Выживать

      Наклейки с кричащей надписью "опечатано" упали на пол узкого коридора, ручку двери дернули около пяти раз, прежде чем предпринять попытки ее выбить, которые могли увенчаться успехом, если бы не Пеппер, вовремя докричавшаяся до сознания Старка.       Мужчина повернул голову настолько резко, что что-то хрустнуло внутри. Его глаза, наполненные чистым ужасом и злостью, поднялись на женщину, которая пыталась привести его в чувства. — Тони, Тони, выдохни пожалуйста. Мы не знаем, что случилось. — Вот именно! Что-то случилось! Что-то случилось, Пепс! — Ты же знаешь, что он жив, что он все еще выходит на патрули. — Я? Я уже ничего не знаю! Пеппер, я ни черта не знаю! — Не кричи! Я сама понятия не имею, что произошло! Поэтому мы прямо сейчас возвратимся домой и узнаем это! А не долбимся в опечатанную, мать твою, квартиру!       Тони знал, что в такие моменты испытывает его жена. Он уже не раз сталкивался с Пеппер, когда та сама переживала. Всегда рациональная женщина редко сохраняла свою выдержку, когда дело касалось Морган или же самого Старка. Он уже привык покорно слушаться и следовать плану миссис Старк в таких случаях.       Дорога домой сопровождалась перепалкой с Пятницей, Хэппи выжимающим газ, постоянными попытками узнать хоть что-то, которые в итоге увенчались неутешительным результатом. — Вот, что мне удалось найти: Мэй Паркер, жена кровного дяди Питера Паркера по линии отца, ныне признана мертвой…       Дальше Тони не слушал, он лишь пытался представить, куда он отправил ребенка, который прошел через войну и был мертв пять лет. Ребенка, которого он так грубо прогнал в тот злополучный вечер и не потому что он не любил Питера. Старк боялся вновь все испортить. Снова навредить и так израненному Паркеру, который только вернулся в мир, где ничего не осталось прежним. Почему? Почему осознание всего масштаба этой трагедии пришло к Тони, только когда Паркер находится не понятно где и выживает непонятно как?!       Воздух отказывался наполнять легкие, и Старк, отчаянно пытающийся вдохнуть, все больше погружался мыслями во все произошедшее. Слезы накапливались в глазах, а руки отчаянно хватались за горло, в надежде помочь получить тот самый, столь желанный кислород.       Рука Пеппер оказалась на его колене, а ее голос повторял тот самый алгоритм упражнения, где нужно считать все вокруг. Но это не помогло, и женщина начинала паниковать вместе с мужем, когда тот окончательно ушел в себя. Пока Пятница, все это время находившаяся в активированном положении, не включила запись. — Здрасьте, мистер Старк! Хэппи дал мне ваш номер, и это очень круто! Нет, я просто в восторге, потому что у меня есть чертов Тони Старк в списке контактов! Если я расскажу Неду, то он не поверит. У меня контактов всего пять, Мэй, Нед, Эм-Джей, мистер Харрисон и вы! Это шок, это просто восторг! Я даже, даже сказать не могу, просто… — Полегче! Если это так важно для тебя, я могу завести еще десяток номеров телефона, чтобы у тебя был десяток Тони Старков.        Тони повторял за своим голосом в записи. Это была их последняя встреча перед войной, и в тот день он поручил Хэппи дать Паркеру свой основной номер, на что Питер полчаса бегал по мастерской с рассказами в духе "а если об этом узнает Флеш?!", "а Мэй?!". Почему-то именно эта история всегда умиляла Старка.       Пеппер удивленно взглянула на своего мужа, который никогда не рассказывал о наличии подобной записи. Ее безусловно радовало, что паническая атака закончилась, но она еще никогда не видела приступ такой силы, что ни одно из привычных упражнений не помогали справиться. — Тони?       Мужчина закрыл лицо руками и оперся на колени. Пеппер положила руку на его спину и прислушалась к прерывистому дыханию. Дрожь в теле начала утихать, и она попробовала еще раз. — Тони, мы почти приехали. Мы со всем разберемся, все будет хорошо.       Сил на ответ не было, Старку не хотелось вновь показывать жене, насколько сильно он сожалеет, и насколько глупым кажется его поступок. Да и сама Пеппер понимает, что чувствует Тони. Она сама признает свою вину в случившемся. Почему Пеппер за все время ни разу не проверила Мэй Паркер? Они прекрасно ладили, да и Питер был просто прекрасным мальчиком! — Прости меня… — Тебя? О чем ты, тебе не за что извиняться. — Нет. Это и моя вина. Тони, я так переживала за тебя, за Морган, я просто хотела, чтобы ты пожил спокойной жизнью, чтобы ты восстановился. Я не дала тебе возможность встретиться с Питером раньше, все могло бы быть хорошо, но я вмешалась. Я думала… я думала, что все контролирую, что потом ты сможешь снова общаться с Питером, прямо как раньше, но… Я просчиталась, я виновата, мне так жаль... — Это не так. Я сам боялся, слишком сильно боялся все испортить, опять затащить Питера в какую-то авантюру и навредить ему, хотя на самом деле надо было хотя бы удостовериться, что ему есть где жить, господи, ему буквально негде жить! Я не могу, Пеппер это же… я же знаю, что у него никого нет, никого кроме Мэй! Я не проверил, не узнал. Чертов эгоист! Я чертов эгоист!       Пеппер молчала, она не видела смысла вмешиваться. В ее голове проскальзывали такие же мысли, но в отношении себя. Пеппер подумала, что Старку не нужен был лишний стресс, а вот провести время с дочерью - еще как. Но она совершенно забыла, что когда-то и Питер Паркер стал почти что сыном для Тони. — Я разрушила вашу связь… — Я даже не пытался ее сохранить.

