White collars and puffed sleeves

Был поздний вечер, солнце уже село, и Хисын почему-то был раздраженным. Может быть, это из-за того, что они целый день снимали в лесу, везде были жуки, которые до смерти пугали группу. Может, потому что сегодня было невыносимо жарко, и его шея была липкой от пота. А может потому что они были там так долго, но всё равно пришлось ждать ночи, чтобы закончить съёмки. Или, может быть, потому что Хисын не мог находиться рядом с Сонхуном 24/7 пока они снимали. Неподалёку Сонхун смеялся над шутками Джейка, и Хисыну безумно хотелось протянуть руки, обнять за шею и чмокнуть в щёку, или что-то вроде этого. (Да, вероятно это было именно из-за этого) Поэтому, когда он взглянул на себя в зеркало после того, как надел одежду для следующей сцены, ему пришлось сдержать стон. Сейчас Хисын имел возможность надеть любую одежду, он уже смирился с тем, что после дебюта ему нужно заниматься различными концептами. Но когда он смотрел на себя в зеркало, чувствовал себя очень неловко в этой атласно-белой рубалке с воротником-стойкой и брюках с завышенной талией, которые немного слишком облегали живот. Не помогло даже то, что Сонхун, который укладывал волосы, выглядел просто очаровательно в своей рубашке с оборками и кружевами. (Боже, Хисын так сильно хотел поцеловать его) Стилист поднял голову, вероятно, заметиво, что Хисын пялится на Сонхуна уже минуту. — О, Хисын, ты уже переоделся? Я скоро к тебе подойду. Сонхун, который в этот момент решил сделать глоток воды, поднял глаза при упоминании имени Хисына и тут же поперхнулся. Хисын быстро подбежал к нему и постучал по спине, когда младший закашлялся. — Сонхун-и, ты в порядке? — Д-да, — закашлялся Сонхун, а его глаза начали слезиться. — Хорошо, — сказал Хисын, отстраняясь. — Только старайся не делать так, когда у стилиста в руках плойка. — пошутил он. Сонхун слегка поднял большой палец, сделав еще один глоток воды, чтобы прочистить горло, а Хисын отошел в сторону, ожидая своей очереди к стилисту.

***

— Снято! Хисын не смог сдерать тяжёлый вздох. Это был десятый дубль? Пятнадцатый? С тех пор как они начали снимать эту сцену, и это очень утомляло. Это должна была быть простая сцена, просто общий кадр, где мемберы стоят на фоне леса, а вокруг мигают огни. Но было уже поздно, и все постепенно теряли концентрацию. Везде летали жуки, и несколько кадров были испорчены из-за того, что парни отмахивались от насекомых, что подлетали прямо к лицу. Хисын не смог удержаться на пару дублей, забыв об указании режиссера переместить взгляд в сторону камеры. А потом… — Сонхун-щи! Пожалуйста, смотри в камеру. — Простите, директор-ним. — Сонхун извиняюще поклонился. Джей и Джейк, стоявшие рядом, переглянулись. — Он никуда не уйдет, поэтому можешь смотреть сколько хочешь после съёмок. — поддразнил Джей. Сонхун бросил на него взволнованный взгляд. «Интересно, на что он смотрел?» — подумал Хисын. — Давайте сначала. — сказал режиссёр, и Хисын настроился на ещё один дубль.

