужчины иссякли. Мягкий свет исчез, только глаза по-прежнему светились теплым синим огнем.       — Наша малышка такая сильная и храбрая, — всего на долю секунды глаза Розы тоже вспыхнули голубым огнем. — Мэтт, как Великая Королева… — Роза держалась из последних сил. — Я люблю тебя. Вас обоих.       Пламя вспыхнуло в последний раз. Рука Розы безжизненно упала. Малышка пронзительно кричала, а Мэтт и не пытался скрыть своих слез.       Тильда бесшумно покинула комнату. Свою работу она сможет закончить и позже. Торопиться больше некуда. Сейчас ей не место среди этих троих.       Женщина вернулась на первый этаж. Теперь, когда все осталось позади, больше ничто не могло сдерживать чувства Тильды. Старые сказки, тихие перешептывания — все это оказалось правдой. И пусть каждый понимал, кем были эти двое, всегда можно было притвориться глупым, пока в правду не ткнут лицом. Теперь все изменилось. Мало того, Мэтрим применил свой дар, так еще и на ней самой. Всего пару лет назад за такое этих двоих убили бы на месте. И Тильду вместе с ними. Лучше поскорее покинуть этот дом. Пусть Мэтрим и Роза — хорошие люди, но это мало что значит. Даже теперь. Если кто-то из ордена узнает об этих двоих, они найдут их где угодно. Могущество ордена и их магистра чувствуется по всему Разгану, а методы они выбирают самые разные.       Наверху раздался громкий крик, чем-то смутно напоминавший плач. Взявшаяся из неоткуда сила сотрясла весь дом. Тильда не смогла устоять на ногах и упала на пол. Страх парализовал ее, не давая возможности сбежать. Происходило что-то очень страшное, и Тильда угодила в самый эпицентр этого ужаса.       Женщина не поняла, когда внизу оказался Мэтт с ребенком на руках. Не осознала и того, как мужчина волшебной силой поднял ее на ноги и вытащил из рушащегося дома. Только когда свежий воздух наполнил ее легкие, Тильда увидела в своих руках свой мешок и стоящего в нескольких шагах от нее мужчину.       Из свободной руки Мэтта вырывался огонь. Потоки пламени с невероятной скоростью расползались по всему дому, пока не поглотили строение целиком. Тильда с ужасом смотрела на пылающий дом. Теперь каждый узнает, кем на самом деле были Мэтрим и Роза.       Огонь, рвущийся наружу из руки Мэтта, стал синим. Тильда лишь моргнула, и от дома ничего не осталось. Даже пепла. Словно здесь никогда ничего и не было.       Выполнив задуманное, Мэтрим повернулся к Тильде. На лице мужчины не отражалось никаких эмоций. Его привычная доброжелательность исчезла. Горя тоже не было. Осталось только устрашающая решимость.       — Прошу, не убивай меня, — Тильда отбросила мешок, закрыв лицо руками. Старые страхи все же одержали верх над разумом.       — Если кто-нибудь когда-нибудь узнает, что именно здесь произошло — я вернусь и уничтожу все селение, — Мэтт искренне не хотел этого, но он и так уже заплатил огромную цену за свою семью. — Ты хорошо запомнила мои слова?       — Да, — Тильда опустила руки, но так и нашла в себе сил посмотреть на мужчину. — Каждое слово.       — Уходи. Никто не узнает о тебе, — Мэтрим отвернулся. — И ты храни мой секрет. До конца жизни.       Тильда так и не смогла заставить себя сдвинуться с места. Мэтт оглядываться тоже не стал. Здесь больше небезопасно.       Мэтрим шел вперед. В голове крутился рой мыслей, и ни одна из них не была подходящей. Разган теперь не может быть убежищем. Орден наверняка узнает о случившемся. Справится с ними с грудным младенцем на руках — самая глупейшая идея.       Мэтт остановился и посмотрел на дочь. Малышка крепко спала. Совсем скоро она захочет есть. И одному свету известно, чем это обернется в следующий раз.       Мужчина шумно выдохнул. Ему требовалась помощь. Вариантов было не много, а вернее всего один. Мэтт обязан защитить свою дочь. От мира, от судьбы и от нее самой.