***

      Питер брел по улице, ощущая, как холодный воздух обдувает его.        Куртка слишком громко шуршала, не давая подобраться к преступникам в тишине. Паркер убирал ее в рюкзак, но после сражений не успевал надеть обратно. Разгоряченное тело очень быстро обволакивал холод, из-за чего согреться было практически невозможно.       Тяжести добавлял и рюкзак, который нельзя было оставлять надолго. Ночлега не было, а минусовая температура регулярно напоминала о себе.              Паркер так и шел, пока какой-то мальчишка внезапно не возник прямо перед его ногами. — Человек-паук! Самый настоящий! — Привет, малыш, как твои дела? — Супер! Настоящий Человек-паук!              Мальчик выглядел потрепанным. Его маленькая курточка, покрытая дырками, из которых торчали перья, не выглядела сильно теплой. — Ты здесь один? - мальчик вдруг всхлипнул, и по его щекам покатились крупные слезы.. Он начал громко плакать. — Ты потерялся? Как тебя зовут? — Меня... меня зовут Майк, и мама... мама была рядом! — Не плачь, не плачь, малыш, я же тут, сейчас мы быстро найдем твою маму! — Правда? — Конечно!       Питер снял свою куртку, накинув ее на мальчика. Тот успокоился, сидя на руках своего героя. — Где вы были с мамой? — Там! - малыш указал пальцем в сторону, откуда пришел. Питер проследовал по направлению и вскоре услышал голос женщины, звавшей своего ребенка.       Майк ловко спрыгнул с рук спасителя и побежал на встречу своей маме. — Господи, Майк! Куда же ты убежал?! Я же волнуюсь, переживаю, куда ты делся! — Мама! Там был Человек-паук, я побежал, а он там, а потом тебя нет, и я начал плакать, но Человек-паук тебя нашел, он тут!       Мальчик обернулся, в попытке найти своего героя, но тот уже скрылся за крышами зданий. — Откуда у тебя эта куртка? — Человек-паук! Он дал мне свою! — О боже… Спасибо! - женщина крикнула куда-то в темноту, но Питер ее услышал. Он знал, что мальчику куртка была нужнее. Знал, что ни за что не вернул бы ее обратно, поэтому продолжил свой полет, попутно попросив Карен включить обогреватель. — Карен, где я могу найти ночлег? — Самое распространение место — вокзал. Но, боюсь, есть риск потери рюкзака, а так же удара по репутации. — Что ж, с центрами для бездомных история не лучше. — Я постараюсь найти оптимальный вариант.       Паркер продолжал лететь, попутно вглядываясь в улицы внизу, выисквая нарушителей покоя.        Зарядить аккумулятор не было возможности, да и заряд обогревателя нужно было экономить, но так не хотелось расставаться с драгоценным теплом. — Карен, на сколько еще хватит заряда? — Около получаса. — Отключай обогреватель. — Питер, это может быть опасно. Если твоя температура упадет до критического уровня, ты уснешь неконтролируемым сном. Может случиться все, что угодно! — Карен, боюсь, другого выбора у меня нет.       Время тянулось медленно, леденящий холод подбирался все ближе, и Питер, чувствуя, как конечности перестают слушаться, спустился в подворотню.       Он достал из рюкзака небольшое походное одеяло, которое купил на последние доллары. Оно практически не грело, но давало хоть немного укутаться.       Паркер сделал пару приседаний, в попытке согреться, но прекрасно понимал, что это бесполезно. От пота он замерзнет еще сильнее, хотя это уже казалось невозможным. — Карен, включай обогреватель. — Секунду.       Прошло около пяти минут, Паркер присел на корточки и уже был близок ко сну, но изменений не последовало. — Карен, что происходит? — Питер! Обогреватель поврежден, нужно срочно найти место с оптимальной температурой! Ближайший магазин в пяти минутах! — Карен… Черт, просто продолжай пытаться, ладно? Постарайся… постарайся включить его.       Наверное, Питер действительно представлял свою смерть такой. Он уже подготовился, сидя в этом переулке. Он был уверен, что больше не проснется.