***

— Ладно, на этом закончим. Всем отдыхать. — крикнул режиссёр, хлопая в ладоши. Со вздохом все участники ушли со съемочной площадки, разминая свои конечности. Ники возился с манжетой рукава. — Не могу дождаться, когда сниму это. — пробормотал он. — Пока нельзя, — сказал Сону, убирая руку Ники с рукава. — Нам ещё нужно снять несколько сцен. — Думаю, стафф уже приготовил еду. — сказал Джей, указывая на перекус на столе. — Почему сегодня так холодно? Я замерзаю в этой кофте. — пожаловался Джейк, слегка дрожа под тонким шелком рубашки. — Интересно, какие напитки есть? — вслух размышлял Чонвон. Остальные участники направились к трейлеру, где их ждал стафф, чтобы поправить макияж. Хисын уже собирался пойти к остальным, но тут Сонхун потянул его за руку. — Подожди. — пробормотал он. — Что-то не так, Сонхун-и? Сонхун прикусил губу прежде чем сильнее потянуть его за собой. — Можно кое-что сделать? Быстро. Хисын позволил затащить себя глубже в лес, где были съёмки, ведь ему было любопытно, куда его ведут. Когда они скрылись из поля зрения стаффа и других мемберов, Сонхун обернулся с непонятным выражением лица. — Сонхун, что… Но Хисын был прерван парой губ, поднявшихся и встретившихся с его собственными. Он немедленно ответил на поцелуй, с энтузиазмом сильнее прижимаясь к телу Сонхуна. Губы младшего были тёплыми, настойчиво прижимались к губам Хисына, а его руки обвились вокруг шеи. Они пытались не шуметь, углубляя поцелуй, всё-таки понимая, насколько близко они были к съёмочной площадке. Когда они отстранились, чтобы отдышаться, всё ещё находясь в нескольких сантиметрах друг от друга, Хисын тихо рассмеялся: — Ты притащил меня сюда только ради этого? Сонхун уставился на него. Волосы Хисына были взлохмачены в тех местах, где Сонхун провёл пальцами по прядям. Губы были опухшими от поцелуя и розовыми, в уголках размазались остатки блеска. Ах, серьёзно… — Ты хоть представляешь, насколько ты красив? — шепчет Сонхун, подчёркивая каждое слово мимолётным поцелуем в уголки губ Хисына. Сначала целует верхнюю, потом пухлую нижнюю губу. — Я не такой красивый. Ты привлекательнее. — бормочет Хисын прямо в губы Сонхуна, слегка их касаясь. Сонхун отстраняется, и выглядит удивленным таким заявлениям Хисына. — Ты не считаешь, что ты симпатичный? Серьёзно? Хисын был озадачен таким неожиданным всплеском эмоций, на его лице появились фирменные оленьи глазки. — Послушай, хён. — прошипел Сонхун, притягивая его ближе за воротник. — Причина, по которой я затаиваю дыхание, когда вижу тебя, причина, по которой я сегодня облажался на съёмках, заключается в том, что ты выглядишь таким чертовски неземным в этом…— он сделал паузу, сильно жестикулируя.— Я не знаю… в твоей вампирской одежде или что-то в этом роде. Хисын на это слегка фыркнул. — Да, это один из способов описать мой наряд. — Кроме того! — огрызнулся Сонхун. — Ты первый, кто назвал кого-то из нас красивым, но ты видел себя? Ты прекрасен, хён. Хисын тупо смотрел, переваривая огромное количество комплиментов, которое получил только что, прежде чем он немного покраснел. — Ты не можешь… так просто говорить это. — простонал он, закрывая смущенное лицо руками. — Это правда, — нежно улыбнулся Сонхун, отводя руки Хисына от его лица. — И я буду напоминать тебе об этом, пока ты не поймёшь. Глаза Сонхуна были широко раскрыты и сияли таким обожанием, что Хисын, охваченный чувствами, клокочущими в его груди, просто не мог не наклониться и ещё раз нежно поцеловать его губы. Он видел, как покраснели щеки Сонхуна, когда отстранился. — Ты должен перестать целовать меня каждый раз, когда я делаю тебе комплименты. — сказал Сонхун, пряча рукой улыбку. — Но… ты считаешь меня красивым? — Конечно, хён. И когда Хисын стоял в своей белой рубашке с воротником, с пышными рукавами и в брюках с высокой талией, которые все ещё сжимали его живот, а Сонхун улыбался в его объятиях, он не мог не чувствовать себя хоть немного убежденным, что да, может быть, он чувствует себя симпатичным.